И уже обычным голосом продолжил:

– В дальнейшем формулу повторять будешь сама. Умение «абстрагироваться от боли» это первое, что учатся делать духовные сущности.

Боль действительно прошла. И тут до Каттлеи кое-что дошло. Она голая! И схватив валяющуюся под рукой простыню, женщина закуталась в неё с головы до пят. Стоящий в пяти шагах от неё чёрный пони сумел изогнуть бровь, как бы говоря: «Серьёзно? Ты застеснялась пони?». Каттлея почувствовала себя неловко. С одной стороны, она – взрослая женщина, знающая всё о сексе, а её собеседник хоть и говорящее, но животное. Но, с другой стороны, Каттлея испытывала какое-то непонятное… смущение что ли?

– Ой, – пальцы Каттлеи ощутили нечто. Подняв руку к глазам, женщина увидела, что они перепачканы кровью.

– Это всё рана в груди. То, что ты видишь, как кровь – это твоя духовная энергия. От этого ты не умрёшь. А если тебе неприятно смотреть на свою кровь, то обычная перевязка легко это исправит.

[Топ!]

И рядом с Каттлеей возник… фломастер?

– Взмахни им, представляя бинты и вату… ты же умеешь делать повязку? Не, отвечай, вижу, что не умеешь. Ладно, я всё сделаю сам.

Миг, и на месте чёрного пони-единорога возник шатен лет семнадцати.

От увиденного Каттлея потеряла дар речи и только тыкала в парня пальцем.

– Скидывай эту простыню и иди сюда, – скомандовал он, – при наложении повязки на самого себя есть несколько тонкостей. И, если их не знать, то выходит просто ужасно.

Руки Каттлеи сами собой сжали накинутое на её тело простыню ещё сильнее.

– Ты смущаешься? Оно того не стоит. Воспринимай меня, как дальнего родственника, а не как мужчину.

Несколько минут спустя

Обзаведшаяся нижним бельём, но всё равно смущающаяся, Каттлея внимала тонкостям наложения ватно-марлевой повязки. Оказалось, ничего особо сложного, но, как и в любом деле, есть свои тонкости.

– Скажи… Найт… почему у тебя на груди такая же повязка? – наконец решилась задать она волнующий её вопрос.

– Меня проткнули Световым копьём, – тоном «да, погода на улице хорошая» ответил Найт.

– Изв…

– Это лишнее. Я от этого не развеюсь. И это никак не понижает мою эффективность.

О проглядывающем сквозь рубашку Найта громадном уродливом ожоге в верхней части груди Каттлея после такого застеснялась спросить.

Минутой позже

Подобравшая себе с помощью «волшебного фломастера» красивое платье, Каттлея ощутила, что к ней вернулись уверенность и спокойствие. Это же прочёл в её сердце Найт. И перешёл к следующей части своего плана.

– Кстати, я не представилась, – вспомнила о правилах приличия Каттлея, – Я…

– Твоё старое имя не имеет значения.

– Что? – не нашла сто сказать на такое Каттлея.

– Ты, наверное, подумала, что попала в детскую сказку, где добрые волшебники щелчком пальцев воскрешают павших героев. Нет. Двенадцать часов назад тело Каттлеи Левиафан обратилось в маленькую кучку праха, которой не наполнить и напёрсток.

Каттлея в ужасе прижала ладони ко рту.

– И так и записали во всех протоколах, хрониках и сводках. Можно сказать, что смерть закрыла все её долги. А четверть часа назад родилось совершенно новое существо, функционирующее на совершенно иных принципах. И обладающее принципиально иными возможностями. Это существо одним глазом заглянуло в Абсолютное Ничто. И в наследство от покойной Каттлеи ей досталось некоторое количество духовных образов. Это существо может цепляться за них, уверяя себя и окружающих, что она «Каттлея». А может пересмотреть их и вынести им приговор: «Бессмысленно… бесполезно… напрасная трата времени… иллюзии… слабости… глупость…». И подвести черту под старой жизнью, сказав: «МНЕ ЭТО ВСЁ НЕ НУЖНО!».

От Силы вложенной в голос собеседника, захотелось склониться в поклоне, и всё сделать, как он приказал.

– Но сперва… надо доказать своё право на существование.

Горло Каттлеи почему-то перехватило судорогой.

