Дихолтер поморщился.— Я поставлю культиватор в сарай, — сказал он. — И тогда мы отправимся.
Кернес ехал по прямой тропе через восточное пастбище. Там был ручей, который можно было перейти вброд, и пара оврагов, которые нужно было объехать, но трудный путь начался только тогда, когда они достигли подножия хребта. Они купили джип десять лет назад из армейских излишков, и резкие уклоны гребня заставляли мотор хрипеть даже на повышенной передаче. Склон усеивали кедры, перемежаясь с бычьим чертополохом, чьи пурпурные прицветники были готовы лопнуть. Перед самым подъемом на вершину, тропа сделала последний поворот назад. Когда Кернес резко повернул руль влево, мотор зашипел и заглох. Дихолтер вылез из джипа и прошел последние тридцать ярдов, а тот, что пониже ростом, выругался и нажал на стартер.
Курган был построен на северном конце хребта. Эта часть никогда не использовалась как поле, потому что почва была слишком тонко разбросана над скальной породой. Курган был овальной формы, около пятнадцати футов в длину по оси восток-запад и три или четыре фута в высоту. Хотя он и был маленьким, но явно искусственным — рельефный вал земли на гладкой поверхности гребня. Траншея Кернеса находилась в центре южной стороны, на полпути вниз до уровня окружающей почвы. Дихолтер изучал раскопки, когда джип поднялся за ним и снова заглох.
— Мы просто уперлись в камни, — объяснил тот, что пониже. — Мы не продвинулись так далеко, как я предполагал, перед тем, как начать.
Дихолтер присел на корточки и ткнул в раскопки пальцем, похожим на кукурузный початок. — Вы уперлись не в камни, — сказал он, — а в камень. Это какая-то, богом проклятая плита. Мы ни за что не очистим ее от грунта, не поработав неделю, или не взяв напрокат бульдозер. И даже если мы доберемся до скалы, эта плита толщиной в фут и весит тонны. Мы просто потеряем здесь время — или могли бы потерять, если не вернемся назад прямо сейчас.
Кернес выругался. — Мы могли бы прицепить цепь к «Аллису»… — начал он.
Дихолтер прервал его. — Сначала нам надо будет убрать грунт с верхней части плиты, а на это уйдет все это чертово лето. Это была плохая идея, и она быстро стала еще хуже. Ну же, давай вернемся. Он выпрямился.
— А как насчет динамита? — выпалил Кернес.
Дихолтер уставился на своего шурина. Тот, что пониже ростом, избегая встречаться с ним взглядом, продолжал: — Под сиденьем все еще лежит одна шашка, оставшаяся с тех пор, как вы взорвали бобровую плотину. Мы могли бы использовать ее.
— Кернес, — сказал Дихолтер, — вы так боитесь этого динамита, что скорее оставите его в джипе, чем дотронетесь до него, чтобы достать. Кроме того, он вышибет всю дрянь, которая находится под этой плитой — если там что-то есть, и плита не лежит плашмя на скальном основании по всей длине. Что вы пытаетесь доказать?
Красное лицо Кернеса стало еще ярче от смущения, достигнув оранжевого цвета. — Послушайте, — сказал он, — я собираюсь вляпаться в эту чертову историю, даже, если мне придется нанимать подрядчика. Я сказал, что сделаю это, и я сделаю. Вы не хотите помогать, это ваше чертово дело.
Дихолтер еще мгновение смотрел на него. — О, я сделаю все, что в моих силах, — сказал он, наконец. — Он указал на кирку и добавил: — Посмотрите, сможете ли вы прорезать щель глубиной в один дюйм, и, может быть, в восемь дюймов длиной в шве между верхней плитой и скальной породой. А я приготовлю динамит. Он ухмыльнулся. — Если только вы не хотите сделать это вместо меня?
Единственным ответом Кернеса было то, что он поднял инструмент, сжав его в кулаках, и начал рубить камень.
Дихолтер откинул сиденье джипа вперед и вытащил из-под него коробку из гофрированного картона. Там, как и сказал Кернес, осталась еще одна динамитная шашка, моток проволоки и коробка поменьше с детонаторами. Взрывчатка пугала Кернеса так же, как змеи или пауки пугают других людей. Несмотря на частые просьбы шурина, Дихолтер намеренно отказывался вынуть шашку из джипа. Наконец, Кернес перестал упоминать об этом — до сих пор. Кернес был так упрямо настроен, чтобы заполучить индейский череп, что преодолел свой страх перед взрывчаткой. Дихолтеру пришло в голову, что он сам делает то же самое со своим страхом перед курганом.
