Все началось с ее громкого удивленного вздоха в фойе «Замка Мейгор».

Он видел Ренли Баратеона и раньше, но никогда не встречал его вблизи. Ему пришлось прикусить язык, чтобы не выругаться при родителях Арьи, когда он столкнулся нос к носу с похожим на себя парнем.

Его первая реакция, когда он взглянул в такие же голубые глаза, как и его собственные, была: что за нах?!

Следующая мысль, которая пришла ему в голову: можем ли мы быть родственниками?

Ему было не впервой наталкиваться на кого-то, похожего на него самого, и спрашивать себя, могли ли они быть как-то связаны. А все потому, что он не знал, кем был его отец.

После чего он незамедлительно подумал: да лучше сдохнуть, чем быть родственником Джоффри Баратеона!

Прежде чем уйти он бросил быстрый взгляд на Роберта Баратеона, отца Джоффри, который выглядел просто ошеломленным.

Всю дорогу домой он думал о том, что его отец мог быть кем-то из Баратеонов, но эта идея была слишком невероятна для понимания. Это просто нелепость какая-то. Его мать работала официанткой в закусочной. Вероятность того, что она могла встречаться с кем-то из богатой аристократической семьи Баратеонов, была ничтожно мала.

Разумеется, Арья заметила сходство, и начала задавать ему довольно прозрачные вопросы о прошлом.

«А тебе мама не называла его имя?»

«Нет».

«Ни разу?»

«Никогда».

«А ты ее когда-нибудь спрашивал о нем?»

«Меня это не интересовало, а когда это стало важно для меня, то было уже слишком поздно, чтобы спрашивать ее».

«А у тебе есть копия твоего свидетельства о рождении?»

«В нем стоит прочерк в графе отцовства».

«Разве ты не хочешь узнать, кто он?»

«Я уже семнадцать лет живу без этого знания, - заметил он. – А если выяснится, что я состою в родстве с Джоффри Баратеоном, то лучше мне вообще об этом не знать».

«Тоже верно».

Он не хотел признаваться Арье, что сам был более чем заинтригован своим прошлым после случайной встречи с Ренли и Робертом Баратеонами. Учиненный же Арьей допрос лишь заново возбудил его любопытство выяснить личность своего отца.

Он не был слишком глуп. И понимал, что именно его отец связан со свалившимися на него деньгами. Кто-то да знал, кем был отец и как много денег он ему оставил. Ему просто надо было найти нужного человека.

Он сразу связал причину, по которой Нед Старк попросил его удалиться, с окровавленным платьем Сансы, а когда вернулся домой, то обнаружил своих приемных родителей у телевизора, по которому передавали новости о том, что рабочая демонстрация закончилась массовыми беспорядками. Его отец, как сотрудник «Baratheon Incorporated» был сильно обеспокоен.

Он послал sms-сообщение Арье, спрашивая все ли в порядке с ее сестрой, и предложил посмотреть новости. Позже ночью она отписалась ему, что Санса получила рану на голове, но с ней уже все в порядке. На следующий день она написала ему, чтобы спросить о его приемном отце, который, как она знала, работает на Роберта Баратеона.

В общем, они снова начали общаться.

Держаться от нее подальше было выше его сил. Он поймал себя на горькой мысли, что он только себе делал еще больнее.

Его немного утешило, что Арья тоже была расстроена тем, что он избегал ее всю неделю.

«Ты игнорировал меня, - как никогда резко высказала ему Арья в понедельник утром. – Целую неделю, Джендри».

«Угу, - признался он. – Я уже извинился за свои слова».

«Ты все равно не должен был избегать меня».

Он уловил в ее тоне тоскливые нотки: «Ты скучала по мне?»

На долю секунды ее глаза широко распахнулись, и она отвела взгляд, когда она снова повернулась к нему, то приняла демонстративно дерзкое выражение.

«Ты, конечно, засранец, - сказала она. – Но я по тебе скучала».

После этого она сразу же исчезла в коридоре, а у него перехватило дыхание от ее признания.

Джендри не позволил ее ответу подпитывать его надежды. Ведь, в конце концов, все еще оставалась фотография Якена Х’гара.

Он вздохнул.

Он так и не объяснил ей, почему вел себя как последний придурок.

А сейчас для этого было неподходящее время.

Он не мог открыть свое сердце Арье, пока она была так обеспокоена из-за отца, слухов из-за травмы Сансы и бунта.

Было совершенно неуместно в связи со всеми этими событиями заставлять ее думать о нем и Якене. У нее и так сейчас было предостаточно головной боли, и Джендри не хотел усугублять ситуацию, рассказав ей о своих чувствах.

По официальной версии для Пирожка и Арьи Джендри рассердился на нее за то, что она пошла на свидание с парнем, который ему сильно не нравится. В принципе это было правдой, просто он кое-что утаил о своих собственных чувствах.

Он был даже счастлив, что пока она продолжает так думать. Он решил дать ей несколько дней, пока ее семейные проблемы не утрясутся, а потом признаться ей.

Она ведь сказала, что с Якеном у них пока нет серьезных отношений. В конце концов, это было всего лишь первое свидание. Тем не менее, это было слабым утешением. Каждый раз, когда у Арьи телефон издавал звуковой сигнал о входящем sms-сообщении, Джендри сжимал кулаки, задаваясь вопросом, от кого было это сообщение.

Он вздохнул, и Арья подняла на него взгляд со своего места за обеденным столом, где она сидела и читала журнал. Джендри был благодарен за каждую минуту, проведенную рядом с ней, ведь это означало, что эти минуты она не проводит с другим.

«Ты постоянно вздыхаешь», - сказала Арья.

«Ну и что?»

«Ты нервничаешь из-за предстоящего соревнования, Джендри?»

Не из-за того, которое ты имеешь в виду.

«Полагаю, что да».

Арья положила ему руку на плечо и нежно улыбнулась: «Неважно, кто победит, Джендри. Я уверена, что ты все равно будешь лучшим».

Он смог только кивнуть, глядя на ее улыбку.

Он не хотел ее потерять.

__________________________

Арья

Арья вернулась домой, чувствуя, что мозг вот-вот взорвется. У нее в голове вертелось столько вопросов, что она не знала, за что хвататься в первую очередь. В школе еще ходило слишком много разговоров о бунте и о том, что происходило в бизнесе между ее отцом, Робертом и Тиреллом.