Я стону и перетаскиваю девушку к себе на колени, а она, расставив ноги по бокам от меня, приземляется своей попкой на мою выпуклость, и я придавливаю ее между мной и рулем. Она держит мое лицо, когда ее язык танцует с моим. Я скольжу пальцами по ее оголенным бедрам. Я поражен, насколько мягкая и гладкая у нее кожа, и я просто хочу облизать и целовать каждый ее дюйм, пока не запомню ее вкус.

Я тяну юбку вверх по ее бедрам и, дойдя до кружев ее трусиков, толкаю их в сторону, мои пальцы скользят в гладкие, влажные складки.

— Проклятье, Котенок.

Я опускаю голову к впадине ее шеи, напряжение в моих штанах растет. Я такой твердый, что можно было бы проверить мой пульс через мой член.

Мои пальцы кружат на ее чувствительной плоти, затем я продвигаюсь внутрь ее, заставляя девушку затаить дыхание. Господи, мне нравится этот звук. Но знаете, что я люблю больше? Когда ее бедра раскачиваются напротив моих. Она объезжает мои пальцы. Самая. Горячая. Вещь. Когда-либо.

Я близок к тому, что мои яйца взорвутся в моих боксерах, когда она целует меня между рваных вздохов и ее руки скользят между нами, судорожно расстегивая мои джинсы.

О, Боже, да.

Я отпускаю ее бедра и тянусь к бардачку, пока Саванна расстегивает ширинку на моих брюках. Я пальцами шарю вокруг, пока не касаюсь квадратного пакетика и хватаю его. Саванна откидывается назад, ее глаза прикованы к моим бедрам, я слегка приподнимаю ее и спускаю одежду вниз по ногам. Она задерживает дыхание, когда видит мой освободившийся стоящий член.

Здесь нет места скромности и смущению, не тогда, когда она смотрит на меня голодными глазами, словно хочет проглотить. Она облизывает свои губы, и я вынужден подавить усмешку, потому что, видимо, даже не поняла, что сделала. Вид ее такой открытой, такой привлекательной делает меня еще тверже, и мое большое эго раздулось в десять раз больше своего размера. Я знаю, природа наградила меня, но это только заставляет меня почувствовать себя Богом среди людей.

Я вскрываю обертку презерватива зубами и раскатываю его по своему стояку в рекордно короткие сроки. Саванна приподнимается надо мной, и я хватаю ее, направляя. Ее большие серые глаза не покидают мои, когда я опускаю ее вниз, погружая себя глубоко внутри ее.

Мы оба стонем, когда я полностью погружен в нее.

Тонкий слой латекса не мешает мне ощутить ее тепло, обернутое вокруг меня. Она чувствуется как рай. Она чувствуется как дом.

Наклонившись, она обхватывает мое лицо своими нежными руками и оставляет мягкий поцелуй на моих губах. Затем она делает то, отчего мой мир перевернулся и никогда не станет прежним: она начала двигаться.

Чтоб меня, если я думал, что это был рай раньше…

Я надавливаю на ее бедра, обездвиживая ее. Отклоняясь назад, она смотрит на меня вопросительно, и уголки моих губ приподнимаются в улыбке. Ясно, что она забыла о моем… условии.

— Умоляй меня, — говорю я.

Она округляет глаза и опускает голову вперед, касаясь моей.

— Ты, блять, должно быть шутишь.

Мой язык дразнит ее губы.

— Я серьезен как никогда, Котенок. Мне нужно, чтобы ты это сделала.

— Нет, ты хочешь, чтобы я это сказала.

Я пожимаю плечами. Доля правды в этом есть, но только доля. Она сжимается вокруг меня, и я стону. Как она может делать то, что у меня уже было тысячу раз, столь более невероятным, чем с кем-либо другим?

— Так нечестно.

Ее зубы покусывают губы.

— Я никогда не говорила, что буду играть честно.

Одним быстрым движением, я прижимаю ее к рулю и своим левым предплечьем удерживаю ее бедра, прижимая на месте. Она делает толчки напротив моих бедер и, хотя на пустынной парковке горит яркий свет, это едва заметно.

Своей свободной рукой я делаю медленные ленивые круги по ее гладкой коже. Она стонет и пытается пошевелиться, ее бедра напрягаются под моей рукой.

— Так не честно, — выдыхает она.

— Око за око. — Мои пальцы тянутся к ее клитору, и я медленно работаю ими назад и вперед. Ее дыхание становится рваным.

Она жалобно стонет и кусает свою губу, ухмыляясь мне сверху.

