— Зачем Вам это? Папа Вам заплатил? — тихо спросила я. Нет, я догадывалась и почти так предполагала. Поэтому ничего нового из этого начатого им рассказа я не узнала.
— Я обязан Вашему отцу жизнью, поэтому выполняю его просьбу и свой долг. — Он снял темные очки и, потерев широкой ладонью глаза, посмотрел на меня.
Цвет его глаз был необычен. Черные глаза, словно омут, а на правом глазу был хорошо виден шрам, который не задевал глаз, но шел через его середину. И как я раньше его не заметила?
— Ясно. — Я опустила взгляд, поняв, что так долго смотреть на людей не прилично. Да и к тому же мне бы самой было бы неприятно, если бы так разглядывали.
— Я продолжу? — спросил он. Я кивнула и прикрыла глаза. — В день своей смерти Вилл звонил мне и, попрощавшись, взял с меня обещание и слово о недавней договоренности с ним…
— То есть Вы знали о смерти отца и не спасли его?! — Я стукнула кулаком по столу и приподнялась. Из моих глаз вот-вот должны пойти слезы, но я сильная…
Внутри меня что-то сжималось от боли и разрывалось от ярости. Что, черт возьми, со мной происходит?
— Да, я знал, — тихо произнес он, а по моим щекам потекли слезы. Я все-таки дала слабину… Ногти впились в нежную кожу ладоней, причиняя боль, но я старалась приглушить свои злость и ярость, которые так и хотели вырваться наружу.
— Но почему Вы… — я прикусила губу, а из глаз с новым потоком покатились слезы.
— Он сам так решил. — Да, как я хотела сейчас его придушить за то, что не спас отца и слушал его прощание через телефон. Сволочь… ненавижу…
— Но…
— Я понимаю Вас, Аму, но ослушаться я просто не мог. Я сам тогда чуть не умолял его не делать этого. Но Ваш отец упрямый, он не сказал ни места встречи, ни время. По связям я мог бы тогда пробить его номер и узнать местоположение, но он отключил и выбросил телефон. И я оказался бесполезен. — В его глазах были сожаление и вина, а руки были сжаты до побеления.
Я поняла… Злость отступила, а сама я отошла от истерики. «Он не виноват», — так твердил мой разум и мое сердце.
Глупость какая…
— Кто такой Солотошен? — наконец подала я голос, пытаясь унять дрожь в руках.
— Он президент компании «ОкеМей», которая заключила контракт с Вашим отцом на то, что Солотошен будет продавать компании Вилла ткань. Но никто не знал, что Солотошен связан с криминалом и вывозит за границу наркотики. Вскоре узнал об этом Ваш отец и разорвал контракт с ним, однако он ему стал угрожать и требовать не только заключить контракт снова, но и отдать ему компанию, всю. Угрожая тем, что он убьет Вас, он вынудил Вашего отца подписать нужные бумаги и вскоре убил его, чтоб окончательно убрать с дороги. — Он вздохнул и вновь посмотрел на меня. Все ясно…
— И теперь, если Солотошен узнает обо мне и этом завещании, бывшая компания отца перейдет ко мне, что очень не выгодно для Солотошена, и он разорится. Поэтому ему потребуется убрать меня, чтоб не было ничего такого, если, конечно, узнает обо мне, — продолжила я, потирая виски тонкими пальчиками. Все-таки сложно все это… Очень сложно… и не просто.
— Умная девочка, это очень хорошо, — произнес он слегка удивленно. Так, значит, мои догадки оказались верны…
— А есть какой план? — я не стала зацикливаться на том, что он сказал. Хотя обидно, конечно, что он меня недооценивает.
— Да. Солотошен не только нам перешел дорогу, но и одним серьезным ребятам — банде, проще сказать, — во главе которой стоит Тсукиеми Икуто. Весьма неплохой парень, но больно любопытный. По моим сведениям, Солотошен кинул их на деньги, но глубоко сглупил. Тсукиеми, то есть отец мальчугана, известен на всю Японию и почти первый из списка богатых людей страны. Поэтому Солотошену пришлось забыть про долг и лечь на дно, — Дол прервал свой рассказ, а я удивленно хлопала глазами… Икуто замешан во всем этом?.. — Кастет — так еще называют Солотошена. Икуто оказался мстительным, поэтому пытается отомстить за тот случай, зато пацанам первый опыт. По моей базе данных, Икуто собрался на «праздник», устраиваемый Солотошеном на день годовщины смерти твоего отца. И для этого задания ему потребуется партнерша, чтоб соблазнила Кастета и отвела его в безлюдное место, а там ребята бы ему отомстили.
