- Уничтожь ее! – хрипел откуда-то издалека император, вытирая кровь с губ и подбородка.

Наступила кромешная тьма. Боль прекратилась. Эм встала с земли, стуча зубами от холода. Вдалеке показалась вспышка света, которая стремительно опускалась, приближалась. Девушка внимательно рассматривала ее. Очертания стали более четкими: оскалившиеся черепа, цепи, странное оружие, торчащие кости, которые были призваны наводить ужас. Они неслись прямо на нее, издавая зловещие звуки. Эм даже не пошевелилась.

Призрачный картеж растворился, словно дым. Тьма снова сгустилась. «Дай себе волю», – услышала она шипение где-то рядом с ухом. «Закончи этот кошмар», – зашипел кто-то возле другого уха, и призывы послышались со всех сторон. Девушка не выдержала, зажала уши руками и опустилась на колени.

- Нет! Нет! – пыталась она перекричать сводящие с ума голоса, – Нет! Уйдите! Прочь!

Эм протяжно закричала, выпуская всю свою агрессию, отчаяние. А затем увидела теплый свет. Все прекратилось.

Она обнаружила себя на влажной земле.

- Да вы шутите! – воскликнула она, разглядывая кустистую местность и ничего не понимая. Накрапывал дождь, который очень быстро набрал обороты и низвергся с неба густой стеной воды. Эм накинула капюшон, который никак не спасал положение, и, пожав плечами, направилась в направлении к неизвестно чему. Из-за частых перемещений и странных ситуаций появилось ощущение нереальности происходящего. Она вышла на тракт и направилась по нему вперед. Куда – и сама не знала.

«Движение – жизнь, – убеждала она сама себя, не обращая внимания на капли воды, стекающие с носа. – Кто-нибудь встретится, узнаю, где я». И только тут Эм осознала, что при ходьбе ей ничего не мешает. Ее лучший друг, прекрасный, верный и не подводящий, отсутствовал. Невосполнимая потеря! Мысль о встрече с кем-либо перестала ее радовать. Уйти с дороги? Куда? В какую сторону? Извечный вопрос. Ей хотелось пойти лишь туда, где ждет ее любимый человек с белыми волосами, который мечтает с ней быть. Несуществующее место. А глаза у него разноцветные…

- А-а-а! – зло воскликнула она, подавляя в себе желание постучаться обо что-нибудь головой. Тракт размыло, комья грязи липли к сапогам, затрудняли передвижение. Очень хотелось пить, есть и удавиться. Но ноги несли ее дальше.

***

Дождь шел весь день. Как и Эми. Часть пути она прошла, запрокинув голову назад и высунув язык, утоляя жажду, оптимистично посчитав, что погода помогла ей с помывкой. По крайней мере, ливень должен был отбить вонь. Она уже успела пожевать горькие, но съедобные листики, нашла несколько трупов, вооружившись длинным кинжалом. Им он уже не понадобится. Девушка тут же воспользовалась своей находкой: собрав в пучок пепельные волосы, она обрезала их под углом ближе к затылку. Грязная длинная мочалка в ее руке быстро поменяла свой цвет на каштановый. Она выкинула органику на обочину и продолжила свой путь.

К вечеру ноги начали безбожно гудеть и подкашиваться, как бы намекая на то, что их лимит исчерпан. Но ложиться спать в кашу из грязи, окружавшую тракт, не очень хотелось.

Девушка услышала шум впереди, и решила попытать счастья. Из-за стены дождя показался первый обоз, запряженный двумя лошадьми.

- Пппру!.. Девка! Ты сдурела? Уйди с дороги! – крикнул ей мужик на облучке, для пущей понятливости маша ей рукой. Эм отошла к обочине, пытаясь выведать хоть у кого-нибудь из длинной цепи информацию.

- Вы не подскажете?.. Где я?.. Куда вы направляетесь?.. Подождите!.. – выкрикивала она, обращаясь к проезжающим.

- Запрыгивай! – крикнула ей полная женщина из последнего фургона с надписью «ВЭРА ЛЕВЕНХАУПТ И СЫНОВЬЯ», и протянула ей руку.

Оказавшись под тентом, Эм немного расслабилась и изучила попутчиков. Полная женщина обладала хоть и маленькими, но беззлобными и живыми глазами, массивным носом и большой родинкой на щеке. Парень рядом, на вид не старше тринадцати лет, смотрел на нее с неподдельным интересом. Эм постеснялась спросить, где еще сыновья. Возможно, их участь была совсем плачевной.

