- А ты меня понесешь? - Капризным голосом произнесла девушка.

- Естественно. - Ответил Сириус и подхватил супругу на руки. Диана довольно улыбнулась и сцепила пальчики на его шее. - Итак, моя Леди, пошли.

Девушка весело рассмеялась и положила голову на его плечо, уютно устроившись на его руках.

Наутро газеты «пестрели» статьями о ночном нападении Пожирателей Смерти на жилые дома. Волшебники были убиты практически в своих кроватях. Некоторые из них даже не успели вооружиться, чтобы дать отпор. Студенты и учителя, собравшиеся в Главном зале на завтрак, молча читали статью. Дамболдор так сильно сжимал «Пророк» пальцами, что страницы мялись. На его лице было выражение гневного спокойствия. Даже МакГоногалл, сидящая, по традиции, по правую руку от директора, благоразумно молчала. Она понимала, что лучше сейчас мужчину не трогать. Воландеморт снова нанес удар и на этот раз по членам Ордена, унеся жизни трех волшебников и их семей. И, хоть директору было, по сути, не так жаль своих соратников, это был удар непосредственно на него. Воландеморт взялся за «чистку» рядов орденоносцев. Дамболдор итак «экономил» силы, а тут придется еще больше «затянуть» поясок. Это директора очень злило. Злило так, что он уже не мог этого скрывать. Так и не притронувшись к своему завтраку, Дамболдор резко встал со своего кресла и стремительно покинул Главный зал под всеобщие напряженные взгляды.

Когда директор вышел, Сириус переглянулся с супругой. Диана судорожно сглотнула слюну, сильно сдавливая висок пальцами. Блэк улыбнулся, пытаясь ее подбодрить, и девушка благодарно кивнула ему.

- Бедная Элиза. - Услышал Сириус тихий голос Лили и повернул в ее сторону голову. Эванс смотрела на брюнетку с 4го курса их факультета, которая невидящим взглядом смотрела на статью и слезы лились с ее глаз. Ее пыталась успокоить Алиса Прюэтт, гладя ее по спине и что-то приговаривая при этом. - Это ужасно. - Продолжала говорить рыжая. - Даже представить сложно, что она сейчас испытывает. Мы общаемся, и она всегда такая веселая и озорная. А тут родители. У нее отец маггл, а мать волшебница-полукровка. Будь проклят Воландеморт. - Она шмыгнула носом и уткнулась в свою тарелку, так и не притронувшись к ее содержимому.

Аппетит пропал почти у всех присутствующих в зале. Даже слизеринцы немного притихли, чтобы лишний раз не провоцировать другие и без того враждебно настроенные факультеты. Но они все равно ловили на себе злые и обвиняющие взгляды других студентов. Постепенно ученики стали медленно покидать Главный зал. Впервые стаяла буквально гробовая тишина.

- Надеюсь, что Блэк не рассказал своим друзьям, откуда Воландеморт узнал о местонахождении этих грязнокровок. - Тихо говорил Люциус, когда слизеринцы своей компанией шли к первому предмету, коим являлось Заклинания.

- Если бы они знали, то на меня уже набросились бы с заклятьями. - Так же тихо ответила Диана. - Нет, эта информация очень конфиденциальная. Только для «избранных».

- Кстати об этом. - Подал голос Северус. - Он так и не звал тебя?

- Звал. Вчера после ужина. Но давайте я после вам расскажу.

Друзья согласно кивнули и продолжили путь до кабинета молча.

А в это время компания гриффиндорцев направлялась к теплицам на урок Травологии. Ученики, потерявшие минувшей ночью семьи, на уроках не присутствовали. Их отпаивала успокоительным Мадам Помфри из больничного крыла.

- Этот тайный шпион вконец обнаглел. - Процедил сквозь зубы Джеймс. - Он уже «сливает» конфиденциальную информацию, которой располагает только ближний круг Дамболдора. Значит, «крот» ближе, чем мы думали. Узнаю, что это за гнида — удавлю своими руками. Он так всех нас сдаст. Помяните мои слова, друзья, это не первые жертвы среди членов Ордена.

- Да, - подхватил Ремус, - судя по всему, Воландеморт взялся за истребление наших сторонников. И заметьте, все погибшие магглорожденные. В двух семьях даже есть магглы. И напали так трусливо. Ночью. Когда человек особенно беззащитен.

