Едва не пропустив от Хикаку условный знак, мальчик понимающе улыбнулся: Изуны и Изаму не было видно. Мадара поневоле начал внимательно поглядывать по сторонам в надежде заметить братьев. То, что они сразу не выбежали навстречу, наводило на мысль о засаде.

Но всё было спокойно. И при осмотре комнат никаких неожиданных нападений не произошло.

Из снаряжения остался не пристроенным только свиток. Что там запечатал отец, неизвестно.

— Это тебе сейчас помешает, — Хизао-сенсей решительно забрал у него ношу и сделал шаг назад.

— Ни-сан! Хикаку-кун! — точно в подтверждении его слов как из-под земли выскочил маленький вихрь и напрыгнул, повис на шее. Изаму.

Мадара охнул от неожиданного и чувствительного удара, сгрёб брата в охапку, пытаясь понять, что же произошло. Тот стал заметно тяжелее. Это удивило не меньше, чем ощущение упирающихся в грудь и живот ножен и рукоятей запрятанного под одеждой оружия.

Удар в спину заставил вздрогнуть. Подкравшийся Изуна обхватил руками, тоже повис всей массой. Мадара спешно переступил с ноги на ногу, чтобы удержать равновесие. И снова то же ощущение. Ножны упирались под ребра и в позвоночник. Если Изаму в силу возраста ещё мог разместить оружие недостаточно аккуратно, то от Изуны такой небрежности ждать не приходилось. Наконец братья разжали руки и переключились на Хикаку.

Имея возможность посмотреть на младшеньких со стороны, Мадара невольно нахмурился: с братьями явно было что-то не то. Оставалось надеяться, вечером они всё расскажут.

***

Запах успокаивающего чая уже стал резким и навязчивым, вот только видимого результата не было. То ли на простых людей он действовал хуже, то ли у купца слишком большой стресс. Ему бы что покрепче, только где подобное взять в походных условиях? Алкоголь с собой никто не таскал.

Знал бы, что так оно выйдет, задал бы меньшую скорость и прибыл на часок позже, а лучше вообще к вечеру, чтобы всё разрешилось без меня. Зря, что ли, Акуму оставлял за старшего? Поработал бы с Хагоромо, справились бы с такой миссией. А теперь мне придётся подрываться самому и тащить за компанию не отдохнувших Мадару и Хикаку. Мальчишки же серьёзно обидятся, если оставлю их тут. И ведь медлить нельзя, неизвестно, сколько банда пробудет на том постоялом дворе.

Рассказ купца уже больше напоминал монолог незабвенного Шпака*, и количество ценностей чудесным образом увеличивалось.

А в голосе торговца начали проскальзывать характерные нотки, само повествование перестало нести хоть какую-то полезную информацию. Использовал легкое гендзюцу, чтобы заткнуть фонтан жалоб. Мужчина чуть вздрогнул, а затем расслабился, даже улыбнуться смог. Хм, перестарался, теперь ощущение, что собеседник подвыпил.

— Мы ведь не хотим, чтобы тут началась полноценная истерика, правда? — мягкий голос Джиро был купцом проигнорирован. — Никакого вреда его здоровью от этого нет. А если не будешь дергаться, то и твоему тоже.

Глянув на сегодняшнего напарника, только вздохнул. Точно сорвиголова, но везучий. Вот как он так умудрился подкрасться к Хьюга, что тот теперь и дернуться не может? Не иначе сшаринганил действия детей с Сеном. Сделав мысленную пометку — потом поговорить с родичем на тему того, что не стоит нервировать шиноби из других кланов, особенно если с ними ещё взаимодействовать. С помощью иллюзии же указал Джиро новый фронт работ.

— Хьюга-сан, полагаю, нам стоит поговорить. — Блеск, мало мне координировать действия с Хагоромо, так ещё и надо вписать в общую схему обладателя интересного додзюцу. Отказываться от возможностей, что давал бьякуган, не хотелось.

Светлые глаза почти светились от прилившей к ним чакры, да и вены вокруг них начали вздуваться.

— Хей, это просто разговор, — Джиро настолько беспечно, что подобное могло бы показаться игрой на публику, прошел мимо напряженного шиноби и выскользнул из комнаты.