Большой фермер прислонился к джипу, расковыривая огрызком карандаша стакан взрывателя в динамите. Кернес эффективно раскалывал мягкую породу даже в ограниченном пространстве. — Не слишком широко, — предупредил Дихолтер, прикручивая провода от капсюля-детонатора к удлинителю.
Ему не нравилось то, что они делали. Образы из давних кошмаров витали в его сознании, неясные, но от этого не менее неприятные. Он никогда не слышал, чтобы индейцы использовали камень в своих курганах, и это тоже беспокоило его. Но почему бы и нет? Бассейн Миссисипи был богат мягким желтым известняком, уже слоистым из-за наводнений и отложений в мелководных морях. Значит, не камень или что-то еще рациональное грызло Дихолтера, а что-то холодное и очень неправильное внутри него.
— Этого достаточно, Ди? — задыхаясь, спросил Кернес. Его футболка без рукавов посерела от пота.
Дихолтер наклонился вперед.— Сойдет, — согласился он. Кернес отпрянул от взрывчатки в руке Дихолтера.— Перегони джип через гребень холма и открой капот. Этого провода достаточно, чтобы дотянуться до него.
Пока его шурин пытался подчиниться, Дихолтер опустился на колени в траншее и выполнил свои приготовления. Сначала он вставил капсюль-детонатор в отверстие на конце динамита. Затем он осторожно вставил взрывчатку в прорезь, которую Кернес проделал в скале. Тяжелая вощеная бумага и наполнители из опилок, нитрата аммония и нитроглицерина были горячими и легко деформировались. Многие люди не знали, как пользоваться динамитом; они растрачивали силу взрыва впустую. Дихолтер не хотел взрывать курган, но будь он проклят, если не сделает этого правильно, если вообще сделает.
Когда динамит был воткнут в скалу, здоровяк набросал сверху земли и ногами плотно утрамбовал образовавшуюся кучу. Тонкая проволока торчала из земли, как тень от травинки. Дихолтер повесил моток провода на ручку кирки, используя ее как свободное веретено, чтобы размотать провод, пока он шел к джипу.
— Так достаточно далеко от заряда? — спросил Кернес, с опаской оглядывая курган.
— Если только по-настоящему большой кусок не упадет прямо сюда, — сказал Дихолтер, безмолвно радуясь нервозности собеседника. — Господи, это всего лишь одна шашка, даже если она эквивалентна шестидесяти процентам.
Кернес пригнулся за джипом. Дихолтер присел на корточках впереди. Он был защищен от взрыва выступом холма. Он поднес оголенный конец одного провода к отрицательному полюсу аккумулятора, затем прикоснулся другим проводом к положительному полюсу. Но ничего не произошло. — Черт возьми, — сказал он, с силой ткнув проводом в полюс, чтобы пробить белую коррозию на нем.
Динамит взорвался с громким ударом.
— О, Господи! — крикнул Кернес, вскакивая на ноги. Более опытный Дихолтер сгорбился под бейсбольной кепкой, в то время как грязь и крошечные осколки камней дождем сыпались на него и джип. Наконец, он встал и последовал за своим шурином. Тот, что поменьше ростом, теперь ругался и пытался левой рукой смахнуть грязь с головы и плеч; в правой руке он держал батарейный прожектор.
Едкий черный дым клубился в яме, как клубок змей. Дерновые стены траншеи выглядели так же, как и до взрыва, но земля, утрамбованная зарядом, исчезла, и открытый край каменной плиты разлетелся вдребезги. Поскольку известняк не мог ни сдвинуться, ни сжаться, удар сломал его так же основательно, как падение с двадцатифутовой высоты.
Кернес наклонился над отверстием и схватил кусок камня, чтобы отбросить его в сторону, и тотчас динамитные пары обвились вокруг его лица. Кернес закашлялся и задрожал, и на мгновение Дихолтеру показалось, что его компаньон потерял концентрацию. Затем Кернес снова вскочил на ноги, обмахиваясь лопатой, чтобы быстрее разогнать дым, и воскликнул: — Ей-богу, Ди, там действительно что-то есть! Ей-богу!