Литмир - Электронная Библиотека

Глава I

Тепличный цветок

– Лилия! – окликнула профессор Элен свою подо-печную, войдя в лабораторию. – С добрым утром, моя милая, – как обычно, ласково поприветствовала она её, поцеловав в лоб. – Надеюсь, ты помнишь какой сегодня важный день? Сегодня наконец весь мир узнает о тебе как о самом старом человеке на Земле! Ну что же ты молчишь? Нам срочно нужно начать подготовку к твоему торжественному выступлению!

Лилия, казалось, совсем не слышала того, что говорила профессор Элен. Она сидела перед зеркалом в специальном ортопедическом кресле, созданном точно по параметрам её позвоночника, и задумчиво смотрела в сторону, никак не реагируя на присутствие профессора в комнате.

«В её возрасте это бывает», – насмешливо подумала профессор и начала рыться в шкафчиках в поисках парикмахерских принадлежностей.

Лилия тем временем принялась рассматривать кисти своих рук и, медленно перебирая пальцами, размышляла о том, насколько на самом деле старо её тело. Она отлично услышала слова профессора, но не хотела чем-либо выдавать свои мысли. «Неужели мне уже сто лет? – неспешно думала она, не испытывая при этом должных эмоций. – Неужели старше меня никого не существует? Но сто лет – разве это много?»

Такие мысли нечасто посещали её. Она вообще редко думала с тех пор, как профессор Элен убедила её, что это весьма дурное занятие. Но именно сегодня, в свой сотый день рождения, она решила, что может позволить себе такую роскошь, как разговор с самой собой.

– Ну, Лилия, о чём ты задумалась? – нетерпеливо поинтересовалась профессор словно у маленького ребенка. – Неужели ты не рада? Посмотри на себя, – Элен ловко развернула крутящиеся кресло в сторону зеркала, – ты выглядишь идеально, – с заметным восхищением сказала она. – Любой человек на этой Земле хотел бы быть на твоём месте. А на меня взгляни: я моложе тебя почти вдвое, но далеко не так красива, как ты!

Лилия лениво посмотрела в зеркало. Профессор Элен каждый день твердила одно и то же, что Лилия прекрасна, что Лилия красавица, что ей все завидуют. Сколько Лилия себя помнила, она не менялась: те же густые светлые волосы, та же гладкая кожа, те же розовые губы, тот же голос, та же походка. И на протяжении ста лет ею не переставали восхищаться. Но Лилия до сих пор не могла понять: что особенного в том, что абсолютно неизменно?

– Рада? – переспросила Лилия.

– Вы же говорили, что радость – это плохо, так как она ведет за собой отчаяние, а любой стресс вреден для здоровья.

– У тебя отличная память, Лилия, – засмеялась про-фессор, – верно, я так говорила. Но сегодня – особенный день, поэтому тебе можно всё даже немного нарушить твой обычный режим.

– И даже съесть кусочек пирога?

– Ну нет, это уже лишнее, – покачала головой профессор, расчёсывая мягкие волосы Лилии. – А вдруг тебе станет плохо от переизбытка сахара в крови? Ты же не хочешь в такой день чувствовать себя нехорошо?

Лилия мотнула головой. Нет, естественно, она не хотела. Но вкус того пирога, который она случайно попробовала в детстве, она всё ещё не могла забыть.

– Итак, в последний раз повторим нашу инструкцию, – закончив с волосами, профессор приступила к обрабатыванию лица.

Лилия заметила, что сегодня Элен выглядела бодрее, чем обычно, будто помолодела на несколько лет. Улыбка так и не сходила с её лица.

– Нам предстоит немного пообщаться с журналиста-ми, которые возьмут у тебя интервью. Помнишь, я тебе рассказывала, что это такое? Тебе будут задавать вопросы, а ты должна на них отвечать. Вопросы будут касаться в основном твоего режима дня, – профессор, смочив ватный диск тоником, аккуратно провела им по глад-кой упругой коже. – Не волнуйся, спокойно расскажи им о себе, о том, как ты питаешься, какие упражнения выполняешь, на какие процедуры ходишь – одним словом, опиши свой обычный день.

