И говорит, что попали они в волчье царство. И проход надо оплатить.
- Пусть один из вас другого убьет, - предлагает колдунья, - второй тогда отправится, куда хочет без препятствий. Никто на моей земле не тронет.
И смотрит оценивающе, выжидает. Но Ермолай не струсил. Уверен был, в Бере достанет чести не предавать. Так и вышло. Лишь головой качнула Бера в ответ на слова колдуньи.
Оскалилась тогда Зеира и говорит:
- Хорошо. Есть другой способ вам дальше пройти и дольше прожить. Разгадайте три загадки. Дадите ответ на все, отпущу. Ошибетесь хоть раз, обоих в клочья порву.
И снова улыбкой как льдом по сердцу провела.
Первая загадка Зеиры была про солнце. Ермолай сразу понял. Он год назад колоды ставил на дальнем капище у полян. Те Яриле поклонялись.
Вторую загадку про ветер Бера распознала, потому как часто с Перкунасом накоротке общалась, пока у кузнеца в ученицах бегала.
А третья загадка оказалась сложнее.
Зеира золотистыми глазами в свете костра блеснула, в угли веткой ткнула с силой. Из потухшего костра искры в ночь взметнулись. Спрашивает:
- Что человеку на свете раз дается, при жизни радостью бывает, а после смерти всегда горем оборачивается?
Переглянулись Ермолай с Берой. Плохо дело.
Видит Зеира, что ответа у пленников нет, и шерстью обрастать начала, когти выпускает, рот в страшном оскале растягивается, а под губой уж острые клыки блестят.
Опустил Ермолай голову, Бера подобралась, к последнему бою приготовилась, а Зеира на четыре лапы вскочила, голову мохнатую, волчью в небо задрала и протяжно завыла: - Любо-овь!
Клацнули клыки перед лицом Ермолая. Плотник от испуга котомку с сердцем из-за пазухи и выронил. А Зеира вдруг ощетинилась, назад подалась, из пасти с клочьями пены вырывается:
- Что... это?
Тонок был голос Ермолая и дрожал, когда он колдунье свою историю рассказывал. А волчица сперва недоверчиво слушала, потом в человечий облик вернулась. Росу ночную с глаз смахивает и слова в сторону роняет:
- Странно, что не угадал ты ответа, раз сам такое пережил. Не стану я тебя, древич, в клочья рвать, все равно боли настоящей не почувствуешь. Дам вам уйти, но с условием, что покинете волчье царство до рассвета. А не сумеете, на себя пеняйте.
Сказала и вместе с волками в ночи растворилась.
Ермолай сидит, ни жив, ни мертв. А Бера уже в пожитках копается, что бродники у костра оставили.
Сушеное мясо собрала, оружие отбросила, свалявшимися лепешками побрезговала.
- Идти надо, - говорит Бера, а в голосе тревога. - Спешить, а то не успеем до рассвета мещерские леса миновать.
- Отпустила же колдунья? - откашливается Ермолай, на ноги поднимаясь.
- Колдунья отпустила, - соглашается Бера, - а вот бродники нет. Кемаю от меня крепко досталось. Ослушаться хозяйку он побоится, но как солнце выйдет - тут уж нам несдобровать.
Распихал Ермолай сушеное мясо по рукавам и карманам, бежать приготовился. Но Бера головой качает.
- Выкидывай все лишнее, все, что бег замедлит. Еду потом добудем.
Ермолай послушно принялся мясо обратно на землю выкладывать. И вместе с ним из дырявого кармана ведьмин подарок потянул - грязный платочек с тремя узелками. При виде этого у Беры чуть глаза на лоб не полезли.
- Откуда он у тебя? - удивляется.
- Ведьма варжская дала, - поясняет Ермолай.
- Я такое только раз в жизни видела, у чародея-суомалайнена, что к нам в бург приходил, - заворожено шепчет Бера. - Ты хоть сам знаешь, что за пазухой носишь?
Ермолай в ответ только руками развел.
- Это ж суомский ветер!
Бера постояла немного потрясенная, потом приказала Ермолаю мясо обратно подбирать. Сама меховые плащи бродников расстелила на траве и спрашивает: - Можешь эти накидки вместе скрепить?
Прикинул Ермолай, кивнул. Можно и скрепить. Надрал лыка, наделал по бокам шкур дырок, сидит, из кусков мастерит одно целое.
- А теперь нужно связать плот, - объясняет Бера. - В центр крепко-накрепко воткнуть мачту, к ней вот это приделать, - и на скрепленные плащи кивает.
Парус, понял Ермолай, принялся за работу и между делом спрашивает: - А зачем плот с парусом, когда Мокша ленивая между лугов еле ползет?
Бера в ответ лишь улыбается загадочно.
Два часа провозился, мачту трижды менял - Бера каждый раз притаскивала из леса дерево попрочнее. Уж небо светлеет, надо бы бежать, но Бера не торопится. Проверила плот, парус, мачту.
- Пешком или по реке нам не спастись, - улыбается. - Догонит Кемай. Да и до теплого моря далеко. Но благодаря тому, что у тебя в дырявых карманах чудеса водятся, спасемся.
Бера чародейский платочек внимательно осмотрела, Ермолаю показывает.
- Всего узелка три: первый - для легкого ветерка, второй - для сильного ветра, третий лучше без особой нужды не развязывать.