А я думал, Светлейший в одиночку пойдет. Опять Снейп прав оказался. Кошка была в чем-то зелено-клетчатом. Она думает, что тут фольклорный фестиваль? И тонкий клинок в руках, больше на рапиру тянет.
С разбега влетаю в купол, стражи меня свободно пропускают. А вот купол не очень. Мантия-невидимка вспыхнула, и я ее быстро с себя сдернул. Дышу как загнанный конь.
— Я не опоздал?
Дамм-мм-м!
Стражи закрывают проходы, а купол становится насыщеннее. Все, закрылись. Хотя и после гонга вход в круг возможен, так объяснял Снейп.
— Гарри! Что ты здесь делаешь? Я же просил Грюма присмотреть за тобой.
Снейп молча начинает двигаться боком, раскручивая меч. Легкий взмах палочкой и в директора летит какая-то гадость разминочная. Простое движение посохом и разворот Светлейшего — атака отбита, но ко мне он поворачивается боком. МакКошка яйца чешет, что ли? Или что там у нее вместо… Ну, раз так — получайте, директор, в жопу Секо. Невербально.
Как мой луч почти долетел до директора, я видел, а вот дальше… Что чувствует человек, если столкнется с паровозом, в лоб? Можно с разбега. Ну, вот примерно так. Меня двинуло так, что земля оказалась где-то там, поменявшись местами с небом пару раз. Хруст, явно костей, и острая боль, почти сразу исчезнувшая. Короткий полет остановил купол, по которому я и «стек» на песок поля. В ярде от меня спины големов, я на правом боку, мордой почти в песок. Если бы очки не зачарованы были — была бы кучка битого стекла с покореженной оправой.
— Альбус! Ты его не убил?
— Нет, Минерва, но он нам больше не будет мешать. Северус, зачем ты его сюда привел?
Вся левая сторона тела, как онемевшая. Бросил взгляд на левую руку с браслетом. Неестественный угол, по всему видно — переломы. Неожиданно закашлялся. Мордред, кровь. Значит и ребра. Ничего, сейчас коктейль отработает, боль он уже снял. Палочка неизвестно где. Где-то в песке этом. Не важно. А Снейп на вопрос директора не отвечает и молча атакует МакКошку.
— Минерва, займи Северуса, я с мистером Поттером разберусь.
Еще этого не хватало. В меня прилетает что-то диагностическое и сразу следом обездвиживающее и обезболивающее. Потом я чувствую, как вокруг меня возводится защитный купол, он даже приглушает звуки орущего стадиона.
Ай, Снейп! Как же ты его хорошо знаешь.
«— На виду у школы он не может поступить иначе.»
Я задолжал тебе секс на директорском столе без замороженных портретов.
Финита! Незаметно проворачиваю кольцо на пальце, хорошо, что оно на неповрежденной руке. Снейп пророчествовал, что левая рука «случайно» окажется неработоспособной, поэтому и кольцо я надел на правую. Теперь Снейп знает, что начался отсчет. Раскусить первую капсулу с зельем. Итак, первый этап — создание лакуны. Концентрация, мантра и зелье, без которого у меня так и не получилось воспроизвести этот этап. Легкий галлюциноген расцветил окружающее даже с закрытыми глазами, вот прошли линии рисунка концентрации… Сосредоточиться и расслабиться одновременно, забыть, что там, за куполом, Снейп. Поймать ритм.
Слова латыни звучали в голове голосом учителя Чар. Сейчас я не буду осторожничать. Посох это серьезно, пусть и с риском для себя, но лакуну я сделаю на максимуме того, что смогу.
Ритм. Ритм. Ритм. Разодрать магическое пространство, создавая вход в никуда, разодрать собственным искажением своей магии…
Второй этап — накопление. Источники, сейчас я их чувствую почти физически… идите сюда! Вы мне нужны! Именно так.
Ритм. Ритм. Ритм. Я как будто вишу в центре водоворота, а потоки воды, закручиваясь, уходят вниз, в бездну. Кажется, что лакуна бездонна. Пора-пора! Время идет!
Третий этап, раскусываю капсулу, галлюцинногенная полунаркотическая муть уходит, я начинаю постройку канала выхода, сама постройка ничего сложного не представляет, в сравнении с первым этапом, этот — легкая прогулка. Но есть проблема, когда пойдет поток это будет больно, а зелье сделает меня почти нечувствительным к этому. Почти, но не полностью.