– А если они спросят что-то, на что я не знаю ответ? – Я тебе помогу, – пообещала Элен и выкинула ватный диск в урну, – не думаю, что они спросят что-то сложное.

Спустя минуту в её руках появился защитный крем, который она ровным слоем нанесла на лицо и руки своей подопечной. В день интервью Лилия нуждалась в особом уходе: в зале конференции будет много людей, и ветер наверняка будет гулять туда-сюда. Плохо, если Лилия подхватит простуду или обветрится кожа, поэтому сразу после того, как марафет был наведен, профессор Элен заставила Лилию выпить противовирусное лекарство.

– Вот и хорошо, – сказала она, забирая у неё стакан воды. – А теперь напомню тебе самое главное, – полушепотом, словно по секрету, предупредила профессор Лилию, – люди, с которыми ты сегодня встретишься – не такие, как ты. Они – из другого мира и всю жизнь жили по-другому. Не обращай внимания на то, что они выглядят странно и порой говорят то, о чём ты не имеешь понятия. Это тебя не касается. Просто знай, что они – не ты. Если будет страшно, представь, что разговариваешь с одним из наших ученых, – и волнение сразу пройдёт, – доброжелательно улыбнулась Элен.

Лилия утвердительно закивала в ответ. Улыбка профессора всегда успокаивала её и внушала доверие.

– Тогда тебе осталось переодеться и позавтракать. Костюм я тебе приготовила ещё вчера – найдёшь его шкафу. Доктор С. проводит тебя в конференц-зал, – распорядилась профессор. – Только не хмурься, – по-просила она, собравшись уходить. – Сегодня твой день! Улыбайся, ты должна выглядеть счастливой!

– Счастливой? – не совсем поняла Лилия.

– Хм, – задумалась профессор, – вспомни момент, когда ты играла в прятки с моей бабушкой в детстве.

– Перед тем как я упала и больно ударила ногу? – припоминала Лилия.

– Да. Вспомни, что ты чувствовала. Ты была рада? Лилия на минуту задумалась:

– Да, – наконец выдала она.

– Вот и воссоздай это чувство у себя в голове. Сможешь?

Лилия не хотела огорчать профессора, поэтому пообещала, что постарается. Лишь потом Лилия поняла, на-сколько давно она испытывала это чувство, и засомневалась: сможет ли она воплотить его снова?

* * *

Сегодняшний день был триумфом профессора Элен.

С самого утра она получила множество поздравлений от коллег-профессоров, которые не меньше, чем она, были рады завершению этого многолетнего проекта. Некоторые из них знали ещё мать Элен – профессора Э. и помнили, как это дело только зарождалось. Профессор Элен принимала поздравления со свойственной ей скромностью, утверждая, что эта заслуга не только её, а всех ученых Международного научного сообщества. Будучи не в том возрасте, чтобы прыгать от радости, она испытывала лишь глубокое внутреннее удовлетворение от того, что довела до финальной точки дело, начатое её семьей. Она знала, как мать лелеяла мечту вырастить Лилию до столетнего возраста, тем самым ознаменовав новый прорыв в науке, который подарит человечеству невероятные возможности. Элен была горда, что её семья стоит у истоков этого открытия, и что именно ей выпадает честь представлять это всему миру.

– Зал уже полон, профессор Элен, – лихорадочно возвестила молоденькая доктор С. – Вы не поверите, какой там ажиотаж: гости со всего мира! Снаружи гигантская очередь, люди ломятся в двери! Такое происходит пер-вый раз в жизни!

– Безобразие! Чему вы только радуетесь, доктор С.? – возмущенно поинтересовался пожилой профессор К., который вместе с остальными ожидал своего выхода в конференц-зал. – У нас закрытое научное мероприя-тие, а не шутовское зрелище!

Обычно научные конференции проходят намного скромнее и организованнее, но весть о большом открытии притянула к себе людей со всех концов Земли, и на этот раз дело не ограничилось только научными деятеля-ми. Сегодня сюда были приглашены и известные личности, и пресса, и студенты, и просто вольные слушатели, успевшие предварительно зарегистрироваться. Одним словом, готовилась конференция гигантского масштаба.

– Ломятся в основном журналисты, – пояснила док-тор С. – Во все щели лезут, словно тараканы.

1
{"b":"673566","o":1}