— Да уж. Теперь все иначе. — с недюжей долей сожаления в голос выдохнула Уса, совсем забыв о том, что урок еще не кончился.

— Верно подмечено, мисс Цукино! Рад что вы все же слушаете лекцию. — прозвучал в ответ голос учителя истории. А бедная Усаги лишь почесала затылок, удивляясь столь удачному совпадению.

День блондинка провела, вспоминая, как весело было учиться вместе с Тремя Звездами. С ними никогда не было скучно. И даже постоянные атаки прислужников Галаксии не могли омрачить те дни. Уроки уже кончились и, простившись с подругами, Усаги решила не спеша пройтись и проветрить голову.

— Куколка! Куколка! — донеслось с другой стороны улицы, и это заставило Усу остановится. Что-то кольнуло в груди. Она повернула голову, и хоть она понимала, что голос был детским, все же расстроилась, когда увидела маленькую девочку. Та дергала маму за подол юбки и пальчиком указывала на витрину магазина детских игрушек.

— Как глупо, Усаги! — ругала она сама себя. — Его просто не может быть здесь.

Рядом с девушкой притормозила машина, и из-за опустившегося стекла прозвучал до боли знакомый мужской голос.

— Усако! Что ты тут делаешь?

— Мамору? Ты разве не должен сейчас быть на подработке? — не обратив внимания на его вопрос, удивленно спросила Усаги. Ведь после того как Мамору не смог вовремя приехать в Америку, ему пришлось устроиться на подработку в одну серьезную фирму, и выходные у него случались редко.

— Странно, я думал, ты обрадуешься мне. — Сказал он, но по лицу не было заметно, что он расстроен. Да и был ли вообще?

— Прости меня, Мамору. Просто я так сильно задумалась о … — блондинка осеклась, не очень хотелось говорить с Мамору про Сейю. —  предстоящих экзаменах. Ума не приложу, как мне их сдать.

— Да?! Никогда бы не подумал. Садись, я тебя подвезу до дома.

В этот момент мимо проходили парни из параллельного класса ее школы, и, заметив девушку, обратились к ней.

— Привет, Цукино! Слышали, ты сегодня отличилась на истории. — подмигнул ей среднего роста шатен с зелеными глазами.

— Тебе уже говорили, что даже со своими оданго ты красива как цветочек?! — улыбнулся ей его приятель-блондин.

Девушка повернулась к ним, даже не удивившись: в последнее время внимание мужской половины учеников в ее школе стало вещью обычной. Видимо, общение с известной группой положительно сказалось на их с подругами популярности.

— Мэзуми, Сузумо, рада вас видеть. – Со своей обычной задорной улыбкой отозвалась она, — спасибо.

— Всегда пожалуйста. Как по мне, то ты достойна и больших восхвалений. — Напоследок сказал блондин, перед тем как они с другом скрылись за поворотом.

Усаги в очередной раз улыбнулась и села в машину. На её удивление, Мамору совершенно никак не отреагировал на этих двоих. «Неужели ему все равно?», промелькнуло у нее в голове. Всю дорогу они ехали молча.

— Вот и твой дом, Усако. Хотя сейчас еще не так поздно и можно сходить в кино.

— Спасибо, что подвез. В кино я не хочу, нет настроения сидеть в душном зале. Но спасибо, что предложил. — Усаги и сама не ожидала, что откажется провести с брюнетом еще пару часов, хотя, казалось, она уже привыкла к его отсутствию еще с того момента, как провожала его на самолет в Америку. И, посмотрев Мамору в глаза, она вновь не увидела каких-либо эмоций.

— Ну хорошо. Я постараюсь взять еще выходной на неделе и провести его с тобой. — Сказал он и повернул ключ в замке зажигания.

Блондинка, легко кивнув ему в ответ, вышла из машины и, помахав рукой, пошла в сторону входной двери. На полпути она повернулась, словно проверяя, не решил ли он все же украсть у нее напоследок поцелуй, но увидела лишь свет оранжевых фар, растворяющийся в воздухе.

Закрыв за собой дверь и переобувшись, блондинка, проходя мимо гостиной, поздоровалась с родителями и направилась в свою комнату.

— Я что-то волнуюсь за нее, — грустно сказала Икуко, на что Кенджи вопросительно поднял брови. — На столе стоит лимонный пирог.

— И? — не понял отец семейства.

