По поводу того, кто же отправится на переговоры, на очередном заседании АВАДы спор разгорелся нешуточный.

— Артефакт идеально работать будет только у меня, — заявил Нотт. — Хоть и не могу сказать, что я горю желанием, но…

Малфой что-то поддакнул насчет фамильных вещей.

— Тогда дайте мне! — заявила Грейнджер. — Конфликта фамильной магии у меня не будет, а от Гарри эти твари все равно сразу разлетаются. Я пойду.

— Ни за что! — возмутился Поттер.

— Девочке, наверное, не стоит, — Нотт был не настолько категоричен. Смелость грязнокровки произвела на него впечатление, хотя признаваться в этом он не собирался.

— А может… Нотт, что будет, если к твоему артефакту применить Джеминио?

— Если бы все было так просто, Патил, артефакторы были бы почти не нужны: все бы копировали друг у друга, конечно, не бесплатно. Или менялись бы, — вполне резонно возразил Голдштейн и хотел добавить еще что-то, но гриффиндорцы его опередили, одновременно наложив заклинание. Браслетов стало… четыре.

— Опаньки… Это как?

— Наверное, кто-то из нас успел раньше, а кто-то наложил на два сразу… А вот кто кто из нас, понятия не имею, — развела руками Грейнджер.

— И где теперь настоящий?

— А, цепляй их все сразу, хоть один да будет твоим. Все равно потом дубли сами исчезнут, — предложила Гермиона.

— Я что вам, индийская танцовщица? — возмутился было Нотт, но на это никто не обратил внимания, только Падма Патил тихонько хихикнула.

— Заодно время отметишь, — посоветовал Малфой.

— Ещё бы узнать, работают ли они вообще. Мне кажется, это было бы слишком просто.

— Да, копии могут не работать. Но утверждать это можно только после опыта.

— Идём к границе? — тряхнула каштановой гривой отчаянная девчонка, уже напялившая два ноттовских браслета, на что он почему-то и не подумал протестовать.

— Бегом только, а то ужин пропустим, — Поттер встал и накинул мантию.

— Поттер, а ты куда?

— Они же опять разлетятся, и мы ничего не поймем! — поддержала Гермиона.

— Мы вас у входа подождем, — принял решение за остальных Голдштейн. — Бросать вас было бы неправильно, но идти самим без защиты — можно подставить и себя, и вас.

Гарри остался переминаться с ноги на ногу недалеко от порога школы. Снейп заметил своего подопечного в окно и решил понаблюдать. Каково же было его удивление, когда он увидел бегущих к школе едва ли не вприпрыжку и держащихся за руки Грейнджер и… Нотта! Ему захотелось протереть глаза, посочувствовать Поттеру, всыпать остальным, но… Вот они встретились и, активно что-то обсуждая, зашли внутрь.

От входа в школу до Большого зала было намного ближе, так что, как он ни спешил, не успел застать входящую на ужин весьма странную компанию третьекурсников из признанных и не очень лидеров всех четырех факультетов.

«Что-то происходит, а я не в курсе, — понял Снейп. — Надо быть настороже, а ещё лучше расспросить Гарри сегодня же».

Однако его планам сбыться было не суждено: после ужина он оказался срочно нужен Люциусу Малфою сотоварищи.

Новое собрание теперь уже КГБ АВАДА, назначенное на следующий вечер, проходило в небольшой комнате на Пуффендуе. Именно этот факультет оказался лидером в сборе средств для «нуждающихся». И располагался рядом с кухней, что оценили все. Комитет разрастался, как весенняя трава под лучами солнышка: на фоне довольно скучных школьных будней он просто-таки притягивал — еще бы, здесь было действительно интересно! К третьекурсникам стали подтягиваться и те, кто постарше.

Герои дня выпендриваться не стали, просто рассказав, как все было.

— Браслеты работают, как ни странно, мы надели каждый по паре, — отчитался Тео. — Копии исчезли быстро, время я не засек, но, главное, действовали, хоть и слабее. Короче, морозило, тоска накатывалась, но не так чтоб сразу пойти и самоубиться. Жить было плохо, но можно.

