Литмир - Электронная Библиотека

Мелькнула мысль, что стоило бы открыть правду, но тут же уползла в самый дальний угол моего сознания. Банальный страх заставил прикусить язык. Да и что я могла сказать? "Здравствуйте, меня зовут Рыбкина Татьяна Александровна, одна тысяча девятьсот такого-то года рождения. Прибыла к вам с далекой Земли, из двадцать первого века, для обмена разумом"?

Да меня тут же упекут в местную психушку, ведь для них я кто-то другой, вернее, другая! Никто не поверит мне. Да я бы сама не поверила, если бы вдруг одна из моих знакомых заявила, что она – не она, а какой-то другой человек, вселившийся в ее тело. И вообще, лучше молчать, изображать амнезию и уповать на удачу. Это же из-за нее я сюда попала! Если бы не тот дурацкий заговóр…

– Я должен обсудить ваш случай с коллегами, – пробормотал Нурран себе под нос, тыкая пальцем в странный приборчик у себя на запястье. Мне с кровати был виден только широкий силиконовый браслет серого цвета. – В моей практике такого еще не было.

– Какого?

– Чтобы человек или модификат потеряли память.

Я напряглась. Это что еще за модификаты такие? Инопланетяне что ли?

– Наверное, произошел какой-то сбой… – продолжил синеволосый строить теории.

– Где?

Но он меня уже не слушал.

– Лежите, постарайтесь отдохнуть, лирра. Я пришлю вам сиделку.

Врач вышел, а я опять уставилась в потолок.

Что делать дальше – даже не представляла. Перебирала в голове все, что узнала, и мучилась сомнениями: сказать, не сказать, а если сказать, то как? А если не поверят, то как доказать? А если решат, что я сумасшедшая?

Может быть, амнезия – единственно правильный выход? Притворюсь, что я ничего не помню, пусть меня лечат. А сама потихоньку осмотрюсь, разузнаю, что тут почём, и кем я теперь стала. Тогда уже и приму решение, раскрывать себя или нет.

Глава 3

Несколько минут я просто лежала, погрузившись в размышления. А потом рядом с кроватью что-то пикнуло, заставив меня подскочить от неожиданности.

– Лирра Дизраелли, я ваш дроид-сиделка ММММО дробь восемнадцать.

Я с изумлением уставилась на блестящий металлический цилиндр, подкативший ко мне на трех колесиках. Как он сюда попал? Неужели я так задумалась, что не услышала звук открывающегося люка?

У механической сиделки оказался бесцветный голос, три псевдо-руки в виде гофрированных шлангов, на концах которых находилось по три пальца-манипулятора, и матовый экран там, где по идее должно находиться "лицо". Я не знала, как обращаться с этим чудом роботехники, и даже слегка оробела. Мне показалось, что дроид разглядывает меня, хотя ничего похожего на глаза я на нем не увидела.

– Эм-м… как мне к вам обращаться? – осторожно поинтересовалась я. Все же это мой первый опыт общения с роботами.

– Лирры не обращаются к механическим и кибернетическим организмам на "Вы", – менторским тоном просветил меня дроид. – Мое полное наименование ММММО дробь восемнадцать, но вы можете его сократить, как вам будет удобно.

– Так, а что означает твое название?

– Медицинский Манипулятивный Многофункциональный Механический Организм с самообучающейся программой. Партия номер восемнадцать. Идентифицирую себя как женский пол для более комфортного общения с пациентами.

– Ого, – я нервно улыбнулась, – звучит очень представительно. Но слишком длинно. Можно, я буду звать тебя просто Маша?

– Как вам будет угодно, лирра.

Сама не знаю, почему именно "Маша", но это было первое имя на букву "м", что пришло мне в голову.

Пальцы-манипуляторы подсоединились к разъемам аппарата, от которого шли трубки к моим ногам. Матовый экран дроида посветлел, на нем странной абракадаброй пронесся ряд непонятных каракулей и значков, отдаленно напоминавших привычные арабские цифры и латинские буквы. Да уж, не знаю, куда меня занесло, но у этих гуманоидов подозрительно знакомый алфавит! Контрольная панель на аппарате замигала разноцветными огнями, раздался неприятный звук зуммера, и дроид отсоединился.

