В таком месте и сидели архангел Габриэль и ангелы Бальтазар и Кастиэль. Габриэль вальяжно раскинулся на широкой каменной лавочке и, приложив голову к стене, пытался прикрыть глаза и хоть немного отдохнуть, а Бальтазар ходил взад-вперед по камере, мешая ему расслабиться. Кастиэль же сидел в соседней камере и бездумно пялился в потолок.

— Чувак, может, ты сядешь? Ты уже часа четыре так ходишь. У меня перед глазами возникают твои путешествия по кругу! Ты мне мешаешь расслабиться и уйти в Нирвану, — с ухмылкой обратился сладкоежка к другу, открыв медовые глаза.

— Из-за тебя у нас отобрали бухло, чувак! Как ты мог попасться? Я специально припас коньяк, который Михаил не заметил. Я его прятал тщательно, что даже архистратиг не увидел, а ты достал его и выпил. Как ты мог попасться? Почему не выпил тайно?

— А я и старался, — ответил Фокусник, пожав плечами. — Просто я же не знал, что мудак-надзиратель решил проверить, как узникам в камере сидится. А потом я не успел его спрятать. Бальт, у нас будет ещё бухло. Тем более ты думаешь, что я такой простой, да? Я нам приготовил куда лучше бутылки коньяка.

Габриэль встал с лавочки и пошел в другой конец камеры. Он стал что-то там искать и, спустя минут пять, достал оттуда большую вазу с шоколадными конфетами и батончиками.

— Конфеты? — удивленно переспросил Бальтазар, посмотрев на вазу в руках младшего архангела. — Ты променял коньяк на конфеты?! Да, давай сейчас будем горе сладким заедать. Гейб, из нас двоих сладкоежка до мозга костей только ты. А я хочу свое бухло! Сам это жри!

— И буду! Нытик ты, Бальти.

Архангел перевернул вазочку и стал высыпать оттуда сладости. От изобилия вкусняшек, у него начала вырабатываться слюна, а хитрющие глаза заблестели. Но он не спешил есть конфеты. Бальтазар удивленно наблюдал за действиями друга и пытался понять, что он делает.

— Нашел! — радостно воскликнул сладкоежка, когда высыпал всё содержимое.

Довольный собой Габриэль протянул ангелу упаковку… Карт. Как только Бальтазар увидел карты, обиды относительно бухлишка отошли на второй план, и на его лице появилась лукавая улыбочка. Он быстро присел возле друга, который-таки не удержался и стал трескать шоколадный батончик, бросая фантики на пол темницы.

— Это ещё не все. Потом я тебе покажу то, от чего ты будешь прыгать по темнице от радости. Поверь мне.

— Я тебе верю, Гейб, — с улыбкой сказал Бальтазар и взял в руки карты. — Я раздаю. В преферанс, покер, деберц, ландскнехт аль в «Дурака?»

— В деберц, — довольно ответил Габриэль, наблюдая за Бальтазаром и кушая второй шоколадный батончик.

Когда ангел стал раздавать карты, из соседней камеры послышался голос Кастиила, который до этого был подобен обелиску и тихо сидел. В отличие от этих двоих, для которых даже заточение не было горем, а выход они находили почти из любой ситуации, ангел был совсем другим. Кастиэль всё думал, как отсюда поскорее выйти и увидеть свободу. Да и он никогда не играл в карты с Гейбом и Бальтом. Да и что такое карты он явно не знал. Поэтому заточение в Небесной тюрьме для него было страшным, скучным и нелепым наказанием.

Да и сам Кас прекрасно знал, что и Гейбу и Бальтазару никогда не бывает скучно. В какой бы ситуации не находились ангел с архангелом, они везде найдут позитив, веселье и развлечение. А, может, даже и выход. Даже в темнице Гейб и Бальт находили себе занятие, благодаря которому часто слышался их громкий ржач и веселые игры. А если была бутылка алкоголя и порножурналы, значит, ангелы бы и подавно не пропали. Кастиэль прекрасно знал натуру старших братьев, и он знал, какие о них ходили слухи на Небесах, и как их в сердцах называли брошенные ими ангелессы. Любители и ценители красивых девушек и женской красоты. Любители выпить, поиграть и полапать, полюбоваться на прекрасный пол. Он знал, что оба старших брата никогда не знали отказа от девушек, а красивые барышни, публичные дома, азартные игры и стриптиз клубы для них были делом нормальным и обычным.

