Литмир - Электронная Библиотека

– Добыча, которая сама идет в руки – беспонтовая. Не интересно мне, королевна. А вот укротить, приручить и сделать своим домашним зверьком такую строптивицу – это возбуждает похлеще любых допингов!

– Тебе нравится, когда твоя жертва содрогается от омерзения, ненавидя тебя каждой клеточкой тела? А на нормальный секс ты уже не способен, напрочь мозги на ринге отбили? – интересно, если его сильно разозлить, он может одним ударом прекратить мое пустое существование?

– А вот за эти слова, ты будешь вымаливать у меня прощение, за каждое! И потом, когда я закончу твое перевоспитание, будешь умолять, чтобы я взял тебя! – он резко швырнул меня на пол. Хотела отползти, но мучитель, ухватив меня за волосы, поволок к дивану. Перекинул через подлокотник, – Лежать! – бросил как собаке.

Послышалось какое-то шуршание, а после мои ягодицы опалила боль. Боксер избивал меня ремнем, вкладывая в удары свою нехилую силу. Несколько раз я сползала, пыталась убежать, палач настигал меня, «награждал» несколькими ударами в живот, и возвращал в исходное положение.

Вначале боль прожигала кожу насквозь. Казалось, я сгораю заживо. Потом физические ощущения притупились, и теперь удары эхом отдавали в душе. Новая хлесткая порция кожаного ремня, била уже прямиком по сердцу, втаптывая меня все сильнее и сильнее в грязь.

Наигравшись, боксер поднял меня и кинул спиной на диван. Искалеченная кожа ягодиц от броска, отозвалась новым приступом боли. Палач быстро снял джинсы и, навалившись на меня, резко вошел. Он облизывал лицо, хрипел на ухо, слюнявил губы. Лоно сжималось и пыталось вытолкнуть непрошеного захватчика:

– Опять сухая, сука! Когда ты уже научишься течь! Ничего, у нас с тобой много времени, – и амбал еще более зверски и быстро стал вдалбливаться в меня. Трение избитых ягодиц о кожу дивана, разбухший член во мне, чувство болезненной агонии сдавливало в мертвые тиски вконец растоптанную душу.

Подходя к финишу, палач вытащил свой член, и стал изливаться на лицо, волосы, грудь, измазывая меня в сперме. Еще долго после этого сперма у меня будет ассоциироваться с тухлятиной и моментально вызывать рвотный рефлекс.

– Все равно хороша! Побалдел я знатно! – он налил себе еще выпить, рожа светилась от удовлетворения. – Иди в душ, похожа сейчас на грязную шлюху. Я там тебе шмотки привез, одевайся, наводи красоту, и чтобы через полчаса была готова!

– Для чего? – неужели ему мало?!

– Едем на тусу, будешь меня сопровождать.

– Я не могу, нет сил!

– Не бреши! После хорошего траха, наоборот сил хоть отбавляй. И рожу твою я специально не портил! – боксер захохотал.

– Все продумал, да?! – как хотелось взять нож и располосовать его тело, превратить в кровавую кашу и станцевать на его трупе.

– Не дерзи, королевна! Я ведь могу и повторить! – блондин подмигнул, мерзко так, ехидно.

Я сползла с дивана и, согнувшись в три погибели побрела в ванную комнату. Посмотрела на свою пятую точку в зеркало, она вся была в кровоподтеках, и кое-где виднелись отчетливые отпечатки ремня с узором. С трудом разогнулась и увидела свое отражение – это уже была не я. Мертвые глаза, сперма в волосах, засохшие слюни.

Долго стояла под холодными струями душа, хотелось заморозить воспоминания, превратить свой мозг в ледышку, чтобы больше никакие истязания не смогли пробить толстый слой льда.

Кое-как накрасилась, причесалась, одела розовое платье, подаренное мучителем. Приталенное вверху, с юбкой клеш чуть выше колен. Одела мягкие белые балетки без каблука и, сгорбившись, вышла к нему. Каждый шаг давался с трудом, и мог быть последним перед потерей сознания.

– Что-то совсем не шик! – боксер скривился. – Таблетку дать? Надо тебя в чувства приводить, а то народ не поймет, что за зомби я притащил!

Я промолчала, палач достал из кармана знакомую пилюлю и, налив в стакан воды заставил выпить. Взял под руку и потащил в клуб.

