Территория вокруг небоскрёба кольцом окружала стена из тугоплавкой смеси бастума и ардена, но внутри, в самом дворе, не осталось практически ничего, кроме сфер фонарей, разлинованных для энеромобилей площадок, да складной лестницы, тянущейся к темнеющим створкам внутрь. «Клеймённым» негде было спрятаться — штаб «Рассвета» предполагал, что при нападении они будут сдерживать противника на улице, отстреливаясь из окон самого небоскрёба. Но сейчас эта особенность сыграла роковую роль для десятерых анротов, медленно отступающих от прыгающего по обездвиженному «Наместнику» Вестника, который раздобыл вторую винтовку. Его разум горел невидимым пламенем, опаляющим электронику, он умудрялся с хирургической точностью попадать в головы уворачивающихся анимагенов, при этом, не забывая уклоняться самому. «Они заблокировали вход, — заметил Вестник монолитную пластину из чистого бастума на месте широких стеклянных створок внутрь штаба, — значит, всерьёз опасаются вторжения. Это плохо». Впрочем, он знал и другой способ попасть внутрь. Беспрестанно стреляющие в него «Ястребы», кружащие над телами своих убитых сородичей, едва ли могли предположить, что наземная цель с незначительными характеристиками тела, начнёт прыжками забираться по разделениям между сегментами здания. Спрятав отобранные винтовки себе за пояс, Вестник шустро, словно профессиональный скалолаз, поднимался наверх, чувствуя, как сгорает воздух позади него от пролетающей плазмы. Однако стреляя в него, «Ястребы» не учли, что бетонная стена штаба не выдержит такого огня и с грохотом обрушится вниз, на неподвижные тела анротов. Хотя технически они были мертвы, но души в них всё равно остались, а значит, Эксплар мог запросто воскресить их заново.
Внутри бетонных блоков небоскрёбов, как правило, находилась решётка из сплава металла, в данном случае более дешёвого бастума. Именно благодаря её окиси здания приобретали сизый цвет, так часто встречающийся в Нелии. И хотя штаб «Нового Рассвета» внешне выглядел серебристым, внутри он тоже состоял из бетона и бастума, под толстым слоем специальной краски.
Едва Вестник поравнялся по высоте с ближайшим «Ястребом», как тут же изогнулся пружиной и прыгнул на него, в непродолжительном, но несомненно эффектном полёте. Ограниченное мышление и жёсткий контроль сыграли свою роль против солдата Эксплара — не додумавшись, что нот может на него запрыгнуть, он растерялся и попытался скинуть его, но тот уже прочно вцепился в его шею одной рукой, а другой выхватил из-за пояса винтовку. Огонь двигателей на спине летающего анрота немного оплавил его комбинезон, но Вестник даже не обратил на это внимания. Первый же выстрел из его оружия пробил грудь соседнего «Ястреба» точно посередине, и тот взорвался, покачнув ударной волной соседних летунов. «Зря ты объединил их генератор и процессор в одной точке, — усмехнулся про себя нот, сжав сгиб крыла вырывающегося анимагена и направляя его к стене штаба, — хотя, может и будет эффективно против незнающих». За ними всё ещё летели фиолетовые заряды, но помехи, создаваемые разумом нота, мешали навести такое оружие в полёте. Стена, к которой они приближались, разваливалась на части, и резкий рывок «Ястреба» в неё окончательно раскрошил бетон, обнажая внутреннее покрытие. Отскочив с самый последний момент, Вестник зацепился за выбоину в стене и, раскачавшись, скользнул в небольшой лаз, некогда бывший вентиляцией, благо его худое тело это позволяло.
Едва ли какое другое место сравнится по уровню технологий с этим. Белоснежные коридоры, с ветвящимися на них чёрными линиями к консолям створок. Мягкий белый свет, льющийся из ламп на стыках стен, пола и потолка, что убивал все тени, а воздухе чувствовалась смесь дорогих ароматических средств. Даже здесь створки открывались бесшумно, а шаги не отражались эхом, несмотря на пустоту коридора. Встроенные в стену ящики и светящиеся голубым проекторы голографических консолей мигали разноцветными индикаторами, в такт циркулирующему в фильтрах вентиляции воздуху. Ничего лишнего — только функциональность. Казалось, что это здание и не заметило нападения армии анимагенов на город, но Вестник как никто другой знал, насколько обманчивы эти покой и тишина.
