– Добро – согласился я, и началась спиннинговая охота.
Если кто думает, что при ловле на спиннинг необходимо забрасывать как можно дальше, так он таки ошибается. Я скажу это полная чушь. По моему немалому опыту нужно выбрать участок водоема, где предполагается наличие рыбы, и методично пробрасывать его из одного конца в другой. Вот так, придерживаясь своей методики, я начал окучивать выбранный квадрат.
Примерно на пятнадцатый заброс, я почувствовал долгожданный удар, и леска натянулась струной. Неспешно я начал выводить добычу. Минут пять я подтаскивал к себе пока еще невидимую добычу, попеременно, то стравливая, то наматывая сильнее леску. Поверхность воды заволновалась и над водой блеснула серебром не мелкая рыба.
– Леха хватай подсачник.
Но Леха уже, бросив свой спиннинг на дно лодки и приняв наиболее устойчивую позицию с подсачником в руках, ожидал появления добычи. Весь как свернутая пружина, готовый в любой момент прийти на помощь. И вот над водой появилась зубастая морда. СУДАК!
– Миша, не спеши. Подними его над водой, пусть подышит.
Тем временем я подтянул рыбу почти к борту лодки.
– Давай загребай!
Все произошло довольно быстро. Приличный судак, килограмма на три, был извлечен из воды и, продолжая биться в подсачнике, оказался на дне лодки.
– Успокой его Мих.
Я достал из ножен кованый нож и тяжелой, массивной рукоятью пару раз уважил судака по черепку. Затих. Я едва успел освободить воблер и сунуть рыбину в судок, как она начала снова биться.
– Живучий. Но каков красавец.
– Да неплохой экземпляр.
Мы продолжили свою охоту. Еще четыре раза за подсачник брался Леха, и семь раз эта приятная обязанность доставалась мне. Светлову, в этот раз, на крючок попались две крупные, килограмма по три с половиной, и две поменьше, килограмма по два, щуки, и три килограммовых окуня. Мне же посчастливилось подцепить еще одного двухкилограммового судака и трех окуней, грамм по восемьсот каждый. После этого клев оборвался.
Покидав, для порядка, еще полчаса, мы завели мотор и направились к лагерю.
Солнце, вечное светило, уже почти скрылось за верхушками деревьев на горизонте, когда мы вытащили лодку на берег. Снятый с лодки мотор занял свое место на доске меж двух берез. Нагрузившись уловом, мы направились к столу, где шумно обсуждали добычу наши друзья.
– Андрюха, смотри в натуре жерех – Илья держал за жабры серебристую рыбину – Я, честно говоря, не поверил Мишке, когда он в прошлом году ругался, что Лешка жереха упустил. Думал, он здесь не водится. Ан, нет. Вот видите, и в нашем водоеме он способен существовать.
– Лешка и сам говорил, что жереха упустил. А, Лешке я верю – Вступился за нас Ник.
– А я вот, угря взял – Круглый держал в руках нечто напоминающее резиновый шланг – Всех червей гад сожрал. А на тройник все же попался. Мишка от зависти лопнет. Он три года никак не может изловчиться угря взять, а я вот, с первого раза.
– Да, действительно новичкам везет – Мы как раз подошли к столу – Дай посмотреть.
Круглый, не скрывая довольной улыбки, передал мне свой трофей.
– Ну, на счет новичка, это ты врешь – осадил, шибко довольного собой Андрея, Светлов.
Угорь был действительно хорош. Толстый, в три пальца, угорь имел в длину около метра. Лоснящийся черным матовым блеском, он продолжал извиваться в моих руках.
– Ну что? Прикольная колбаска? – Спрашивал, улыбаясь во все тридцать два зуба, не унимающийся Круглов.
Действительно, добыть подобный трофей било моей заветной мечтой. Вот уже несколько лет, узнав, что в Озерне водится угорь, я, безрезультатно, пытался выудить хотя бы маленькую особь. И вот, достаточно крупный представитель этой змеиной рыбы, находился в моих руках.
– Круглый, наливай! За это необходимо выпить. Эй. Слышишь Леха, я думал, что мы с тобой сегодня героями будем. – С этими словами я высыпал, на предварительно расстеленный полиэтилен, наш улов из судка.
