Лео ждал на берегу, успев переодеться в сухую одежду. Его взгляд застыл на ней, мокрой, в его футболке, едва прикрывавшей её колени и облегавшей грудь. Как она свежа, словно раскрывшейся на заре цветок, растущий на этом берегу. Как она чиста, будто первый подснежник среди холода и мороза. Как ему хотелось её обнять, прошептать на ухо, что всё закончилось. Прикоснуться к ярко-розовым губам. К коже, по которой бежали мурашки от холодной воды. Но, он изо всех сих отгонял эти порочные мысли. Юная девчонка и он, опытный мужчина, повидавший в своей жизни столько невзгод, с отпечатками несчастий на сердце. А, нужен ли он ей с грузом своих проблем?
– Замерзал? – спросил Лео
– Немного.
– Теперь, последнее, что нам нужно сделать, поставить точку.
– Каким образом? – поинтересовалась Дани, – это еще не все?
– Нет. Сейчас, повернись ко мне спиной, а лицом стань к водопаду. Вот так, – ласково взяв Дани за плечи, он развернул ее, – кричи, Дани.
– Что?
– Кричи, что есть сил. Так, чтоб тебя каждое растение слышало, каждая капля воды чтоб впитала твой голос. Ну же!
Она закрыла глаза, набрала воздух в грудь и издала громкий, дикий крик. Рев, вырвавшийся из самой глубины ее сердца. Через него, Дани избавлялась от накопившейся печали, она извергала все, что скрывалось в ее скорбящей душе. Полностью опустошённая, она присела на колени в прозрачную воду, совершенно без сил.
– Всё, всё, – шептал Лео, оборачивая, словно дитя, Дани в пушистое полотенце, – умница, моя хорошая, умница…– повторял он.
Обратно они плыли молча. Лео решил спрятаться в комнате, оставив Дани наедине с собой. Он хотелось верить, что хоть немного помог Даниэле, что его план имел успех. А Дани, она не могла думать ни о чем, всё еще не придя в себя от переизбытка эмоций. Вдруг, она зашла в комнату управления яхты и обратилась к Лео:
– Раз ты узнал мою историю, могу я теперь узнать твою? Что у тебя произошло?
Лео, сначала не отвечал, и Дани подумала, что спросила зря. Но, он набрался сил, чтоб рассказать ей.
– Шесть лет назад я был женат и счастлив. У меня была работа, о которой я мечтал и жена, которую я любил. Мы ждали первенца, небольшой срок беременности, пол ребенка так и не узнали. Она ехала в автомобиле со своим отцом. Дождь, трасса, авария. Он не справился с управлением. На месте погибли все, он, моя жена и долгожданный ребенок.
Дани резко передернуло, и она нервно сглотнула слюну.
– Извини, мне, наверное, не стоило задавать этот вопрос. Честно, я очень сожалею…
– Ты имела право узнать. После всего пережитого, я так и не решился жениться снова, мое состояние было таким же, как твое. Эту яхту я готовил в подарок жене, но она её так и не увидела. Оставшись один, я каждый день садился за штурвал и плыл, куда глаза глядят, пытался бежать от себя и своей памяти, но, убежать невозможно, можно лишь переосмыслить. А дальше, остров, водопад, я почти каждый день плавал к нему. Только так мне удалось заново приобрести вкус к жизни.
Лео замолчал. Больше они не говорили вплоть до самого возвращения.
– Куда тебя подвезти? – спросила Дани, въезжая в черту города.
– Район набережной, останови у моста, я оттуда дойду пешком.
Подъехав к месту назначения, Дани выключила зажигание автомобиля.
– Завтра занятия, а мы не подготовились, – не зная, что сказать, произнесла она.
– Это не так важно. Ну, мне пора, – сказал Лео, открывая дверь пассажирского сидения.
– Лео, – обратилась она, – спасибо тебе. За день, за разговор. Мне кажется, ты сегодня сделал что-то очень важное для меня.
– И для себя, тоже. Мне приятно осознавать, что я хоть немного тебе помог. Ведь помог? – подмигнув, спросил он.
– Очень, – лишь одними губами, неслышно, произнесла Дани.
– До встречи, Даниэла.
Лео вышел и глазами проводил её авто, плавно набиравшее скорость и скрывшееся в городском трафике.