Но Кастиэль был совсем не таким. Поэтому и сейчас, слыша звонкий ржач из соседней камеры, он только вздыхал и обреченно качал головой.

— Ребята, — заговорил пернатый, — может, вы не будете играть? Просто… Грешное это дело — карты. Да и Михаил сказал, чтобы вы не играли. А если он зайдет. Ребята, может, вы прекратите. Михаил сказал, не нарушать Райской темницы дисциплину. Он запретил в карты вам играть. Почему вы не следуете его запрету?

На такие вопросы ангела те двое переглянулись, и через минуту снова стал слышаться громкий смех Бальтазара и не очень цензурная лексика Габриэля, который проигрывал ангелу.

— Кларенс, ты нудный. Михаила в Эдеме нет. Это раз. Второе, нам скучно. А когда нам скучно, мы себя развлекаем. Третье. Карты это нормально. Это же не голые цыпочки там, в камере, и это не плохо. Хочешь, присоединяйся к нам? Хотя, ты не сможешь. Но все равно. Тогда болей за меня, хорошо? — радостно ответил Габриэль перепуганному пернатику, тасуя колоду карт. — Пики. Попал ты, Бальтазар.

— Кстати, ты не должен говорить о цыпочках, знаешь почему? — ехидно поинтересовался он, выложив перед Габриэлем козырный марьяж, то есть козырных даму и короля. — Бэлла

— Почему? — спросил Габриэль, смотря в свои карты. Он выложил семерку, восьмерку и девятку червей. — Черт. Терц.

— А ты уже не свободный. Ты окольцованный у нас. Теперь твоя единственная цыпочка на всю жизнь — Орабель. Ещё скажи мне, что я не прав.

Младший архангел засмеялся и забрал себе даму и вальта червей.

— Ты прав, Бальтазар. Я теперь не свободный. У меня есть Орабель. И слишком много мы с ней пережили. И за это время наши отношения укрепились, и любовь стала ещё сильнее. Она выдержала трудности и трагизм, — ответил он, взяв в руки карты.

Фокусник стал что-то считать.

— Нам нужно записать результат и раздавать дальше.

Бальтазар согласился с другом и окинул взглядом камеру. Он нашел в дальнем углу темницы небольшой камень. Довольный собой, он взял камень и что-то стал выводить на стене. Сладкоежка качал головой и ухмылялся. Что-то подсказывало Кастиэлю, что эти двое точно не заскучают.

Комментарий к Дэ жа вю

Продолжаем бороться с тавтологиями понемногу. Главу снова редактировала, поэтому могут быть ошибки. Если заметите - ПБ для вас. Давайте вместе делать фанфик лучше.

Марселина - http://cs11366.vkontakte.ru/u11638961/-14/y_b3e1d59d.jpg

http://cs319031.vk.me/v319031708/3083/eYZ7iElsloI.jpg

* - описание темницы по 23 серии 9 сезона “Ты веришь в чудеса”.

========== Никогда не злите женщин ==========

С женщинами сражаться невыгодно. Победа славы не принесет, а поражение вдвойне позорно.

Небеса. Небесная тюрьма.

— Пусти меня к Габриэлю, Марселина. Буквально на десять минут. Я должна проведать своего жениха. Я тут ему конфеток передала. Тем более мне разрешил Михаил.

Орабель стояла напротив Марселины и буквально прожигала её взглядом. В этот день в темнице должна была дежурить именно Марсель вместе с парочкой ангелов Асуфом и Клариэлэм. А Орабель нужно было проведать Габриэля, потому что находиться без возлюбленного аж один день она не могла. Хоть архистратиг и посадил того на пять дней в темницу, всего пять дней, но и эти дни Орабель выдержать не смогла. Ей нужен был Габриэль, сию минуту, прямо сейчас и без промедления, ведь для влюбленных даже день расставания было очень тяжело пережить, а если пять? И невеста не выдержала. Она решилась на последний шаг. Идти к главнокомандующему и просить о свидании с женихом. Тот был против этой идеи и всячески отказывал Орабель, находя странные и даже нелепые предлоги. Но ангелесса была не из тех девушек, которые просто сдавались.

Не сдаваться! Постоянно говорила сама себе Орабель и настаивала на своем. После длительных уговоров — Михаил подчинился. Он понял, что спорить с этой девушкой себе дороже. Она никогда не уступит, а будет добиваться поставленной цели и добьётся, чего бы ей это не стоило. И он отступил, позволив будущей невестке повидать Габриэля в темнице.