Апокалипсис Новую осилили высотку — Сгинули в космической дали. Ближе, ближе подлетаем к Солнцу — Дальше, дальше от родной Земли. Страшно ведь, что мать-Земля в дорогу Не благословит нас никогда: «Улетели? Ну и слава богу! Хорошо бы, если навсегда!» 2011 «Ну и что ж я имею…»
Ну и что ж я имею На скончании дней? Что имею – лелею, Да и нету милей Детства, поля, степи на закате И у речки – костра, Приглушённого голоса бати: «Вновь клюёт густера! А с неё не уха, а похлёбка…» Ну а где-то в крестьянской избе Мама в окна засмотрится робко В благодарности Богу, судьбе. А вернёмся – раздеться поможет, Щи – на стол, ну и прочую снедь. И на скатерть ладони положит, На меня станет долго глядеть. 2011 «В чернозёме, на суглинке…» В чернозёме, на суглинке, И в моей душе Ветру, зёрнышку, былинке Дом готов уже. – Тук-тук-тук! – Откуда родом И рождён кем ты? – Той же матушкой-природой, Те ж лица черты. Узнаёшь? – Да хватит врать мне! – И не думал врать! – Значит, мы с тобою – братья? – Ну, конечно, брат! 2011 «Впереди горит поляна…» Впереди горит поляна Ягодой осенней рдяно. Я бреду с лукошком Ягодной дорожкой. Голову склоняю вниз, Земляничный сдвину лист: – Милая красавица, Разреши представиться?! А она в ответ: – Возражений нет! В небо гляну: около Голубого облака Земляникой рясною Свисло солнце красное. И лучи стекают вниз, Словно сок, мильярдом брызг! 2011 «Словно солнце на закате…» Словно солнце на закате, Светит лампа в нашей хате. В полусумраке спокойном Мы сидим семьёй на койках, На скамейках – вместе Слушаем мы вести. Мы воды набрали в рот — Хорошо приёмник врёт. Папка ухо чешет: «Хорошо ведь брешет!» А о чём идёт брехня? — О колхозе нашем: Будто на три трудодня Пуд овсяной каши На душу колхоз даёт… Хорошо приёмник врёт! 2011 «Роза в дымчатой оправе…» Роза в дымчатой оправе Дачным утром хороша. В росах платьице поправит — Не цветок – сама душа! И, склонившись над водою Родниковою в ведре, Всё любуется собою В спелой девичьей поре. Срежу. Сникнет. И обвянет. Но ещё листвой шурша, Вдруг в глаза мои заглянет — Не цветок – сама душа! 2011 «И когда ж помудреет душа…» И когда ж помудреет душа, Перестанет когда удивляться Лжи, похожей на правду ножа, Правде, с ложью готовой сравняться?! Сколько ж можно всех скопом жалеть, И прощать, и прощать, и прощаться? Сколько ж можно всё это терпеть И терпенью души удивляться?! 2011 Март Игольчат снег, искрист и хрупок. Наступишь – в ямине следа, Разорванной, колючей, грубой, Мгновенно выступит вода Галош повыше… Тяжелеют Водой набрякшие пимы. И ноги стынут, леденеют До искр в глазах, до жуткой тьмы. Домой приду – как будто с кожей Пимы срослись… С отцом вдвоём Снимаем. Мне отец поможет! …Потом – отшлёпает ремнём. 2011 «Бессердечная дорожка…» Бессердечная дорожка В тёмных путах ивняка Притаилась на немножко, Мхом припудрилась слегка И скользнула в лог ромашек, И исчезла без следа. Вдруг привстала. Ручкой машет: – Пращевайте навсегда! Я к ней эдак, я к ней так, Но – стеной стоит ивняк! Вдруг подумалось, что он По уши в неё влюблён, Нежно, беззаветно. Также безответно! 2011 Мать в храме
Стоишь в платочке строгом Склонённо перед Богом. И крестишь часто-часто Себя, и в забытьи Ты просишь детям счастья, Здоровья и любви, Всего, что в скорых письмах Всю жизнь писала нам, Ты шепчешь ныне, присно, Подняв глаза к глазам. То зачастишь, то реже Персты на грудь кладёшь… Слова одни и те же… Но всё же, всё же, всё ж… 2011 |
