Вдалеке вдруг вспыхнул яркий свет – магический светильник! Маленький белый шарик, усевшийся на плече!
– Работает! Магия – работает! – радостно подтвердил и так очевидное маг Ромель – Мы вышли из радиуса действия заклинания антимагии! Славься!
– Кто славься? – ворчливо спросил Иссильмарон, возясь с одной из бочек, наклонившись к торчавшему из нее крану.
– Все – славься! – довольно заявил Ромель, ощупывая тяжелую, окованную сталью дверь – И наш молодой коллега в первую очередь!
– Я сейчас прорублю выход! – встрепенулся Илар, так и не выпустивший из рук меча.
– Не надо! – Ромель взмахнул рукой, по ушам ударил грохот, и половинки двери распахнулись, открывая выход на волю – И старые маги еще на что-то годятся, не правда ли, коллега?
– Старый! – фыркнул Иссильмарон, снова наклоняясь к крану – Юнец! Постеснялся бы! Какие-то жалкие сто лет! Ты мне даже не во внуки годишься, в пра-пра-пра… хрен знает – кого! Иди вот, винца попробуй! Букет – невероятный! Интересно, сколько десятков лет оно тут хранилось?! Или сотен! Драгоценное, старое вино! Кассель, дружище, хреново ты несешь свои обязанности по охране Башни, как это ты не знал про этот винный склад? Или может знал, да помалкивал? Продавал потихоньку винишко, а? Давай, сознавайся!
– Не в чем мне сознаваться! – сплюнул начальник охраны – Заброшенный угол Башни, старые коридоры – часть давно замурована. И этот скорее всего замурован, так что рано радуетесь. Придется еще одну кладку разрезать. Откуда я могу знать, что здесь хранится? Я сорок лет прожил, а вы по пятьсот, а то и больше – и вы не знаете! Что с меня тогда требовать?
– Ладно, хлебни и ты – примирительно буркнул колдун – Мы заслужили хороший глоток! Да не переживай, все нормально! Здесь хорошая вентиляция, магия работает – разнесем мы эту кладку, ерунда! Или Илара попросим – он ее почикает.
– А можно я спрошу… – начал начальник охраны, потупя взгляд.
– Куда я дену волшебный меч? – перебил, догадавшись, Илар – Это твой меч, так что возьми его. Только должен тебя предупредить о двух обстоятельствах. Первое – одно неосторожное движение, и ты без руки, или без ноги. Даже не почувствуешь, как отрежет. И второе: его магические свойства не вечны. Насколько ударов хватит – не знаю. Но в один прекрасный момент этот меч станет обычным мечом. Учти.
– Да плевать! – повеселел стражник – Я успею его загнать за такие деньги, что мне будет на все плевать! Скажу, что нашел ТОТ САМЫЙ меч! И мне за него отвалят огромные деньжищи! Только я попрошу, не делайте пока других таких мечей, ладно? А то цена сразу упадет! Хе хе хе… А вот еще что – как его носить, если он все прорезает? Ножны-то как для него сделать?
– Вставляй в обычные. Только аккуратно. Главное, чтобы острие и лезвие не касалось стенок – прорежет. Хмм…в общем – как знаешь. Твое дело. Забирай!
Илар подал меч стражнику, и тот с опаской, но радостно вцепился в рукоять. Взвесил меч на руке, снова расплылся в улыбке:
– Хоть когда-то мне повезло, а?! Спасибо, господин маг!
– А хорошее винцо! – Ромель погладил живот, икнул, прислонившись плечом к бочке, слегка заплетающимся языком, предложил:
– А давайте никому не скажем про вино? И будет оно наше! Поделим, и я свою долю возьму натурой! Так хорошо холодными зимними вечерами посидеть у камина с бокалом выдержанного старого вина, поговорить о том, о сем, поцеловать… хмм… почитать книгу! Все равно никто не поймет, насколько ценно это вино! Привыкли пить всякую бурду, нет вкуса у людей!
– Тут целое состояние – хмыкнул Эриос, вытирая губы – Ты погляди, бочек пятьдесят, не меньше! А может и больше! Каждая бочка на три десятка ведер – да мы упьемся! Вот только не получится. Коллеги, завистливые наши коллеги, вечно строящие козни за нашей спиной – не дадут ведь воспользоваться плодами трудов! Жалкие, ничтожные твари, вечно устраивающие заговоры против лучших представителей магического сообщества!
