– У меня большой дом, гостевых комнат хватит на всех.

Мила ничего не ответила, только отпила глоток мартини из бокала и огляделась.

– Да, дом у тебя великолепный, – улыбнулась она, – улыбнулась она, – Наверное, тут много комнат?

Дав вместо ответа, отставил бокал коньяка в сторону и поднялся на ноги:

– Сейчас я проведу для тебя экскурсию, а пока попрошу Ярослава приглядеть за гостями.

Он направился к Ярону, который сидел в одиночестве, лениво наблюдая за обстановкой. По крайней мере, именно он и внушал Давиду доверие и сам Дав не мог сказать, отчего это происходило.

– Яр, мы с Милой хотим осмотреть дом, не приглядишь за всем, что здесь происходит? – обратился он к нему.

Ярон перевел взгляд на Дава и кивнул.

– Хорошо, Давид, не переживай, здесь все будет в порядке.

Дав уже собрался было отойти, когда Ярон тихо произнес:

– И, кстати, ты можешь закрыть свое сознание от всех, стоит тебе только пожелать.

Он снова отвернулся, продолжив наблюдать за происходящим, а Дав нахмурился, но ничего не ответил.

Интересно, что именно имел ввиду Ярон, а, главное, почему советовал это сделать именно сейчас?

Неужели кто – то из них мог вмешаться в его сознание и что – то там увидеть?

Давид, все еще хмурясь, подошел к поднявшейся ему навстречу Миле и, взяв ее бокал, поставил его на столик рядом. Потом выбросил все ненужные мысли из головы и протянул девушке руку. Сейчас существовала только она, а о том, кто и что имел ввиду можно было подумать и позже. Взяв ладонь Милы в свою, он, ни слова не говоря повел ее на экскурсию по дому, всем своим существом ощущая заинтересованный взгляд. И абсолютно точно можно было сказать, что принадлежал этот взгляд Натану.

========== Глава 7 ==========

– Вот здесь у меня зона отдыха, – рассказывал Давид, ведя Милу за руку и распахивая перед ней двери помещений.

Ее теплая ладонь в его руке не была бездвижной, Мила иногда чуть сильнее сжимала руку Давида, будто пытаясь увериться, что он настоящий и он рядом.

– Бильярдная, комната для отдыха, сауна, небольшой кинозал, – перечислял Демон, показывая помещения, которые девушка оглядывала с интересом.

– А здесь что? – указала она на дверь справа.

– А здесь большая ванная комната.

– Можно взглянуть? – с легкой улыбкой на губах спросила Мила, кивая в сторону двери.

Давид вернул ей улыбку и пожал плечами, распахивая перед ней дверь и пропуская девушку вперед.

– Ого, – только и вырвалось у Милы, когда Давид включил свет, полумраком осветивший довольно внушительное помещение.

Стены были облицованы черным кафелем с редкими белыми прожилками, свет исходил от нескольких светильников, сделанных в форме свечей, но он только слегка разбавлял темноту, а в углу стояла полукругом огромная черная ванна. Здесь чувствовалась какая – то странная атмосфера, которой не было в остальных помещениях в доме. Наверное, именно это место целиком и полностью соответствовало сущности Дава. Такое же порочное, мрачное, но такое неизменно привлекательное.

– Нравится? – раздался возле уха Милы голос Давида, и он закрыл за собой дверь, а сам оперся бедром о раковину, глядя на девушку сбоку. Мила медленно повернула голову в его сторону и застыла, наблюдая за тем, как свет играет бликами в черноте его глаз. Ей даже на миг показалось, что в глазах Дава светятся крошечные язычки пламени, и она несколько раз моргнула, прогоняя наваждение.

– Очень нравится, – прошептала девушка, стараясь унять отчаянно колотившееся сердце.

Ей хотелось одновременно сбежать отсюда, но она понимала, что не может сделать ни шагу, потому что ей хочется остаться здесь навсегда.

Давид легко оттолкнулся и шагнул в сторону Милы, становясь за ее спиной и выбивая всякую почву из – под ног девушки. Она физически чувствовала его рядом с собой, будто бы он касался ее, хотя Давид стоял в полушаге от нее. Мила молчала, потому что такого противоречивого чувства она не испытывала уже очень давно. И она абсолютно четко уловила момент, когда он бесшумно шагнул, стирая все расстояние безмолвно, хотя по всему ее телу прошла сладкая дрожь, а Давид наклонился и коснулся ее шеи губами.