- Девочка, – прервала молчание женщина, – меня Вэра зовут, а это – мой сын, Ксоф. – Эм поняла, что от нее тоже ждут имени.

- Аманис, меня зовут Аманис, – представилась Эм и очаровательно улыбнулась. По крайней мере, постаралась.

- Почему ты одна? Куда направляешься? – Вэра протянула ей чистую тряпку и плед, недоверчиво рассматривая ее замысловатую стрижку.

- Спасибо. Не знаю, – отозвалась Эм, вытирая лицо и волосы.- Я заблудилась. Шла в противоположную сторону…

- Девочка моя, в той стороне ничего нет, кроме смерти и пожарищ. Мы с трудом вырвались… – Полная женщина помолчала, справляясь с собой. – Война, сама понимаешь. Мы пытаемся добраться до темерийской границы, подальше от всего этого. Стараемся выжить. И тебе предлагаю то же самое.

Темерия. Она больше не в Нильфгаарской империи… Как это случилось? Что произошло? Далеко ли отсюда Брокилон?.. Эм одернула себя и помрачнела.

Мальчишка не стесняясь глазел на Эм, кивая в подтверждение слов матери.

- Дрожишь и есть, наверное, хочешь, такая тощая, – посетовала Вэра, ковыряясь в тряпках. – Вот возьми кофту, теплая и почти по размеру. И солонины есть немного. Да не стесняйся ты! Беда объединяет людей.

Эм справилась с комом в горле. В голове возникали ужасные образы, которыми обычно заканчивались проявления доброты. Она надела кофту, съела все, что ей дали, бурно поблагодарила. Под настойчивые увещевания Вэры девушка зарылась в тряпки, коих было в фургоне несметное количество, и заснула крепким тяжелым сном.

«Аманис», как ни странно, проснулась не от криков, шума и ржания лошадей, а от сильного удара. Было светло, а значит, проспала она добрых пол суток. Или полтора? Она увидела мальчишку, который пытался забраться в фургон, но как-то странно крякнул и вывалился обратно. И только тогда Эм поняла, что происходит.

Выскочив наружу, она вынула серую перистую стрелу из спины мальчика, нагнулась в надежде, что он еще жив. Бесполезно. Под фургоном, рядом с ней, лежала Вэра, не сводя жутких глаз с мертвого сына.

Скоя’таэли!

Эм встала, вытянула вперед руки.

- Не стреляйте! Прекратите! – она пыталась перекричать шум, визг, обнаружить нападающих, но не могла. Послышался свист, и в ее руке дернула острая боль. Рефлекторно сжав запястье и согнувшись, Эм получила стрелу в плечо, упала и поползла, стараясь не напирать на продырявленную ладонь. Кругом царил хаос; люди и лошади гибли, не имея ни малейшего шанса отбиться. Девушка, как оглушенная, не могла сообразить, что делать, куда бежать. Ползая, она чуть не погибла под копытами обезумевшей лошади.

Эльфы появились из кромки леса, быстрые, ловкие, бесшумные, и мечами добивали раненых. Один из них налетел на девочку, которая плакала и звала маму. Эм не выдержала, рванула к нему, забыв о ранах, подлым эльфийским движением выбила почву у него из-под ног, с остервенением конфисковала знакомый с лагеря меч. И отчаянно взвыла, потому что ударить не смогла.

Третья стрела прошила ей бедро, и Эм повалилась вперед. Эльф встал, забрал свое оружие и пнул ее с такой силой, что девушка отлетела на спину, на секунду потеряв ориентацию от боли: стрела, застрявшая у нее в плече, вышла наружу, оставив после себя отверстие.

- Что вы делаете?.. – простонала Эми, заглядывая в пустые карие глаза, когда скоя’таэль приблизился и нагнулся к ней. Послышался последний истошный крик Вэры. – Вы же Старший народ…

Равнодушный эльф не ответил, вцепился в ее короткие волосы и потащил за собой. Эм вырывалась, ругалась, выла, проклинала. И новые нечеловеческие крики заполнили пространство. Вскоре она узнала, кому они принадлежали: тем, кого вешали на деревья вниз головой, а потом распарывали промежность и брюшину.

Ее подтащили к дереву, накинули на ноги веревку, повесили. Кровь ударила в голову.

- Йорвету привет передавайте! – с трудом выкрикнула Эм, и попыталась плюнуть в скоя’таэля, который приготовился нанести ей последнюю рану. Вверх ногами задача оказалась трудно выполнимой.