Шум, гам, незнакомые мне обдолбанные люди, еще одно испытание. Таблетка действовала, помогая с безразличием наблюдать за происходящим. Боксер представлял меня как победительницу конкурса, всем видом показывая, что я принадлежу ему. Порой под платьем сжимал мой зад, заставляя морщиться от боли и тихо поскуливать.

Пил много, становился все более развязным и неконтролируемым. Позже и вовсе затащил меня в туалетную кабинку, поставил к стене и вошел. Возился долго, алкоголь и другие препараты, видимо, не давали кончить. Я же мысленно повторяла: «Чтоб у тебя отсох, мразь!».

И наконец, издав победный клич, он выпустил свой яд. Раскрасневшийся, еле стоящий на ногах, и все равно не выпускающий меня из своих лапищ весь вечер. А девушки завистливо смотрели на меня и вздыхали. Бред во всей своей извращенной форме.

Под утро, когда мучитель уже практически не соображал, и вместо слов издавал только мычание, я взяла такси и уехала домой.

За первый год, наших встреч с Солом (так он просил себя называть) было слишком много. Первое время, пресса даже окрестила меня его девушкой. Ну как же появляться с королевой красоты было престижно. Палач любил игру на публику, дарил дорогие подарки, нахваливал себя, и я постоянно слышала завистливые вздохи за спиной. Конечно, публика считала, что мне повезло, она была солидарна с моими мучителями. И никто ни разу не упомянул, о его регулярных избиениях, всеми подручными средствами. Даже сейчас сложно признавать, но на его фоне другие клиенты казались мне плюшевыми зайчиками.

Глава 8

В тот вечер исполнился ровно год моего жалкого существования в новой роли. Мой «романтичный парень» еще с утра пришел ко мне, принудил к минету, проталкивая свой член мне в горло, выдирая мне волосы и заставляя задыхаться. Потом сминая мое тело, оставляя следы от своих зубов на шее и груди, овладел мной.

Он спешил на какую-то важную встречу, и я радовалась, что отделалась сегодня так легко. Обычно боксер любил издеваться часами. Избивал меня плетьми, зажимал соски, связывал, и просто от души издевался, своими огромными боксерскими лапищами.

В голове пульсировала одна мысль: «Больше не могу так!». Моя чаша терпения уже давно выливалась за края, медленно удушая меня. Конец, мне тогда казалось, близок, еще немного и забвение. Прошел год, а по ощущениям – целая вечность боли и унижений.

Я поехала в отдаленный район города. Квартира вызывала стойкое ощущение тюрьмы. Нашла тихий неприметный бар, села за столик и заказала бутылку водки и грейпфрутовый сок. Хотелось залиться алкоголем до беспамятства. Отключить свой мозг, ничего не помнить, а лучше вообще не проснуться утром.

Курила сигарету за сигаретой, смотрела в одну точку, и отвлекалась только чтобы налить очередную рюмку водки. Мысли? Их не было. Словно сознание, тело, атрофировалось абсолютно все. И алкоголь почему-то не приносил ни опьянения, ни облегчения.

– Такими темпами одной бутылки тебе точно не хватит! – где-то рядом раздался хриплый, слегка насмешливый голос. Я подняла голову и увидела черную огромную фигуру. Мужчина в черных джинсах и футболке, руки полностью покрыты татуировками, очень высокий, обтягивающая ткань выгодно подчеркивает мышцы. Лицо в полумраке не разглядеть, бросилась в глаза довольно отросшая щетина и черные как смоль волосы.

Он не вызвал у меня раздражения, да и каких-то других эмоций тоже. Безразличие и только.

– Сама об этом подумываю, – посмотрела на содержимое бутылки – выпито чуть больше половины.

– Так у тебя сегодня план максимум – выпить, сколько влезет? – он приподнял красиво очерченную бровь, голос звучал иронично.

– Влезет много… только ни хрена не помогает… ты лучше иди… а я останусь просто пить… – как-то так тоскливо стало. Чуть не расплакалась при постороннем мужике.

– Теперь точно не уйду, – он сел за столик напротив меня. Подняв голову, встретилась с чернотой его глаз. Они загадочно блестели и словно вводили в гипнотический транс. Или просто алкоголь наконец-то подействовал?

8
{"b":"692215","o":1}