— Полностью подтверждаю, — покивала Гермиона, слегка передернув плечами, и тут же сменила тему. — Разговаривать с ними без толку, но, кажется, они считывают образы прямо из сознания и могут ими делиться, и не только между собой. Я представила того, кто был перед нами, в новой мантии, вроде, ему понравилось.

— Как ты это поняла? Он кивнул или ещё что-нибудь сделал? — спросил Диггори.

— Скорее транслировал. Я как будто увидела ещё одного, тоже в мантии, рядом с тем, кого в ней представляла. А потом мне стало совсем плохо и я представила тебя, Гарри, он шарахнулся и улетел, — девочка развела руками. — Боятся. Условный рефлекс.

— Грейнджер, ты — умница, — похвалил Диггори, — одним махом столько всего установить!

— Ну а мерки вы сняли?

— Нет…

— Как-то не до того было…

— Ладно, завтра пойдём втроём, я под невидимостью попробую, — навострился в компанию Гарри.

— А если они все равно определят, что это ты?

— Кстати, они видят или чуют? Или ещё как чувствуют?

— Я чую тёплую кровь, — замогильным голосом провыл Малфой.

Кое-кто из девчонок взвизгнул.

— Тьфу на тебя, Малфой. Ну вот зачем это было?

— Вчетвером пойдем, дадите мне завтра браслет или копию.

— Дра-ако? — Панси Паркинсон была вне себя от удивления, но Дафна Гринграсс что-то зашептала ей на ухо.

«Идти на дементоров» договорились вечером следующего дня, а «джеминить» артефакт прямо на месте — после многочисленных проб выяснилось, что больше десяти минут копии не держатся, кто бы над ними ни трудился.

Группку из троих видимых школьников и одного невидимки дементор засек быстро, стоило им показаться возле запретной черты.

Черная фигура наклонилась к ней слишком быстро, и Гермиона не выдержала, запустив под капюшон Экскуро. Но вот отпавшую челюсть, беленькую и чистенькую, она поймала-таки. И протянула было обратно… Рука дрожала.

— Ну что ж вы так удивляетесь, — нервно хихикнул Малфой. — Не надо разбрасываться своими вещами!

— А нам чужого не надо, — поддержал Нотт, забирая косточку у Грейнджер и протягивая хозяину.

— На ваши запчасти не претендуем, — пискнула Гермиона каким-то совсем не своим голосом, схватившись за плечо Тео.

Дементор потянулся к ним жутковатой рукой, вздрогнул, обмотал ее плащом и так забрал наконец свою челюсть. По черному силуэту прошла рябь, похожая на дрожь, он развернулся и…

— Улетел. Обиделся, что ли? — удивилась пустота, то есть Гарри, конечно.

— И не обещал вернуться.

— И не надо.

— Не, с разворотом ему до нашего декана далеко.

— А я только мерную ленту приготовила…

— Он все померил! — заявил Нотт, и на него уставились все остальные. Гарри сбросил заклинание невидимости (мантию здраво решено было не светить) и теперь точно так же, как и все, глазел на Тео.

— В высоту он — ровно два Малфоя. А в ширину полтора. Но костлявых. У меня в голове картинка такая, понятия не имею, как он ее сделал.

— А, ну тогда можно пересчитать! Малфой, у тебя рост сколько?

Дементор, самостоятельно измеривший себя в Малфоях, удалялся все дальше, подростки уже переводили его в футы и дюймы, а ноги довольно быстро несли их обратно к школе. В результате после ужина все заинтересованные знали, сколько потребуется ткани и сколько будет стоить благодеяние, если сосчитать всех тварей. Денег, ясное дело, не хватало. Тогда решили в качестве эксперимента заказать одну мантию на того самого, который улетел.

— А вы его узнаете?

— Да какая разница! Рост у них у всех почти одинаковый. А, да, еще у этого на спине такой разрез… или разрыв, почти до пояса.

Профессора, кроме двух известных деканов, конечно же, так и не узнали, что их подопечные устроили в школе сбор средств «нуждающимся» дементорам. Благородная и идиотская инициатива накрылась медным тазом, точнее, котлом, гораздо раньше. Если еще точнее, то целой дюжиной котлов…

Гарри бегал туда-сюда по дороге в Хогсмид, размахивая руками и вопя: «Дементор! Дементор! Эй, вы, черные, ну кто-нибудь! Дуйте сюда, я одежонку принес!»