Сидевший рядом Дойл представлял собой полную противоположность. Единственный неголубокровный в составе гильдии, он выполнял роль коменданта при Гаррете, и грозным рыком наводил страх на многих новобранцев. Однажды, много лет назад, голубокровный новичок совершил роковую ошибку и вызвал Дойла на поединок, высокомерно полагая, что лучше какого-то человечишки. О последствиях до сих пор перешептывались в казармах для новобранцев.
— Прошу прощения, — протянул Бирнс слегка ироничным тоном, кинул пальто на спинку кресла и устроился поудобнее. — Перри решила остановиться и почитать светскую хронику.
Эта фраза заставила Перри обратить внимание на еще одного присутствующего в кабинете. Не то чтобы она не заметила его с того момента, как они вошли. Напротив, Перри почувствовала этот взгляд, как только открыла дверь.
Она искоса посмотрела на Гаррета и кивнула. В его голубых глазах горел вопрос.
— Это я виновата, — призналась Перри и стянула пальто.
В кабинете оставались свободными три места: Перри могла втиснуться между Дойлом и Фитцем или сесть на двухместный диван напротив них, куда наверняка усядется и Гаррет. Едва слышно проклиная Бирнса за то, что тот двигается быстрее, Перри прошла в противоположный конец кабинета и нерешительно повесила пальто на спинку дивана.
Как только она села, Гаррет отошел от камина. Воздух заколыхался, Перри напряглась. Столько всего изменилось за последний месяц, и это полностью ее вина.
Все годы, проведенные вместе, чертовски красивый партнер Перри считал ее лишь одной из Ночных ястребов, в то время как сама она лелеяла глупые девичьи мечты. Естественно, дальше мыслей дело не зашло, Перри даже намеком себя не выдала, но избавиться от чувств полностью так и не смогла.
Она полагала, что может себя контролировать, но за прошедший месяц два события полностью перевернули ее мир. Гаррет пострадал от обезумевшего голубокровного лорда. Рана оказалась настолько серьезна, что Перри всерьез опасалась потерять напарника. Лишь ее кровь спасла его. Перри несколько дней просидела возле постели Гаррета, борясь с ужасным, тошнотворным чувством. А затем, меньше недели спустя, когда напарник полностью оправился, произошел инцидент в опере.
Перри не могла подобрать другого слова к тому, что случилось. Глупая, безрассудная гордыня, вот в чем причина ее нынешнего затруднительного положения.
«Не играй в игру, если не можешь стерпеть поражения. Я сдамся лишь на этот раз». Жаль, она не последовала совету.
Гаррет пристроился на диване, закинув руку на спинку, и Перри вынырнула из воспоминаний. После того вечера она почти не видела Гаррета. Он поставил ей в пару Бирнса, а сам часто был «занят» делами гильдии. Возможно, совпадение. Вполне возможно.
— Что интересного в прессе? — поинтересовался Гаррет.
— Ничего стоящего.
— Тогда мы, наконец, начнем совещание? — В его голосе сквозило раздражение. Гаррет вытащил из кармана кожаной куртки часы. — Вы опоздали на пятнадцать минут. От Бирнса я мог такое ожидать…
Бирнс вопросительно изогнул бровь, но промолчал. Они с Гарретом грызлись уже месяц. Все стало еще хуже после того, как Совет герцогов не утвердил Гаррета в качестве официального преемника на посту главы Ночных ястребов. Сорок лет назад Совет позволил Линчу основать гильдию, подконтрольную лишь им самим, и Бирнс умело пользовался нерешительностью герцогов в вопросе преемничества.
— Ну теперь-то мы здесь, — парировала Перри.
— Отлично. — Гаррет оглядел присутствующих. — Я получил предписание от Совета. Они согласны рассмотреть ходатайство о назначении меня на пост главы Ночных ястребов. Если, конечно же, у вас нет возражений.
При этих словах не Гаррет, а Перри взглянула на Бирнса. Тот пожал плечами, будто ему все равно, но его ледяные глаза сверкнули. Бирнс и Гаррет начали службу в гильдии почти одновременно, и оба входили в состав доверенных помощников Линча — пятерых верных заместителей.