— Он все еще стоит на столе. Понимаешь? Стоит на столе.

— Дорогая, ты еще помнишь, кто твой муж? Я не понимаю твоих намеков. Говори яснее, пожалуйста.

— Наша дочь никогда не проходит мимо сладкого. А уж тем более если это ее любимый лимонный пирог. — пояснила она. — У нее что-то случилось.

— Ну так поговори с ней. Не вижу тут проблемы.

Когда Усаги зашла в свою комнату, она увидела, как на кровати, свернувшись клубочком, мирно посапывала Луна. Девушка подошла и присела рядом, мягко и нежно приглаживая шерстку этому пушистому комочку. От таких ласк кошка мурлыкнула и, потянувшись, внимательно посмотрела на хозяйку.

— Усаги, что-то случилось? Вид у тебя озадаченный.

— Я не понимаю, Луна. Не понимаю Мамору.

— Что ты имеешь в виду?

— Он относится ко мне как-то странно. Отчужденно, что ли. Если подумать, он и раньше ко мне не особо-то проявлял чувства. Разве что в самом начале, и то это было чувство раздраженности.

— Возможно, ему тяжело принять, что он не мог быть рядом, когда напал враг? — попыталась оправдать принца Луна.

— Ну ведь он и так не был бы рядом. Он же летел в самолете на другой край света. Или тебе память отшибло? — начала закипать Уса.

— Дай ему время, Принцесса. Все наладится.

— Ну, спасибо, успокоила. Все ведь уже знают, как все будет, да?! — Усаги легла на кровать и уткнулась лицом в подушку.

“А я не хочу знать. Не хочу так жить. Почему меня никто не понимает? Только два человека во вселенной могли меня понять. Но один из них покинул меня. Как, интересно, у него дела?”, эти мысли поглотили ее с головой. «Минако. Вот с кем я могу говорить обо всем!», наконец мысленно решила блондинка.

— Знаешь, Луна. Я не хочу больше об этом думать. Но и как должное я это принимать не буду.

— Мне кажется, или в тебе сейчас говорит Принцесса?

— А мне надоело, что все думают, будто имеют право указывать мне, что делать. — Решительно заявила Усаги.

— Если ты уверена, то я поддержу тебя в любом случае. — Все, что могла ответить на это Луна.

Уса встала с кровати и, взяв школьный портфель начала извлекать из него его содержимое. Как-никак, нужно хотя бы посмотреть на домашнее задание. Стоило ей сесть за тетради, как в комнату вошла Икуко.

— Усаги, милая, — обратилась она к дочери, — я хотела с тобой поговорить. Мне кажется, с тобой что-то происходит. У тебя все хорошо?

— Конечно, мамочка, все хорошо. — «Да вы все сговорились, что ли?», подумала она. — Я просто очень устала в школе.

— Надеюсь, дело только в этом, — выдохнула Икуко, сделав вид, что поверила. Такой уж у ее дочери возраст, когда между поколениями начинается недопонимание. — Послушай, я перебирала на чердаке старые вещи, и в одном из карманов твоей старой куртки нашла вот это. — В руках матери Усаги увидела до боли знакомый блеск. Это был лунный медальон. Она уже и забыла, что последний раз держала его в руках в точке «Х» на Северном полюсе. К глазам подступили слезы, но она упорно не пускала их наружу. — Я думаю, эта вещь принадлежит тебе, дорогая. — И мать, уходя, положила медальон дочери на стол.

— Спасибо, мамочка! — бросила ей Усаги вдогонку. А сама сидела все так же, застыв на месте и не сводя глаз с золотого блеска звезды. Но неожиданно ей резко захотелось услышать ту самую мелодию. Как много в ней покоя и безмятежности, так необходимых ей именно сейчас. Она протянула руку к медальону, но, едва она коснулась его, в голове словно что-то щелкнуло.

Перед глазами вырисовывалась картинка: светловолосая девушка сидит на качелях, а рядим с ней сидит парень. Его волосы черны как ночь, а его глаза, такие красивые, полные космоса и бездонного синего моря, смотрят, кажется, в самую душу.

Снова щелчок, и Уса дернула головой, приходя в себя. «Что это было?!», не на шутку удивилась она.

В это время меж белой пелены в межпространстве времен стояла стражница врат. Алый шар показал ей то, что вызвало дрожь по всему телу.