«Сколько времени я тут провёл, когда был в человеческом теле? — думал он, коротко взглянув на потрескавшуюся обшивку позади себя и направившись к лифтам за поворотом. — Восемнадцать лет… так мало для человека и бесконечно много для бессмертной машины».
— Тревога! Несанкционированное вторжение! — раздался громкий электронный голос по всем этажам штаба. — Активированы внутренние системы защиты!
— Этого следовало ожидать, — пробормотал нот, пустившись бегом по белому коридору, а из стен и потолка выдвигались из неприметных панелей небольшие двуствольные турели, провожая лазерными целеуказателями убегающего анимагена. Голубые лучи ускорителей ударили в белый металл, оставляя на нём подпалины, но Вестник успел скрыться за поворотом, чтобы едва не попасть под огонь местных орудий. Один из импульсов попал ему в ногу, но он тут же выстрелил в ответ, прострелив защитную пластину пушки насквозь.
Впереди показались плотно закрытые полукруглые створки лифта. Как и у большинства небоскрёбов, он располагался у самой стены, и за его передвижениями можно проследить через защитное стекло снаружи. Однако сейчас сама кабина, круглая платформа с сенсорными дисплеями, находилась на самой верхушке штаба, на трёхсотом этаже и добраться до неё не представлялось возможным. Но Вестнику это было и не нужно. «Распределитель должен быть внизу — это гораздо безопасней, чем тянуть кабель через всё здание», — рассуждал нот, быстро двигаясь по изрешечённому стрельбой коридору. Системы наведения, испорченные помехами, не могли точно следовать за ним, оскверняя белизну коридора чёрными отметинами выстрелов. Единственное, что настораживало нота, так это то, что он до сих пор не встретил никакого сопротивления, не считая обезвреженной защитной системы самого штаба.
— Зря ты пришёл сюда, Вестник, — услышал он мелодичный, но абсолютно лишённый теплоты женский голос, — хотя Эксплар и предвидел это.
— Аркания! — из прохода рядом с лифтом вышла ещё одна необычная анимаген из всех существующих. Он и забыл, кто был назначен начальником штаба.
В отличие от угловатых конструкций большинства нотов, эта больше напоминала анрота своим телосложением. По-настоящему женственно выглядящие бёдра и талия, подчёркивали её вид, а некое подобие груди даже вызывало сомнения — а анимаген ли это? Лишь почти треугольное белое лицо на закрытой серебристой броней шее портило впечатление. Короткий бирюзовый плащ за её спиной указывал на то, что тяга к роскоши ей не чужда, но в холодных глазах с секторированной радужкой не читалось никакого дружелюбия.
— Неудивительно, что ты нас предал, Вестник, — произнесла она, едва открыв рот с тонкими чёрными губами. Ещё одним отличием от других нотов в ней являлось наличие аккуратненького носа, — Создатель доверял тебе зря.
— Аркания, ты же умный анимаген и понимаешь, что ему нужен только контроль, — он опустил оружие, но не спешил убирать его за пояс. Вид у него сейчас оказался потрёпанный — не считая попадания в ногу, его комбинезон был опалён на животе и лишился нагрудного кармана, — он не пощадит и тебя.
— Ошибаешься, — она стояла неподвижно, словно статуя, но Вестник знал, что такое поведение обманчиво, — Эксплару нужны ноты для возрождения новых анротов и поиска Сопротивления. Ты и сам служил подобным образом ему тринадцать лет или третье возрождение лишило тебя памяти? Ведь Лоту вернула твоему сознанию абсолютно все воспоминания, даже те, которые тебе не принадлежат.
Призрачное лицо Васта дрогнуло на экране. «Откуда она знает? — руки сами сжали рукояти винтовок. — Неужели они шпионили за мной? Но тогда, им известно и про «Первородный Огонь»!
— Ты правильно думаешь, меня приставили следить за тобой после твоего поражения в Рахнаке, — ни одна скула не дрогнула на лице Аркании, — и я тайно присутствовала при твоём возрождении. Но, похоже, ты и не догадываешься, что на самом деле задумала Лоту относительно тебя?