Мила почувствовала, что задыхается, – грудь бурно вздымалась, а дыхание стало частым и поверхностным. Казалось, легкие больше не могут вместить в себя много воздуха. И наряду с этим где – то внутри нее стало просыпаться неистовое желание. У нее возникло ощущение, что именно этого она всегда и ждала, и именно этого она всегда и хотела. Губы Давида скользнули влажным теплом по ее шее, поднялись вверх, захватили мочку уха, и Мила не выдержала, – застонала и откинулась назад, позволяя его рукам поддержать себя и прижать к его телу.

Едва Давид понял, что Мила не сопротивляется, что она ответила на его ласку, как он развернул ее к себе лицом, крепко обхватывая руками и прижимая к себе. Он издал какой – то утробный рык, впиваясь поцелуем в губы Милы, которые тут же раскрылись ему навстречу. Это был волшебный миг, тот, которого он так ждал, – начало их близости, способное перерасти в гораздо большее. Их языки сплелись, обжигая своими прикосновениями и страстью, которую оба вложили в этот поцелуй. Руки Дава уже не просто удерживали Милу, – они принялись ласкать ее обнаженную кожу, медленными движениями доводя Милу до грани, за которой начиналось чистое наслаждение. Мила только и смогла сделать, что вцепиться руками в плечи Демона, пытаясь устоять на ногах.

Давид сделал шаг вперед, толкая Милу спиной к стене, и прижал ее своим телом к черному кафелю. Он пытался сделать так, чтобы эти объятия не причинили девушке неудобства и в тоже время хотел запечатлеть в памяти каждый изгиб ее тела, которое так явственно чувствовал всем своим существом.

Давид отстранился от ее губ, и Мила как – то странно всхлипнула, прикрывая глаза и откидывая голову назад, в то время как жаркие губы Демона принялись покрывать поцелуями тонкую и нежную шею девушки.

Мила запустила пальцы в волосы Давида, притягивая его голову к себе так близко, насколько это было возможно. Она чувствовала, что вот – вот сгорит в том пожаре, который он так быстро и умело разжег в ней…

Дав никогда не чувствовал себя настолько человеком и демоном одновременно. Это было то, чего он хотел. Чтобы Мила открылась ему, позволила целовать себя, чтобы хотела этого не меньше, чем он сам.

Это было то, к чему он так стремился. Неожиданно он напрягся и замер, почувствовав, как кто – то настойчиво пытается проникнуть в его сознание. Он не знал, кто это был, но то, что это вмешательство имело место быть, мог сказать абсолютно точно.

– Что – то не так? – спросила Мила задыхающимся шепотом, и Давид поднял голову и взглянул в ее глаза. Огромные и блестящие, в которых отразилось неутоленное желание.

– Все хорошо, – хрипло ответил Демон, обхватывая щеки девушки ладонью и пробегая большим пальцем по ее губам. – Думаю, нам пора возвращаться.

Он настолько забылся, когда его поглотила страсть, что, если бы не это ощущение чужого присутствия в его сознании, это бы точно окончилось сексом, а так быстро он этого не хотел.

– Да, – кивнула Мила, и с радостью почувствовала ладонь Дава под своими пальцами. Они прошли обратно в гостиную, ни слова не говоря друг другу, и первое, что заметил Давид, – заинтересованный взгляд Натана, который тот поспешно спрятал за легкой улыбкой. Словно Натану было нужно знать, что же произошло у него и Милы. Оставалось только решить, было ли это простое любопытство, или нечто большее, пока недоступное для Давида.

Оставшийся вечер прошел в не менее веселой атмосфере, мягко перетекая в ночь, которая теперь растеклась чернильным покрывалом за окнами. Мила все чаще зевала, хотя ей совершенно не хотелось, чтобы этот вечер оканчивался. Все то, что она ощутила сегодня с Давом, этот поцелуй, от которого она сходила с ума, эти ласки… Все это она так отчетливо помнила, и все это так хотела ощутить снова. Она поймала себя на мысли, что все чаще смотрит на Давида, когда тот общается с остальными. Пытается запомнить его улыбку, его жесты, его эмоции, которые так ярко отражались на его красивом лице.