Линч создал Гильдию Ночных ястребов сорок лет назад, и до настоящего момента никто не задумывался о преемнике. Линч всегда производил впечатление неуязвимого, до того часа, как встретил Розу, коварную революционерку, укравшую его сердце и наставившую Линча на другую стезю.
— Значит, возражений нет?
Тишина стала Гаррету ответом.
— Тогда продолжим. — Гаррет бросил рядом с собой письмо. — Среди дел особой важности: пропавшие бриллианты леди Уолтерс, убийство в Бетнал Грин, и долетевшие до меня слухи о драке в Ямах…
Гаррет продолжил монотонное перечисление, но Перри слушала в пол-уха, что с ней редко случалось.
Она лишилась покоя, как только прочитала, что Монкриф вернулся из своего изгнания. Пошел лишь десятый год, а это означало, что принц-консорт зачем-то вызвал герцога досрочно — и не просто вызвал, а предложил ему место в Совете герцогов, управляющих городом.
Получить подобное назначение — большая честь. Что же такого сделал Монкриф, чтобы заслужить эту награду от принца? И что теперь делать самой Перри?
Все считали, что Октавия умерла, погибла от руки Монкрифа и лежит в какой-то безымянной могиле. Перри изо всех сил этому поспособствовала: количество крови в спальне герцога не оставляло сомнений, что произошло убийство.
Единственный, кто мог заподозрить неладное — сам Монкриф.
Первоначальное потрясение постепенно отпускало. Сперва она надеялась, что их пути не пересекутся, но слишком хорошо знала Монкрифа. Теперь, вернувшись в Лондон, он станет ее искать, пытаясь идти по следу десятилетней давности. Если повезет, герцог никогда не найдет Перри. Но если найдет…
— Также поступило сообщение, что в Брикбенке, где ремонтируют слив-заводы, видели призрак.
Последнее сообщение вернуло Перри в реальность.
Она подняла глаза и увидела, что Гаррет за ней наблюдает.
— Что? — Неужто он над ней посмеивается? Или хочет убедиться, что она внимательно слушает?
— Призрак? — с недоверием переспросил Бирнс. — Похоже, кое-кто опять прикладывался к бутылке с джином.
— Призрак и двое погибших, — повторил Гаррет, — найдены сегодня утром на слив-заводе.
Огромные заводы в Брикбенке были местом, где кровь, собранную в качестве налогов, хранили, очищали и разливали для личного пользования Эшелона.
— Перри, — продолжил Гаррет, — я хочу, чтобы ты занялась этим делом, вместе со мной.
Они не работали вместе больше месяца. Если бы Перри не прикладывала столько усилий, чтобы избежать встреч с Гарретом, она бы, наверное, заподозрила, что он тоже ее избегает. Курам на смех! То, что произошло в опере (их почти-поцелуй), наверняка ничего для Гаррета не значило. Он флиртовал, как дышал.
— Как прикажешь.
Перри медленно выдохнула. Это ее работа. Вот и все. Она справится, сможет притвориться, будто между ними ничего нет.
Ведь у нее столько лет получалось.
— Отлично. — Гаррет выпрямился и огляделся. — Что-нибудь еще?
Бирнс посмотрел на Перри, а затем перевел взгляд на Гаррета. Когда она вопросительно вздернула бровь, Бирнс натянуто улыбнулся.
— Ничего интересного для всех присутствующих. — Он встал и по-кошачьи потянулся. — Но мне жаль терять партнера.
Перри сердито зыркнула на него.
— Ты не теряешь партнера, — уточнил Гаррет, откинулся на спинку дивана и смерил Бирнса взглядом, — а меняешь. Я дам тебе в пару новичка.
Бирнс замер.
— Я лучше работаю в одиночку, как тебе известно.
— Ты — один из лучших следопытов Гильдии, — быстро парировал Гаррет. — Я хочу, чтобы лучшие из новобранцев учились у тебя, и для этого время от времени буду ставить их тебе в пару.