— Да пошел ты.

На ее губах остались следы от ее зубов, и я улыбаюсь ей, умирая от желания попробовать ее на вкус, пока глубже проталкиваюсь внутрь нее.

— Я пытаюсь.

Я двигаю своими бедрами под ней и сильнее надавливаю своими пальцами. Она задерживает дыхание, когда сжимает руками мои бицепсы, а затем я только останавливаюсь — перестаю касаться ее, останавливаю свои медленные, мучительные толчки.

Она сжимает глаза.

— Нет-нет-нет, продолжай.

Непроизвольно я улыбаюсь на ее отчаяние, потому что это так чертовски приятно осознавать, что это я довел ее до безумия.

— Скажи это.

Она пытается ерзать надо мной, но прикована на месте. Ее ногти так сильно впиваются в меня, что я знаю, на моей коже останутся следы, но мне все равно.

— Это всего лишь одно маленькое слово. Хочешь дам тебе подсказку? Оно начинается на букву «п».

Она игриво приподнимает брови и сильнее сжимается вокруг меня.

— Пизда?

— Черт возьми, женщина.

Мои глаза закрыты, когда я пульсирую внутри нее и тяжело дышу из-за сбившегося дыхания. Я не буду сдаваться. Пока не услышу это слово, слетающего с ее губ.

Когда я снова смотрю на нее, то снова становлюсь серьезным. Юмор, мое самодовольство, все уходит. Я обнажился перед ней и это пугает.

с Скажи это. Мне необходимо знать, что ты также сильно хочешь этого, как и я. Мне необходимо знать, что то, что я чувствую, не игра в одни ворота. Мне необходимо…

Ты. Все это. Мы.

— Мне нужно это больше, чем следующий глоток воздуха, Саванна.

Чувство, душащее меня изнутри, выходит за рамки «просто нравится», и даже если я никогда этого раньше не испытывал, я точно знаю, что это и что оно значит.

Похоже, что я отдаюсь на милость этой девушки передо мной, потому что она забрала мое сердце. Украла его.

Саванна замирает, борьба и бунт внутри нее исчезают, будто их можно выключить, как лампочки. Вздыхая, она поднимает руки и кладет мне на плечи.

— Я не знаю, что я чувствую. Все очень быстро и запутанно, и пугающе, но также замечательно и … волнующе. Я не готова позволить этому уйти, но также не готова позволить этому расти дальше. Есть в этом смысл?

Я пристально смотрю ей в глаза, когда она смотрит на меня сверху вниз, и я вижу крохотные серебристые капельки в этих серых глубинах.

— Да. Я могу поработать с этим.

Наклонившись, ее лоб соприкасается с моим.

— Мне жаль, что я не могу дать тебе ответ получше. Просто знай, что я не хочу кого-то другого так, как хочу сейчас тебя. Это даже несравнимо. Так что, пожалуйста, Деклан. Я умоляю тебя... двигайся, — говорит она, сильнее сжимаясь вокруг меня и пытаясь раскачиваться своими бедрами.

Да, мэм.

Хватая Саванну за талию, я тяну ее к себе вниз, чтобы укусить эти сладкие губы, когда толкаюсь внутри ее. Мы задаем устойчивый ритм, и я отклоняю Саванну чуть назад, чтобы получить хороший вид на то, где мы соединяемся.

— Черт, — шипение вырывается из меня, когда я скольжу внутри нее своим членом. Я наслаждаюсь видом ее прекрасных розовых складок и позволяю своей голове опрокинуться назад, упиваясь ощущением, что она полностью обволакивает меня.

Саванна отвечает в такт моим толчкам. Я убираю руки с ее талии и скольжу под ее блузку, пробегаюсь пальцами вверх по ее животу. Я чувствую, как она напрягает мышцы, когда скачет поверх меня, о Боже, все, что она делает — делает прекрасно.

Ее груди колышутся передо мной, почти на уровне моих глаз. Они дразнят меня с каждым толчком ее бедер, умоляя поиграть с ними, и я скольжу под мягкую ткань ее бюстгальтера, обхватывая ладонями нежную плоть. Мой палец очерчивает ее сосок, и ноги Саванны начинают трястись, когда ее стенки сильнее сжимаются вокруг меня.

Она близко, я чувствую это.

Я стискиваю зубы, когда хватаю ее за бедра и резко опускаю ее вниз, толкаясь навстречу, пытаясь оттянуть свой оргазм, который уже готов вырваться из меня. Она слишком хорошо ощущается, чтобы продержаться еще дольше, но я стараюсь, напрягая мышцы.