- Вот именно. - Зло произнесла Лили. - Именно, что трусливо. Потому что Воландеморт знает, что в реальном бою его Пожиратели встретят реальный отпор. Я поверить не могу, что шпион среди нас. И, учитывая, какой «исключительной» информацией он владеет, он действительно из ближнего круга директора. Вы видели, как он отреагировал на статью? Уверена, что он все понял. Но как он обманул Дамболдора? Он должен быть первоклассным окклюментом.

- Да какая к чертам разница как. - Огрызнулся Поттер. - Он обманул. И гнида среди своих. Меня передергивает от одной мысли, что он может знать адреса всех орденоносцев. И он будет постепенно «сливать» нас своему господину. А мы и дальше будем недоумевать. Как он может дальше жить, когда на его совести столько человеческих жизней? Его не преследуют кошмары по ночам, являясь в образе убитых им?

Остальной путь до теплиц товарищи проделали молча. Сириус был особенно молчалив. Он знал, кто «слил» список и ему было больно, что его лучший друг, сам того не зная, ругал любимую своего почти брата. Блэк крепко сжалгубы в тонкую линию, боясь, что если разомкнет их, то наброситься на друга с криками, чтобы он заткнулся и не смел так говорить. Но так было нельзя делать, иначе он сам подставит супругу под огонь заклинаний. Поэтому он молчал, мысленно твердя себе одно слово: «Успокойся». Помогало слабо, но так он старался игнорировать своих друзей. И те, слава Мерлину, не приставали к Сириусу, пытаясь вовлечь его в обсуждения.

Друзья подошли к теплицам и стали заходить внутрь. Мадам Стебль молчаливыми кивками головы приветствовала студентов, вытирая кончиком платка слезы с глаз. Среди жертв была близкая подруга преподавательницы. Ученики занимали свои места, кидая на женщину сочувственные взгляды. Вскоре прозвенел звонок, возвещающий о начале урока, но никто из гриффиндорцев не торопил учителя, понимая ее чувства. Наконец, мадам Стебль вытерла последние слезы и хриплым голосом объявила о теме урока.

- Не знаю, как я выдержала сегодняшний день. - Произнесла Диана, когда они с Сириусом вернулись в свои апартаменты после последнего урока. Забросив свои сумки со школьными принадлежностями в комнату, они сели на диван, чтобы немного пообщаться наедине перед тем, как идти на ужин в Главный зал. Девушка пристроилась под боком любимого, который нежно прижимал ее к себе, водя ладонью по ее плечу и руке. - Я думала, что все смотрят только на меня. Думала, что все в курсе, кто виноват в том, что еще трое учеников стали сиротами. Каждую минуту я ожидала, что кто-нибудь выхватит палочку и выстрелит в меня заклинанием. Один Мерлин знает, сколько мне потребовалось сил, чтобы сохранять «маску» безразличия. Не знаю, на сколько еще меня хватит. Я боюсь, что сама не выдержу. А Воландеморт будет ждать нового списка. А я не могу. Я больше не могу. Я даже не могу сосредоточиться на зельях. Я вообще не могу сосредоточиться на любом уроке. Все мысли были только об одном: «Это я виновата в этих слезах. Это я виновата во всем». За что мне это, Сири? - Выдохнула она, когда супруг сильнее прижал ее к себе, пытаясь подбодрить. - Я не хочу быть убийцей. Почему я должна быть виновной в этих смертях? Почему его дурацкий тайный шпион не мог достать ему эту информацию? Почему он воспользовался моими связями? Я не хочу.

На последних словах голос девушки сорвался, и она заплакала. Сириус стал покачиваться в стороны, убаюкивая ее как ребенка. Он прижался к ее макушке щекой и молчал, понимая, что никакие слова утешения не смогут ее успокоить. Диане просто нужно было выплакаться, чтобы со слезами ушла вся боль и горечь. Блэк мог только обнимать ее, показывая ей, что он один из немногих, кто никогда ее ни в чем не упрекнет и будет защищать, чтобы не произошло. И девушка понимала это и была ему благодарна. Именно поэтому она доверчиво прижималась к нему, омывая его рубашку слезами и сжимая в кулачке ее ворот. Выплакавшись, она продолжала тихо дергать носом, постепенно засыпая от покачивающих движений. Вскоре Сириус услышал ее ровное сопение. Чтобы не беспокоить сон любимой, он удобнее устроился на диване и тоже решил подремать. Так негласно было решено, что ужин они пропускают. Все равно чувства голода не ощущалось. Переживания вытеснили его. Когда оба супруга уснули, Нэнси наколдовала плед и заботливо укрыла своих хозяев, чтобы те не замерзли.