Солнце село, недожавшись возвращения Даниэлы домой. Зато, мама давно ждала её и волновалась, ведь она не отвечала на звонки.
– Доченька, почему так поздно? – спросила Эмма вбегающую в дом Даниэлу.
Та, не обращая внимания на вопрос матери, быстро поднялась в свою спальню и резким движением рук открыла двери гардеробной, наполненной черными вещами. Взяв все, что попадалось ей под руку из содержимого гардеробной (платья, костюмы, юбки и строгие рубашки), с кучей одежды спустилась во двор.
– Куда ты тащишь вещи, Даниэла? – Эмма уж было подумала, что дочь сбегает из дома.
Дани с силой бросила свои наряды на выстланную плиткой дорожку двора. Возле барбекю она нашла жидкость для розжига, которой полила эту тряпичную свалку. Там же, лежали спички, которые Дани по очереди зажигала и кидала в образовавшийся костер. Высокое пламя поднялось во дворе дома, языки его сжигали черные тряпки, оставшиеся от одежды Даниэлы. Она не отрываясь смотрела на огонь. Эмма, совершенно не понимая, что происходит, спросила:
– Что все это значит, Дани?
– Хватит, – единственное, что ответила ей дочь.
На следующее утро, Лео неспешно вышел из дома и направился в сторону остановки общественного транспорта. Возле моста на набережной, на том же месте, где и вчера, стоял Infinity, в котором сидела девушка. Она ждала, когда мимо нее пройдет человек, уже дважды спасший ей жизнь. Он быстрым шагом прошел возле автомобиля, не заметив Даниэлу.
– Лео, – окликнула она его, выбежав из машины, – подожди.
Он оглянулся и с удивлением посмотрела на Дани.
– Ты же вроде уехала вчера? Или, решила вернуться и переночевать у моста? – улыбнулся Лео.
Она отдышалась, набрала воздуха и выпалила:
– Пожалуйста, поедем туда сегодня снова,
– Сейчас?
– Да, прямо сейчас.
В объяснениях и долгих уговорах не было нужды. Лео сел в машину, радуясь и ликуя внутри себя. Сегодня, впервые, она была в белом платье, воздушном и легком. Она – словно ангел, спустившийся с небес, который, наконец-то, обрел крылья.
– Получилось, – подумал Лео, пытаясь скрыть улыбку.
12
В то время, как она прогуливалась по палубе, Лео завел яхту и направил курс в, теперь уже, их совместное, тайное место. Незаметно, Дани вошла в комнату управления и присела рядом с Лео за пульт.
– Как спалось? – спросил он, не переводя на нее взгляда.
– Никак. Я так и не смогла уснуть.
– Что-то мучило тебя? Снова чувство вины?
– Чувство облегчения. Опустошения. Я вчера все изменила, решилась на перемены, все свои вещи сожгла.
– То есть?
– Вынесла весь гардероб во двор, подожгла и наблюдала, как одежда горит ярким алым пламенем. С каждой новой вещью, которая загоралась, мне становилось все легче и легче. Я молилась внутри себя. Просила прощения у Бога и у отца.
– А потом?
– Потом, поднялась в комнату и всю ночь вспоминала то, что ты мне сказал. Думала о том месте. Думала, как бы тебя попросить вернуться туда снова.
О том, что Дани долго думала о самом Лео, она не озвучила. Еще ни один человек не становился для нее так притягателен. Ей хотелось набрать его номер прямо среди ночи. Но, что говорить? Пусть, даже, просто молчать.
– Я так понял, ты душ не принимала со вчерашнего дня? – сказал Лео, стараясь сохранить серьезный вид. Дани с удивлением посмотрела на него.
– Ну, не страшно, все равно сейчас искупаешься как следует, – продолжал он. Только тогда Дани поняла, что он шутит, и они вместе засмеялись.
Лео решил больше не зацикливаться на внутренних переживаниях и, наконец, переключить внимание Даниэлы с проблем на более приятные составляющие жизни. Хотел помочь ей хоть на мгновение позабыть обо всем там, где никто не смог бы их найти, где они были в безопасности.
– Сегодня пасмурно, – сказал он, взглянув на небо, – если пойдет дождь, искупаться не получится.
– Ну уж нет, – возразила Дани, – что ж я, зря взяла с собой купальник?
Она достала из сумки белое бикини, украшенное кольцами на бедрах тонких плавок.