Постепенно возвращается слух, до этого притупленный зельем. Стадион свистит и улюлюкает. Значит, дела у Снейпа не очень хороши. Но, самое главное — он еще в бою. Я прокручиваю кольцо на пальце, свидетельствуя, что все готово. Теперь его очередь.
Приоткрыв глаза, смотрю на положение зельевара. Потрепан знатно, часть боевой мантии превращена в лоскуты, явно хромает, вижу кровь на лице, и на боку блестит красным, но меч все так же свистит, вращаясь. Дуэльное поле значительно перепахано, кое-где вижу разбитые боевые поделки трансфигураторов. Только пара-тройка ярдов вокруг меня выглядят не тронутыми. Недалеко от меня каменное копье воткнуто в песок и обломано, копье для гиганта, если бы было целым.
Судя по движениям, пара Дамблдор-МакКошка сейчас его просто гоняют по полю в ожидании истощения. Кошка тоже прихрамывает и рапира куда-то делась, чепчик прикольный шотландский слетел, так что она держится сзади-сбоку от Светлейшего и не проявляет активности особой, чисто на подпевке. А Дамблдор почти не замарался, чуть покоцана белоснежная мантия, но обошлось без красненького. И зазубрины подпаленные на посохе, похоже, что Снейп-таки добрался до него в ближнем бою.
Вот Снейп изменил направление, Дамблдор разворачивается вслед за ним, ко мне он скоро окажется спиной. Ярдов двадцать до него — идеально. Ошейник становится горячим. Пора!
Я приподнимаюсь, опираясь на одно колено и упирая правую руку ладонью в песок. Шепчу формулу открывающую лакуну и одновременно поднимаю ладонь на уровень глаз, разворачивая ее от земли к небу. В дюйме от ладони формируется… Сложно описать, как маг, создавший это, я знаю — это и есть точка выхода лакуны. И выглядит она сейчас иначе, чем на тренировках. Но тогда я не закачивал столько!
Резкий порыв ветра поднимает пыль, на ладони формируется черный шарик, смотреть на который больно, как было бы больно смотреть на солнце, он пульсирует, от него начинают тянуться чернильно-дымные сгустки. Они стекают по воздуху, по мне, на землю, растекаются в воздухе. Ветер бъет из-за моей спины, но я его не чувствую, я поворачиваю ладонь и делаю толкающее движение в сторону Дамблдора, одновременно завершая заклинание.
Ревущий поток исходит не только из ладони, часть пространства вокруг меня — это тоже порождение Бури, поток подхватывает на своем пути песок дуэльного поля и с сумасшедшим ускорением бросает его в сторону директора. Пыли поднялось столько, что потемнело, она выбивалась далеко за дуэльный купол, который ее не сдерживал.
Дамблдор резко развернулся в мою сторону, подхватил посох за нижнюю треть и выставил навершием в меня, так, как если бы это был меч. Камень на посохе вспыхнул ярким малиновым цветом, как зонтик, развернулась защитная полусфера, с трудом останавливающая мой поток, как магический, так и останавливая песок, малую его часть, сбивая скорость частиц. Мантия директора хлопала от силы моего ветра, борода болталась где-то позади. Он уперся ногами в противостоянии Буре. И даже пошел вперед! Он идет против Бури!
А ветер и песок — они лишь побочный эффект! Основное это поток магии, сейчас там, в этом потоке, невозможно колдовать, артефакты перестают работать, зачарованные побрякушки превращаются просто в бесполезный хлам, а слабые магические существа могут просто умереть, а этот! Этот с упрямством, достойным лучшего применения, пытается дойти до меня, выбрасывая свою магию как щит через посох и стабилизируя пространство рядом с собой. Видно, как дрожит посох, как трудно дается ему каждый шаг, но идет!
Усилить канал, пусть потом мне придется восстанавливаться, но он не должен дойти, осталось около полутора десятка ярдов и время Бури уже на исходе. Рев ветра, ничего кроме него не слышу, вижу только упрямо идущего ко мне Дамблдора, медленно, но он приближался, все остальное плохо видно из-за пыли.
Все, я чувствую, как начинает схлопываться лакуна. Смотрю в лицо Дамблдора, который уже в десятке или меньше ярдов, он тоже понимает, что ветер начал слабеть, выражение лица со сосредоточенного сменяется на победное.