– Видишь прозрачную стену за своей спиной? Она преграждает тебе дорогу к лёгкому пути. Там не будет проблем, боли и сложностей. А теперь переведи взгляд на меня. Если ты не докажешь мне своё право на существование, то будешь развеяна. Нападай на меня со всей ненавистью и со всем желанием убить. Как тогда во дворе академии, когда ты нападала на Азазеля!

Академия Куо. Клуб оккультных исследований

Конец учебного дня

Взорам Риас и вошедшим вместе с ней в клубную комнату Акено, Конеко, Зеновии, Асии, Кибы и Гаспера предстал сидящий с вальяжным видом за столом Президента – падший ангел Азазаель.

– Итак, с сегодняшнего дня я буду куратором сего кружка, – поприветствовал он вошедших демонов, – Можете меня звать Азазель-сенсей. Хотя и можно просто губернатор.

– Почему ты здесь? – прикладывающая руку ко лбу, Риас выглядела довольно сильно измотанной.

– Ха! Мне предложила занять это место младшая сестра Серафолл! Ну, я же мега-крутой парень и мачо... Способный похитить сердце даже школьницы!

– Не допустимо! И вообще, почему Сона так поступила?

– Какая же ты упрямица, Риас Гремори. Младшая сестра Серафолл должна была передать тебе, что это личная просьба Сазекса. Поэтому и обратилась ко мне. Плюс я кое-кому сильно задолжал…

И после небольшой театральной паузы, Азазель продолжил.

– Условием, поставленным передо мной дабы я и дальше мог оставаться в этой школе – вырастить под моей ответственностью еще незрелых обладателей священных механизмов. Уверен, мои фантастические познания о священных механизмах будут весьма кстати. Плюс ко всему, как вы уже слышали, объявилась организация, зовущаяся себя «Бригадой хаоса». Из достоверных агентурных источников, я знаю, что Вали уже собрал себе целую команду. Мы решили ее назвать «командой Исчезающего Дракона». Понятное дело, что амбициозных и авантюрных личностей притягивает соблазн присоединиться к группе с таким могущественным лидером, как Вали.

– Неужели он со своей командой снова планирует на нас напасть?

Губернатор падших ангелов отрицательно помахал головой.

– Они не будут больше нападать на это место. Им представилась уникальная возможность убить всех трех лидеров на собрании, но они ее благополучно упустили. Сейчас Подземный мир и Небеса обернулись для них врагами. В Нижнем Мире все падшие ангелы по моему приказу объединили силы с демонами. Так что мир тьмы так просто не сдастся. Серафимы на небесах тоже не будут молчать. Я уж не говорю о всяких священных зверях и демонических монстрах, обитающих в обоих мирах.

– Значит, быть войне?

– Нет, пока еще сохраняется тишина. Можно сказать, и мы и они пока готовимся к грядущим баталиям. Ну, вам не стоит особо париться. Война, если и начнется, то, когда вы все уже закончите университеты и навсегда распрощавшись с этими стенами. Так что можете в полной мере спокойно наслаждаться школьной жизнью. Однако не стоит забывать, что и это затяжной период подготовки. Так что и тренировкам тоже уделяйте внимание, хорошо?

Все дружно кивнули.

– Короче говоря, сейчас мы, образно говоря, займемся наращивания мышц на ваших телах, дабы увеличить ваше боеспособное состояние.

– Мы поняли... – и тут же кто-то из присутствующих озвучил общий вопрос, – Можем ли мы стать сильнее?

– Я сделаю вас всех сильными. Ибо имею в наличии о-о-о-очень много свободного времени, – и Азазель улыбнулся очень задорно и самоуверенно.

– А нельзя ли будет что-то сделать с «остановкой времени» Гаспера, если на нас, например, нападут в следующий раз? – озвучила вопрос Риас.

– У меня есть специальные устройства, которые, как позволяют войти в режим Крушителя Баланса, так и блокировать использование святых механизмов. Так что Носителю «Запретного взора Балора» предстоит много тренировок.

Гаспер сглотнул, но нашёл в себе силы кивнуть.

– Точно! Парниша со свято-демоническим мечем, как долго ты можешь сражаться в крушителе баланса?

Киба ответил на вопрос Азазеля.

– В настоящее время – мой предел один час.