— Мы девятьсот лет знакомы и выше всех этих ярлыков.

Анна, в отличие от будущей свекрови, тактичные выражения выбирать не привыкла:

— То есть ты просто сохнешь по нему не одну сотню лет и готова унижаться, выполняя все его грязные прихоти, лишь бы быть рядом.

Острые зубы показались меж губ, разжавшихся в оскале, и Торуми издала нечто, похожее на звериный рык, однако поумерила пыл сразу же — стоило итако лишь мимолетно схватиться за кисточку четок на шее.

— Так, пройдись по комнате, — Анна обратилась к Нэм так, словно и не возникало никаких проблесков назревающего конфликта. — Тебе стоит потренироваться, чтобы не запутаться в стольких слоях одежды.

Нэмид с тоскливым вздохом развернулась и попыталась сделать несколько шагов, глядя точно под ноги, чтобы не наступить на болтающуюся у самой подошвы ткань.

— Обувь неудобная, — тихо пожаловалась она, на что Кейко тепло улыбнулась и предложила делать шаги поменьше.

— И смотри прямо, — вставила Джун.

— И не сутулься, чёрт возьми! — Торуми с такой силой ударила Нэмид по лопаткам, что та пошатнулась, издав при этом сдавленное «ай». — Подбородок выше!

— Но я не привыкла так ходить! Это же неестественно! — возмутилась она, проклиная японские традиции. В этой одежде заботишься только о том, как бы при ходьбе не убиться, а уж думать, как выглядит при этом спина, шея, подбородок и руки… Это же с ума сойти можно.

— Ой, да просто представь, что у тебя зонтик в заднице и веди себя соответствующе. Через минут десять втянешься, и будет получаться само.

Нэм вновь взглянула на себя в зеркало и едва не поморщилась, не веря, что она согласилась на эту безумную авантюру. Конечно, Йо клятвенно заверил её, что будет неподалёку и ей ничего не угрожает, но Нэмид не настолько наивна, чтобы принимать его слова за чистую монету. Она видела, на что способен Рё и какие скорости он развивает в своём птичьем обличьи, так что ей стоит отыграть свою роль на сто пятьдесят процентов, чтобы у демона даже мысли не возникло, что перед ним не его госпожа.

За двадцать минут до полуночи новоявленная «Хоши» выдвинулась в сторону Колизея в сопровождении свиты из друида Йо, друидессы Анны и духа самурая. Нэмид строго-настрого наказали с соплеменниками не общаться, на собственное имя не отзываться и изо всех сил вживаться в роль Хоши, чтобы не просто притворяться, а быть ей, когда произойдет встреча с демоном. Вот только мысленная мантра «Я — Хоши, я — Хоши» не слишком-то помогала несчастной девушке свыкнуться со своей второй личностью. Колени подгибались сразу же, стоило ей вспомнить, как огромная птичья пасть клацала всего в паре сантиметров от ее плоти, в то время как она, Нэмид, кричала и рыдала, пытаясь вжаться в сырую землю спасительной норы.

— Мы будем рядом, — считав ее опасения, шепнул Йо. — И у тебя всё обязательно получится, ведь ты… ты настоящая. И Рё об этом знает.

— К тому же, твой тыл надежно защищен аж десятью шаманами. Ты обязательно будешь в порядке, — добавила Анна, поправляя массивный капюшон. — Чего нельзя обещать по поводу Рё.

— То есть?

— Я не хотела говорить при Торуми, но Кейко собралась полностью очистить его душу от демонической половины, а это не всегда хорошо заканчивается.

— От него может ничего не остаться, если большая часть души была отравлена, — Нэм прикрыла глаза, пытаясь понять, огорчает ли ее перспектива, что Рё прервёт своё существование окончательно. А если огорчает, то кого именно — её саму или Хоши. Чего бы хотела Хоши?

— Твой отец тоже занимался очищением демонов? — догадался Йо, за что сразу же получил осуждающий взгляд от Анны. — Ой.

От Нэмид не ускользнули эти переглядывания, и она медленно выдохнула:

— Мой отец феодал, да и шаманом не был. По крайней мере, так я должна говорить, пока мы всё не уладим, верно?

— Ты должна не просто говорить, а еще и верить в то, что говоришь, — напомнила Киояма. — Это самое важное.