– УХ!!! АХ!!! НИ ХРЕНА СЕБЕ!!! – Все с уважением посмотрели на нашу добычу.
Мы, тут же, налили и с удовольствием выпили. Потом еще и еще. Когда все слегка успокоились, Илья вынес из тени большое ведро, до краев наполненное всевозможной рыбой. Кроме плотвы, густеры, красноперки, уклейки и подлещиков можно было заметить пару средних судаков, щуку и пяток крупных окуней. Хвосты крупной рыбы свешивались через край ведра, создавая весьма живописную картину.
– Богато! Ничего не скажешь. Однако с этим добром нужно что-то делать. – Илья оглядел улов и почесал затылок – У нас такого изобилия еще не было.
– Хорошо. – Как и во всех вопросах, касающихся продовольствия и питания в лагере, решение о судьбе улова пришлось принимать мне. – Угря, пару судаков и пяток окуней завтра с утра закоптим. Из не крупных щук и судаков сварим уху. Остальное солить. Крупняк вскрываем по спине, окуней по брюху, мелочь так. Ну, за дело.
Все с удовольствием принялись за работу. Илья с Ником пошли к озеру чистить и потрошить крупную рыбу. Светлов, так же на озере, промывал мелочь. Андрей вытащил из багажника моей машины пластиковый сорокалитровый бачек и пару пачек крупной соли. Леха принес промытую мелочь, и мы стали укладывать ее в бочёк, пересыпая каждый слой солью. В след за мелочью пошла и крупная, уже потрошеная рыба. Поверх всего положили сорванную крапиву и затянули бачек плотной крышкой. Я замариновал часть улова, которой предстояло пройти утром процедуру копчения.
Пока мы суетились, уже совсем стемнело. Из «Титана» достали 150-й аккумулятор. Под куполом шатра подвесили неоновую ламу и подсоединили к источнику питания. Илья запалил факела и «Летучие мыши». И все вокруг преобразилось. Освещенный лагерь стал как бы островом света в царстве тьмы. Черные стены поднялись вокруг, очерчивая пределы видимости. Всё вокруг перестало существовать, остался лишь маленький клочок леса на берегу водоема, освещенный искусственным светом. Мерцающие отсветы факелов, тусклый свет керосиновых ламп и неестественный, в сочетании с дикой природой, неоновый свет вселяли в наши души уверенность и спокойствие. Однако чувство нереальности происходящего обволакивало нас легким облаком непонятной тревоги. Наше стойбище стало как бы последним оплотом добра в окружении темных сил.
В обложенном камнями очаге потрескивал смелый огонь, пожирая сухие дрова. Леха принес гитару и, с тостами между песен и песнями между тостов, медленно потекла эта тихая, умиротворяющая ночь.
Спать никто не хотел. Да и как можно было уснуть, когда впереди рассвет. Скажу честно, что таких закатов и восходов, как на Озерне, я не видел нигде. Это великолепное, просто волшебное зрелище. Не такое как в горах Кавказа или на побережье Средиземного моря. Оно особенное, своё, милое сердцу, Средне-Русское, родное. Наблюдая это зрелище, становишься чище душой, как бы омываясь в лучах восходящего солнца. Чувство покоя и душевного равновесия поглощает тебя на этих берегах.
Как только небо слегка просветлело, все, взяв раскладные кресла, направились на пляж. Так сказать в первый ряд партера. Мы сидели, пили пиво и думали каждый о своем. В этой утренней тишине зарождалось нечто особенное, что невозможно описать словами, но от чего звенит струна в твоей груди. Хочется раскинуть руки и обнять весь этот прекрасный мир и впитать в себя его покой, силу и красоту. Этот краткий момент счастья каждый увидел и понял по-своему. Но было и что-то общее, одно на всех восхитительное чувство, заставляющее щипать лаза.
Однако, как впрочем и все хорошее, этот момент невероятного счастья закончился. Чувство, переполнявшее нас, незаметно ушло. Растворилось в утренней тени деревьев, плеске воды и треске костра. А еще в наших сердцах, всегда открытых для него.
Наступил новый день.
Андрей с Цветаевым закрепили на лодке мотор, взяли спиннинги и отчалили на утреннюю охоту. Леха с Ильей, на «Уфимке» отправились проверять сети, а я остался в лагере готовить завтрак и смиренно дожидаться возвращения моих друзей.