Я видела, что другие тоже ждут внимания короля, а потому поскорее попятилась, отходя, и голова у меня кружилась. Я схватила Делию Грейс за руку, ища поддержки.
– Ты будешь сидеть рядом с королем, Холлис! – чуть слышно произнесла она.
– Да…
От этой мысли я задохнулась, словно промчалась бегом через весь королевский сад.
– И вместе с родителями… Раньше он никогда такого не делал.
Я крепче сжала ее руку:
– Знаю. А мы… мы должны пойти и сообщить им?
Я заглянула во всезнающие глаза Делии Грейс, которые умели читать мои волнения и страхи, глаза, которые видели: я совершенно не понимаю, что происходит.
И эти самые глаза загорелись, когда Делия Грейс усмехнулась:
– Думаю, такая важная леди, как ты, должна просто отправить им письмо.
Мы засмеялись, выходя из зала, нам было все равно, как на нас смотрят и какие замечания отпускают. Я все еще не была до конца уверена в намерениях Джеймсона и знала, что придворных не слишком радует мое присутствие, но все это теперь не имело значения. Сегодня вечером я буду обедать рядом с королем. А это было нечто такое, что следовало отпраздновать.
Мы с Делией Грейс сидели в моей комнате. Время ежедневного чтения, на котором она настаивала, подходило к концу. У Делии Грейс было множество интересов: история, мифология, великие современные философы… Я же предпочитала романы. Обычно я сразу уносилась в мечтах в те места, которые описывались в книгах, но сегодня мой слух был рассеян. Я вроде и слушала, но каждые несколько минут поглядывала на дверь, ожидая, что ко мне вот-вот ворвутся родители.
И в тот момент, когда я наконец действительно заинтересовалась повествованием, дверь распахнулась.
– Это что, шутка? – спросил мой отец.
В его тоне звучал не гнев, а потрясение и надежда.
Я покачала головой:
– Нет, сэр. Король изволил этим утром пригласить нас. Но вы казались очень занятым, и я подумала, что письмо будет более приемлемым.
Я бросила заговорщический взгляд на Делию Грейс, которая сделала вид, что по-прежнему поглощена книгой.
Моя матушка судорожно сглотнула, все ее тело содрогалось, когда она заговорила:
– Мы все будем этим вечером сидеть рядом с королем?
– Да, мадам, это так, – кивнула я. – Вы, отец и я. Но мне нужна и Делия Грейс. И я полагаю, что ее матушка может к нам присоединиться.
При этих словах моя мать перестала дрожать. А отец закрыл глаза, и я прекрасно знала, к чему это: он всегда так делал, когда хотел как следует обдумать свои слова, прежде чем их произнести.
– Уверен, в столь важный момент ты предпочла бы остаться в обществе своих родных.
– За королевским столом хватит места для всех нас и даже более, – улыбнулась я. – Вряд ли это может иметь значение.
Матушка скосила глаза:
– Делия Грейс, не будете ли вы так любезны оставить нас и дать возможность поговорить с нашей дочерью?
Мы с Делией Грейс обменялись утомленным взглядом, и она закрыла книгу, положила ее на стол и вышла.
– Матушка, ну в самом деле!
Она быстро шагнула туда, где я сидела.
– Это не игра, Холлис! – воскликнула она, возвышаясь надо мной. – Эта девушка запятнана, и ей не следует находиться рядом с тобой! Поначалу все выглядело мило, вроде благотворительности. Но теперь… ты должна строже относиться к своим связям!
– Совершенно точно не стану! Она всегда была моим лучшим другом при дворе.
Матушка разинула рот.
– Она ублюдок! – наконец прошипела она.
Я вздрогнула:
– Это лишь слухи. Ее мать поклялась, что была верна. Лорд Домналл бросил матери Делии Грейс это обвинение – через восемь лет после ее рождения, не забывай! – только для того, чтобы добиться развода!
– Как бы то ни было, развода достаточно для того, чтобы держаться от нее подальше! – возразила матушка.
– Это не ее вина!