– И что это ты делала? – я с любопытством наблюдала за всеми манипуляциями.

– Проверила ваши показатели, лирра. У вас отличная регенерация, как и у всех модификатов Гораукана.

Вот тут меня колотнуло. Эх, не зря я насторожилась, когда Нурран упомянул этих самых модификатов! Попой чуяла, что что-то со мной не так!

Дроид продолжал:

– Кости и мышечная масса ног практически восстановились, поэтому вам больше не понадобится помощь дендримертона.

– Помощь кого?

Все незнакомые названия вызывали у меня холодный озноб. Я уже начинала бояться их, как черт ладана.

– Аппарата, к которому вы подключены. Он поставляет лекарства и питание к определенным клеткам с помощью наночастиц – дендримеров.

Можно подумать, я что-то поняла.

Впрочем, это было не важно. Меня интересовало другое.

– А модификаты это кто? – начала я осторожно прощупывать почву.

– Представители человеческой расы, видоизмененные в результате естественного и искусственного трансгенеза.

Ну, слава Богу, хоть не инопланетянкой стала, а обычным среднестатистическим мутантом, зато с человеческими корнями.

– Так я мутант? – некстати вспомнился синий язык.

– Нет, лирра. Мутант – это биологический организм, отличающийся от исходного типа каким-либо наследственным отклонением, возникшим в результате мутации. Модификаты – это новый вид человеческой расы. На сегодняшний день существует около десяти подвидов.

Из этой тирады я поняла от силы слов пять. Смысл остальных безнадежно ускользал.

Разговаривая со мной, дроид откинул с кровати одеяло, ловко отсоединил трубки от сосудов под моими коленями и наложил на ранки какую-то клейкую массу, моментально застывшую тонкой непроницаемой пленкой. Боли я не почувствовала.

– Я могу встать? – тут же спросила я.

– Пока нет, лирра. Дождитесь вашего лечащего врача.

– И когда он придет?

– Обход через девять часов тридцать минут.

Я только растерянно захлопала ресницами. Вдаваться в подробности побоялась, а потому кивнула с понимающим видом и спросила другое:

– Кстати, а Гораукан – это что?

– Четвертая планета звездной системы Альстерия, созвездие Нереид, галактика Немертея.

– А где я сейчас?

– Вы находитесь на научно-исследовательской космической станции "Гермес", в медицинском блоке.

– Ах, да, кажется, мне уже говорили об этом вчера.

Удивительно, но дроид даже не поинтересовался, почему я задаю вопросы, на которые, вроде бы, должна знать ответ. Видимо, его не запрограммировали на любопытство. Но как раз это и было мне на руку. Нелепый цилиндр на колесиках мог стать настоящим кладезем информации, но я боялась, что наш разговор может записываться. Если даже в моем салоне везде были натыканы камеры, то здесь, наверное, и подавно.

Ну да ладно, если что – спишем на амнезию.

– А сейчас какое время суток? – продолжила я допрос.

– На "Гермесе" время отсчитывается автоматически, – просветил дроид, – Сейчас одиннадцать часов, двадцать пять минут.

"Бред сумасшедшего! – подумала я. – Хоть бы сказала, день или ночь?"

– А число какое?

– Двенадцатое бариэля 5386 года по Всегалактическому календарю Паттерсона-Минаева.

Я едва удержалась, чтобы не присвистнуть. Ничего себе, меня занесло! А по старому доброму григорианскому это сколько?

Одно утешало – фамилии звучали вполне человеческие. Кажется, все не так уж и плохо.

Хотела спросить, что за месяц такой бариэль, сколько их всего и какое сейчас время года, но мой новый организм решил о себе напомнить.

В животе забурлило.

– А кормить меня полагается?

– Да, лирра. Выберите на моей панели интересующие вас блюда. Заказ будет доставлен через десять минут.

– Эм-м? Я не помню, как это сделать…

– Просто нажмите на название блюда в списке сегодняшнего меню. Или закажите дежурное блюдо.

5
{"b":"675180","o":1}