– Это вы-то лучшие представители? – ехидно заметил Иссильмарон – Да в Башне одни бездельники, присосавшиеся к ручейку денег! Вы уже сто лет не давали миру нового заклинания! Сидите, и только и делаете, что торгуете амулетиками и снадобьями! Ученые, называется! Да молодых оболтусов учите – из которых все равно ничего путного не получится! Ну, ничего, мы с Иларом дадим вам жару! С нами не соскучитесь! Ох, и в самом деле забористое винцо! Аж мир закачался! Вот что, коллеги, пока мы не свалились – пойдемте стену раздолбаем. Отдыхать нам нужно, так ведь? Пообедать опять же. Там небось сейчас такой шум стоит – как же, все руководители в ловушке, весь цвет Башни! Пошли! Кассель, а ты притащи сюда демона. Только не повреди, тело-то все-таки Ордага. А оно ему пригодится! Наверное. Если демона изгоним. Ребята, пошли стены ломать! Ох, и люблю я это дело! Только дай чего-нибудь порушить, ей-ей! Особенно после пары бокалов хорошего старого вина…
Илар спал почти сутки. Проснулся на следующий день, уже к вечеру, и еще долго лежал не вставая, пытаясь восстановить по памяти вчерашний день. Вспомнив, что произошло, вскочил, и побрел под холодный душ, ледяными струями выбивая из головы сонную одурь. Потом растерся как следует жестким, грубым полотенцем, и освеженный, бодрый побрел на поиски пропитания в столовую для магов – время вечернее, скоро ужин.
Столовая была почти пуста – до ужина еще не менее получаса, и заведующий столовой, повар Аброз, терпеть не мог, когда по залу бродят голодные ученики и выпрашивают «что-нибудь наскоро пожрать». Он даже пожаловался Мейстеру, и результатом жалобы явилось распоряжение не допускать в столовую никого ранее шестого удара вечернего колокола. Позже – пожалуйста, даже тогда, когда ужин уже закончился. Если еда осталась – тебе дадут без вопросов. Куда девать оставшееся, ведь все равно пропадет. Но раньше времени – не моги!
За допуском в столовую следил служка из обслуживающего персонала, молодой парень не старше Илара. В руках парнишка держал здоровенную скалку из числа тех, что используются для раскатывания теста на пирожки. Предполагалось, что особо злостные нарушители, пробивающиеся в зал на запах свежих пирожков могут хорошенько огрести по своей тупой голове этой вот дубовой скалкой и навсегда запомнят, как нарушение правил чревато очень неприятными последствиями. В жизни пригодится – как говорил Мастер кухни уважаемый Амброз.
Когда возле столовской двери возник Илар, с нескрываемым намерением в неурочное время проникнуть в святая святых, служка дернулся в его сторону, не узнав с первого взгляда, потом посетило осмысление, и парень с такой же энергией шагнул назад, выставляя перед собой ладонь:
– А я ничего! Приветствую, магистр! Не узнал вас!
Илару странно было слышать такое обращение, да еще и на «вы», но честно сказать – приятно, когда ты не просто «эй ты, Илар!», а уважаемый человек, магистр магии, черный колдун, которому подчиняется волшебство! Мог ли он, Илар, когда-нибудь об этом мечтать? Если бы его некогда не ограбили по дороге в столицу, если бы он не пошел на Зов умирающего черного колдуна, если бы не схватился за него рукой…где бы сейчас Илар был? И кем? Пошел бы на службу в городскую стражу? Или играл бы на далире в каком-нибудь из трактиров, зарабатывая на жизнь?
Но в истории нет сослагательного наклонения – «что было бы, если бы». Все так, как случилось, и по-другому быть не могло. Он черный маг, колдун, который лучше всего работает со стихиями природы – в отличие от белых магов вроде жены Анары, та лечит и управляет растениями.
У магистров, само собой, были привилегии перед учениками. Магистры могли зайти в столовую когда хотели, в любое время дня и ночи, и никто им не скажет слова поперек. И не в том дело, что это просто опасно – щелкнет в голове какого-нибудь Иссильмарона, и напустит он на супостата поганое проклятье, коих знает старый колдун великое множество. Нет, не только в этом дело. Карьерная лестница она для того и служит, чтобы показать – наверху стоят те, кто чего-то добился. Пусть это даже такая малость, как возможность войти в столовую в любое время дня и ночи. Учись, трудись – и ты станешь магистром, и ты будешь делать то, что захочешь – в разумных, конечно, пределах.