– Да, дорогая, ты совершенно права, – заговорил отец, не обращая на меня внимания. – Даже если кровь ее матери не слишком плоха, кровь отца никуда не годится! Разведенный! – Отец покачал головой. – Да еще почти сразу обзавелся возлюбленной!
Я вздохнула. Короа был страной закона. И многие из них относились к семье и браку. Неверность супругу или супруге означала как минимум изгнание из общества. А в худшем случае и заключение в башне. Развод был чем-то настолько редким, что я сама ни разу такого не видела собственными глазами. Но Делия Грейс видела.
Ее отец заявил, что его жена, бывшая леди Клара Домналл, имела роман, в результате которого и родилась их единственная дочь Делия Грейс. На этом основании он потребовал развода и получил его. Но уже три месяца спустя он сбежал с другой леди, передав все титулы, которые Делия Грейс должна была унаследовать, той женщине и всем отпрыскам, которые могли у них появиться. Конечно, что значат титулы при такой репутации? Бегство означало всеобщее неодобрение и рассматривалось как последнее средство, и некоторые пары предпочитали расстаться, а не совершать столь отчаянный поступок.
Леди Клара, оставаясь леди по праву рождения, вернула себе девичье имя и представила свою дочь ко двору, чтобы та могла вырасти под влиянием благородных людей. Но вместо этого ее дочь постоянно третировали.
Я всегда находила эту историю сомнительной. Если лорд Домналл заподозрил свою жену в неверности и в том, что Делия Грейс – не его дочь, почему он ждал целых восемь лет, чтобы заговорить об этом? К тому же никаких серьезных доказательств не было, но ему все равно даровали развод. Делия Грейс говорила, что он, должно быть, без памяти влюбился в ту женщину, с которой сбежал. Я пыталась доказать ей, что это ерунда, но она лишь качала головой:
– Нет. Он должен был полюбить ее сильнее, чем мою мать и меня, вместе взятых. Иначе зачем бросать все, что тебе дорого?
Делия Грейс при этом выглядела так решительно, что спорить с ней не имело смысла, и я перестала возвращаться к этой теме.
Да мне и не нужно было. Вместо нас развод родителей Делии Грейс обсуждала половина дворца. И если даже никто не высказывался в лицо моей подруге, они, по крайней мере, думали об этом, а мои отец и мать наглядно продемонстрировали.
– Вы слишком торопитесь с суждениями, – настаивала я. – Со стороны короля было очень щедрым жестом пригласить нас на обед, но вполне возможно, что дальше ничего не последует. А если и последует, то разве Делия Грейс, которая всегда была при дворе образцом совершенства, не заслуживает того, чтобы остаться рядом со мной?
– Люди уже вынесли суждение насчет твоей эскапады на реке, – вздохнул отец. – Ты хочешь дать им новые поводы?
Я зажала ладони между коленями, думая, что спорить с моими родителями бессмысленно. Разве я когда-нибудь выигрывала в таких спорах? Ближе всего к победе я находилась, когда рядом была Делия Грейс…
Вот оно!
Я подняла голову, глядя на моих родителей, на их решительные лица.
– Я понимаю ваши опасения, но, возможно, сейчас следует учитывать не только наши желания, – предположила я.
– Я ничем не обязана этой скандальной особе! – огрызнулась матушка.
– Нет, я имела в виду короля.
Они застыли в молчании. Наконец отец осторожно произнес:
– Объясни.
– Я просто хотела сказать, что его величество начал интересоваться мной, и мое положение отчасти весьма облегчило присутствие Делии Грейс, против чего он не возражал. Более того, Джеймсон куда более сострадателен, чем его отец, и может вполне понимать, почему я взяла ее под свое крыло. И с вашего позволения мне бы хотелось задать этот вопрос ему самому.
Я очень осторожно подбирала слова и следила за тоном голоса. Чтобы у них не было возможности назвать меня угрюмой и вечно ноющей и чтобы они не могли сделать вид, что у них больше власти надо мной, чем у короля.
– Отлично! – произнес отец. – Почему не спросить его прямо сегодня вечером? Но она не приглашена сидеть рядом с нами. Не в этот раз.
– Я сейчас же напишу ей, она поймет. Извините меня.