— Убили, — поправила я его, закрывая руками заплаканные и красные глаза. Сволочь. Значит, я — та девушка, что выбрал Икуто?
Не верю. Подонок.
— Возможно, связи у них есть, поэтому списалось это бы все либо на суицид, либо на то, что его убила та самая девушка. — Мои глаза слезились от боли и обиды… Как он мог? Уж лучше я была его игрушкой, чем куклой, на которую можно все свалить.
— А план каков? — вновь спросила я дрожащим голосом, пытаясь вновь не заплакать.
— Так как цель у нас одна, мы должны объединиться. — Ноги свело, и если б я стояла, то давно бы упала на твердый пол, обязательно что-нибудь вывихнув или сломав.
— А как Вы узнали про все это..? — пожалуй, на данный момент этот вопрос волновал меня больше всего.
— Это уже не Ваша забота, — ответил он. А ведь и вправду, какое мое дело?..
— А почему Вы именно сейчас появились? Не раньше, не позже? А именно после моего звонка?
— Ваш отец посчитал, что Вы сами должны были смириться со всем этим и позвонить, что служило о том, что Вы готовы, — он был уверен в своих словах и действиях. Мне бы так…
— А если б я не нашла письмо и все это… что было бы тогда?
— Видимо, Ваш отец знал Вас хорошо, поэтому сделал именно так — написал письмо. А если нет, то… я бы сам пришел, да и к тому же я всегда знал, что с Вами и как Вы. Даже то, что Вы знакомы с Икуто. — Я вздрогнула и ошеломленно посмотрела на Дола. Как?
Руки начали дрожать от осознания того, что за мной следили и наблюдали, а еще больше всего оттого, что я влюбилась в того человека, с кем должна работать как и по своей, так и не по своей воле…
Я набрала побольше воздуха в легкие и с замиранием сердца спросила:
— Откуда?
— Лина моя дочь. Она познакомилась с Вами случайно, еще до того, как появился Солотошен. Это было мне на руку. Я рассказал ей все, и она докладывала мне вести про Вас. Не обижайтесь на нее, она хотела как лучше, — произнес он, а я замерла не в силах издать ни звука, ни движения.
Не может быть… Все люди, дорогие мне люди оказались мне совершенно незнакомыми… Это больно… Это страшно… Это обидно. Осознавать то, что тебя, в какой-то степени, обманывают и даже предают.
В висках забил пульс, голова начала кружиться, а в ушах начало звенеть — давление, вновь… Потом легкая боль от падения со стула… и темнота.
Что же будет дальше? Смогу ли я пройти весь этот путь..?
========== Глава 13 ==========
Одиночество… Как я привыкла к нему. Никто не мешает, не трогает, не вертится под ногами. Поначалу было непривычно и больно строить стену вокруг себя, закрываться от мира сего, от друзей, матери. Книги стали моим увлечением и занятием на каждый день. Уроки стояли так же на первом месте, и, казалось, не было важнее ничего, кроме всего этого. Уроки, книги, книги, уроки — так я проводила свой каждый день. Даже Лина не могла разбить построенную мною стену и вытащить из собственных оков.
Да, поначалу я чувствовала себя одинокой — мне вечно чего-то не хватало, но я каждый раз убеждала себя в том, что, кроме меня, найти и наказать убийц отца никто не способен. И это давало мне силу на то, чтобы продолжить мой упорный труд и держаться в школе под статусом «Круглая отличница», и самой верить в это.
Пришлось повзрослеть. Нет, это были не свои убеждения, чтобы казаться взрослой, а жестокая реальность, которая вынудила меня стать взрослой не по годам. Смешно и глупо, но, увы, как бы я не хотела оставаться той Аму, которая была прежде — веселая, открытая, по-детски наивная и глупая — прошлое назад не вернуть, я так решила и окончательно поставила точку.
Меня лишили самого дорогого — отца и матери. Притом мать жива, но… для меня она сейчас как мертвая. Словно не она… И это очень сложно. Смешанные чувства огорчения, ненависти и любви. Ведь она очень сильно изменилась с тех пор, как убили отца. Я не знаю и не хочу знать такую мать, как бы я ее не любила внутри. Я не хочу себе такую мать…
