</p>
<p>
«Deutschland’s Mother & The Alconauts» продолжали репетировать. Дойч напивался и трогал Гену Штопора за всякое, мешая творческой практике.</p>
<p>
Зато Илья, как настоящий артист, шёл до конца, и пытался играть свои три аккорда негнущимися пальцами. Он храбрился и говорил, что будет выступать, даже если придётся бренчать хуем по струнам.</p>
11 сентября
<p>
Вечером пятницы Илье стало совсем плохо. Спазмы в его пальцах стали не столь сильными, как несколько дней назад, но зато боль уже охватила все конечности целиком.</p>
<p>
</p>
<p>
Дойчлянд вспомнил, что однажды вписывал парня, учившегося на патологоанатома – это был самый близкий к медицине человек, который приходил в голову. По счастливой случайности его номер был в записной книжке.</p>
<p>
</p>
<p>
— Привет, это Дойчлянд, — поздоровался в трубку телефона герой.</p>
<p>
— При, блядь, вет, — будто споткнувшись, обрывисто ответил «медик». — Напомни, кто ты.</p>
<p>
— Елизаровская… Ты у меня вписывался пару недель, долбили тогда мощно. Вот я – хозяин квартиры. Вспоминай, — потребовал Дойчлянд.</p>
<p>
— Ха-ха, — мечтательно хохотнул патологоанатом, — помню-помню! Зачем звонишь?</p>
<p>
— Помощь твоя нужна, ты же с медициной как-то связан…</p>
<p>
— Ну, это в прошлом! Я на химию переквалифицировался, если ты понимаешь, о чём я, ха-ха, — не стал обнадёживать бывший трупорез. — Но ты говори, в чём дело.</p>
<p>
— Короче, у нас тут парень много дней уже назад… сколько? — задумался Дойчлянд, — в общем, покурил реагента спайсушного…</p>
<p>
— Уф-ф-ф, — втянул воздух покойных дел мастер.</p>
<p>
— Да… И пизда случилась с ним, — раздосадовано констатировал не очень профессиональными терминами Дойчлянд. — Скрутило конечности, болит всё… руки, там, ноги…</p>
<p>
— Чувак, ну это совсем пиздец. Надо вызывать «скорую» ему.</p>
<p>
— У парня нет документов, вот в чём проблема, — объяснил Дойчлянд.</p>
<p>
— Блядь, тогда ждите до вечера воскресенья.</p>
<p>
— Нахуя? — удивился Дойч.</p>
<p>
— Без документов его «скорая» отвезёт в самую хуёвую больницу... бля, — опять споткнулся «медик», — там врачи по выходным не работают. Нахуй ему там лежать где-нибудь посреди отделения? Лечить его некому будет, я сталкивался. Он же у вас там не совсем помирает же?</p>
<p>
— Живой пока, но что-то же надо делать… — будто в пустоту произнёс Дойчлянд.</p>
<p>
— Дайте ему обезболивающего какого-то и ждите до воскресенья, мой тебе совет, — уверенно произнёс недоучившийся эксперт.</p>
<p>
— Ладно, спасибо. Пока, — попрощался Дойч.</p>
<p>
— Пока, чувак. Звони, если что.</p>
<p>
</p>
<p>
Илью обезболили водкой и феназепамом, и стали надеяться на чудо.</p>
13 сентября
<p>
Звонок в 4:00 утра не разбудил Дойчлянда, ведь герой вместе со своей компанией был в мефедроновом угаре. Трезвонил Очков – это было странно.</p>
<p>
</p>
<p>
— Алло, Дойч, — взволнованным голосом начал Очков, — звонили из прокуратуры, концерт сегодня отменяем.</p>
<p>
— Да? Почему? — голос Дойчлянда был удивлённым, но внутри он испытал облегчение, ведь если всё так, то ему не пришлось бы вставать с дивана и тащить на себе негнущегося Илью.</p>
<p>
— Короче, кто-то настучал, или я не знаю… Им там гитлеры не понравились, ещё много всего. Удаляй встречу, группу, переписку. Всё удаляй, или вместе сядем.</p>
<p>
— Хорошо, понял, — не стал возражать Дойчлянд.</p>
<p>
</p>
<p>
Очков бросил трубку.</p>
<p>
</p>
<p>
Дойчлянд не спешил всё удалять, лишь перевёл публичные аккаунты в статус приватных, а на своей странице в социальной сети оставил гневное сообщение: «Пацаны, концерта не будет! На Очкова давят мусора, он отменил тусовку. Смерть легавым от ножа. Сосите ХУЙ, краснопёрые! «Deutschland’s Mother & The Alconauts» не сдаётся! Ещё увидимся».</p>
<p>
</p>
<p>
Через несколько минут телефон Дойчлянда снова зазвонил. На экране высветился номер Очкова.</p>
<p>
</p>
<p>
— Ал… — успел произнести Дойч.</p>
<p>
— Сука, ты мудак что ли совсем?! Совсем, блядь, дегенерат, блядь, ебучий, блядь?! — напал Очков. — Мы же оба, блядь, сядем, сука, блядь!</p>