Празднество уже полчаса как началось, так что улицы казались пустыми. Лишь изредка попадались компании из двух-трех человек, очевидно, решивших подтянуться на фестиваль попозже, но Нэм всё равно чувствовала себя не в своей тарелке, ожидая, что вот-вот встретит кого-то из соплеменников. И как тогда ей себя вести? Как она сможет делать вид, что никого не узнает? А что, в конце концов, они скажут, увидев ее дикий наряд? Экая невидаль наряжаться японкой, в то время как подавляющее большинство Патчей вытащило из закромов свои лучшие пончо и костяные ожерелья.

Так сделал и Магна: надел пончо отца, любовно расшитое рукой его матери, снял привычные рога, предпочтя на этот вечер увенчать голову четырьмя перьями, и отправился на праздник. И всё было хорошо, пока он не обнаружил, что ни его невеста, ни будущий тесть в Колизей, увешанный красочными бумажными фонарями, не явились.

Канги ожидаемо нашелся у себя — страшно подавленный, разбитый горем, потому что сегодня утром, пока его не было дома, его дочь собрала свои немногочисленные пожитки и исчезла в неизвестном направлении. Отчаявшийся отец, к своему стыду, искал её даже у Хао, но тот только на смех его поднял, заявив, что уж к нему Нэмид заявилась бы в самую последнюю очередь. Причем предпоследним пунктом в этой очереди значился бы какой-нибудь серийный убийца младенцев.

И вот теперь, когда Магна шёл по опустевшей площади Добби, он с трудом понимал, что происходит с ним и его жизнью. Зачем ему вообще понадобилось жениться на Нэм именно сейчас, когда весь мир летит в тартарары? Потому что Хао проявляет к ней весьма недвусмысленный интерес и вот-вот умыкнет из-под носа? То, как тот произнес своё поздравление по случаю помолвки, выглядело, скорее, как пожелание сдохнуть, если наблюдать за выражением глаз, а на слова и улыбку не обращать внимания. Магна это заметил. Наверное, потому что захотел заметить. Магна не идиот. Он всегда знает, когда от хищника исходит угроза. А Хао Асакура, без сомнения, существо не травоядное.

А что же такое Нэмид? Без сомнения, не кроткая овечка, которую и следовало бы подыскивать в жены. Эта девица строптива, порою совершенно несносна, и даже если будет послушно кивать на его просьбы, в конце концов она всё сделает по-своему. Так отчего ему, Магне, захотелось именно её? Может, он принял этот вечный вызов в её глазах на свой счет? Ведь он — охотник, а они люди весьма азартные.

И вот он видит эти глаза наяву — дикие, с чертовщинкой, но словно бы на другом лице, которые смотрят на него со странной смесью ужаса и ожидания. Ему понадобилось десять секунд, чтобы понять — ему не показалось. Это действительно…

— Нэмид! — взревел Магна. — Ты что вообще о себе возомнила?! Как ты, незамужняя женщина, могла вот так запросто оставить дом своего отца?!

— Не реагируй, — шепнула Анна, но было уже поздно. Нэмид видела своего жениха, возвращалась в собственную шкуру молодой целительницы и понимала, что просто так ей не отвертеться.

— Таскаешься тут не понять с кем, — Анну и Йо Магна не узнал не столько из-за плащей, столько из-за того, что даже не взглянул в их сторону. Он схватил девушку за руку и поволок за собой, как нерадивую шавку, сдавливая кисть руки так сильно, что Нэмид жалобно ойкнула.

— Нужно его остановить! У нас нет на это времени! — пожираемый паникой Йо уж было бросился вдогонку за Патчами, но Анна остановила его, настойчиво удержав за руку.

— Не стоит, — мрачно констатировала она. — Если Нэмид сама с ним не справится, то толку от нее не будет. Дочь феодала не позволила бы какому-то Патчу тащить ее в ночи неизвестно куда, отчитывая, словно нашкодившего ребенка. Понимаешь, о чем я?

— Кажется, — неуверенно произнес Асакура, в последний раз бросив тоскливый взгляд за поворот. Похоже, всё пошло не по плану.

Кимоно лезло под подошву, ноги заплетались, и Нэмид едва поспевала за Магной, предпринимая жалкие попытки вырваться. Мужчина же словно бы этого не замечал и всё продолжал волочить ее в сторону отцовского дома. Времени до полуночи оставалось всё меньше и меньше, но никто, похоже, даже не думал приходить Нэм на выручку.