— Это не иллюзия, он сам по себе такой, — всё же пояснил, пока белоглазый окончательно не усомнился в собственном додзюцу. Жаль, не продемонстрировал Джиро ещё и иллюзию перерытого техниками полигона.

— О чем же? — Хьюга впервые нарушил молчание.

Стремительно подошедший командир Харогомо бросил недоумённый взгляд на почти заснувшего купца и на нас. С секунду оба шиноби смотрели друг на друга. Надо же, какие пессимисты, невысказанное “Ками-сама, за что мне это?” читалось вполне отчётливо.

— Хиро-сан, вы как раз вовремя! — Жаль, что сам Хагоромо так не считает. — Торговец горит желанием поскорее вернуть товар и идёт с нами, Хьюга-сан, ваш контракт ведь ещё в силе. Придётся работать вместе. — Такое заявление не вызвало особой радости ни у Хьюга, ни у Хагоромо. Не, ребята, даже простое стояние в сторонке — участие, мне накладки не нужны.

— Деревня действительно вырезана, — сдался белоглазый, даже маска невозмутимости дала трещину, мужчина едва заметно поморщился. — А среди разбойников на постоялом дворе есть шиноби.

— Именно шиноби, — Хиро прищурился, — или просто обладающие чакрой и умеющие сражаться люди?

— Шиноби, но без монов, — собеседник не раздумывал. — Слишком хорошо развиты чароканалы. Возможно, нукенины. — Легкая неуверенность на последнем предложении не укрылась от глаз.

Действительно редкие птицы. Верность клану прививается с рождения, а если предатель и появляется, его стараются устранить как можно быстрее. Хотя если отступник — мелкая сошка, а сам клан не обладает какими-то особенными способностями, у нукенина есть хорошие шансы пожить подольше.

Очень надеюсь, что это такие предатели прибились друг к другу. Нам только диверсии от какого-то клана не хватало!

*Шпак — один из героев комедии “Иван Васильевич меняет профессию”.

***

Шиноби должен быть терпеливым, вот только Мадаре приходилось прилагать немалые усилия, чтобы не показать, сколь ему неймётся. Мальчик подышал на зябнущие пальцы. Необходимость скрывать чакру делала лежку ещё более неудобной, вот только теперь их могли заметить, разве что наступив.

А из укрытия неплохо можно было рассмотреть постоялый двор. На первый взгляд, ничего подозрительного не наблюдалось, но только призывные соколы и вороны уже успели облететь окрестности, а ниннеко — не привлекая внимания пройтись и внутри построек.

Что разведчики нашли, осталось достоянием отца и командира Хагоромо. Ещё, возможно, торговца и его телохранителя. Но раз никто не спешил менять расположение, всё в силе. Все роли были распределены на последнем обсуждении, оставалось лишь ждать сигнала. Безмятежность устроившегося рядом Хикаку рождала желание как-то подколоть друга. Останавливало осознание, что это не получилось бы сделать тихо.

На глаза в который раз попался запыхавшийся торговец. Мужчина непостижимым образом умудрялся быть всюду одновременно, заполнять всё пространство.

Он не был похож на купцов, которых доводилось видеть раньше. Те как-то не особо рвались в бой, а этого телохранителю приходилось чуть ли не за шиворот удерживать. То ли так подействовали выпитые снадобья, то ли присутствие рядом сильных шиноби. Обладатель бьякугана тоже будоражил любопытство. Но поговорить с ним возможности не было. И близко-то удалось рассмотреть только во время обсуждения плана. Мадара впервые порадовался, что на совещаниях у него пока нет права голоса. Наверняка ляпнул бы что-то глупое. От неожиданности. И так от волнения горло пересохло, когда понял, какую придётся играть роль.

Мальчик глянул на братьев. Те явно нервничали, хотя и старались не подавать виду. Сам он тоже вынужден был признать, что волнуется.

Обычно прикрывали его, а в этот раз отец посчитал, что время пришло.

Хикаку сжал его плечо.

— Всё будет хорошо, — произнесено было одними губами.

Мадара смог лишь усмехнуться. На то, чтобы как-то пошутить, идей не возникло, да и горло перехватило так, что вместо слов мог вырваться хрип.

Придержав Изаму за доспехи, он ткнул пальцем в ремень, который следовало подтянуть. Младший брат, смущённо улыбнувшись, принялся поправлять снаряжение.