— Дамблдор вас обманул. Опять.

Гермиона шагнула дальше, но Снейп вскочил и схватил её за руку.

— Успокойтесь и поешьте. Завтраки мне удаются уже гораздо лучше. Я буду в спальне.

Ей тоже надо было перевести дыхание. Это было чертовски глупо, ведь она была в петле, и он даже не вспомнит её намеки. Разговор не клеился. Гермиона сидела на кровати, скептично рассматривая свои ногти. Профессор, по привычке, завис у окна. Дверь была надежно запечатана.

— Сколько?

— Уже довольно много раз.

— Не собираетесь останавливаться на достигнутом?

— Пока мы разбираемся с последствиями, это будет продолжаться, надо выяснить причины.

— Предлагаете мне поговорить с Воландемортом по душам?

— Это бесполезно, он убьет вас раньше, чем вы успеете передать информацию.

— И что вы хотите от меня?

— Где он?

Снейп медленно развернулся к ней и опустил руки вдоль тела, но ничего расслабленного в этой позе не было.

— Вы же сами сейчас сказали, что вас может откинуть в прошлое на неопределенный срок.

— Ну, почему неопределенный. Максимум четыре года, — она наконец подняла на него взгляд. — Что конкретно должно меня удерживать от этого поступка?

— Это его обязанность, — сказал он неожиданно зло. — Вот пусть и разбирается. Вы не должны…

— Нести на себе всю ответственность? Думаю, Дамблдор очень мудро подобрал себе протеже с моим-то перфекционизмом. Хотя сейчас мне кажется, что он просто смалодушничал и не смог заставить себя воспользоваться маховиком ещё раз.

Сириус ещё спал, в доме было очень тихо.

— Литтл-Уоттер, Суррей.

— Спасибо, Северус.

*

После пробуждения её больше волновало то, куда опорожнить желудок, чем какая сегодня дата. С руками и ногами все было в порядке, но Гермиону все равно нещадно трясло. Отвыкла она от пыток и круциатусов за последние несколько лет относительно спокойной жизни. На Гриммо, 12 опять было тихо, но теперь подозрительно тепло и светло.

— Нет.

— Гермиона… — Тонкс вспыхнула малиновым.

— Я останусь тут, у Сириуса, вступлю в Орден. Хогвартс без меня не рухнет, и ты со всем справишься, — она упрямо хмурилась.

— Но почему? — Дора начала откровенно канючить, и это раздражало Гермиону.

— Общее благо опять потребовало с меня плату, — она фыркнула, Снейп посмотрел на неё напряженно. — Мне надо обсудить это с Дамблдором. Профессор, проводите меня.

К чести его выдержки, он не приставал с расспросами, пока они не переместились к воротам школы. Но тут накинулся на неё сразу же.

— Что вы имеете против своего назначения?

— Я ничего не имею, а вот Воландеморт будет просто в бешенстве.

— Вы и так привлекли его внимание, какая разница…

— Если так будет продолжаться, вы тоже привлечете его внимание. И он отыграется на вас вместо меня.

— Ему нет резона.

— Уже есть.

— Объяснитесь.

— Думаю, будет проще обсудить все вместе с директором, чем повторять два раза. Но могу сказать, что вы зря опасались, что вам придется убить меня.

Снейп молчал то ли пораженно, то ли в ожидании ответов. Она хмыкнула. Все же этот определенный контроль над ситуацией приносил ей некоторое удовольствие. Вот так власть и развращает.

— Вы уверены? — Дамблдор поглаживал бороду, скорее нервно, чем задумчиво.

— Более чем. Я залезла в его голову, вряд ли он готовил обманку специально для меня, да и все его поведение прямо намекало на это.

— Тогда надо подготовиться.

— И хорошо. Меня откидывает все дальше, я не очень хочу продолжать экспериментировать.

План был разработан достаточно быстро, выполнение его Дамблдор взял на себя. Ей пришлось экстренно вступить в Орден и работать напрямую с Кингсли и Грюмом. Аластор был просто в восторге от необходимости выслушивать инструктаж от девчонки, которую сразу ввели во внутренний круг без объяснения причин. Снейп держался тенью за ней все это время, но лично они не разговаривали.

— Оборону лучше сконцентрировать в этой точке, сюда придется основной удар. Но скажите людям держаться подальше от внешних стен, они будут разрушены, — она поймала взгляд Грюма. Ничего хорошего он не предвещал. — И, ради Мерлина, не ставьте Уиллиса с Джонсоном в одной связке, они совершенно не умеют работать в команде.

Комната огласилась отборнейшим матом, Гермиона устало потерла лоб и вышла вон. Профессор проследовал за ней и зашел в спальню без стеснения.

— Мисс Грейнджер…

Она наложила запирающие, отводящие и заглушающее, выругалась в голос, застонала и села на кровать, расплетая строгую прическу.

— Хоть вы меня не бесите, иначе я вам припомню все, что вы успели наговорить мне за эти месяцы, которых не было.

— Я не могу нести ответственность за то, что ещё даже не сделал, — Снейп моргнул, видимо не ожидая, что разговор пойдет в этом русле. — Вы поэтому избегаете меня?

— Нет, я… — Гермиона не знала, как объяснить. — Я знаю, вы отталкивали меня все это время, отягощённый грузом очередной восхитительной просьбы Дамблдора, и при этом были вынуждены всегда держать меня в поле зрения. А когда все стало идти наперекосяк, вероятно, это только усугубилось. Впрочем, я все равно не понимаю, зачем вы так стремились меня задеть.

— Вряд ли я смогу объяснить вам свою мотивацию в то время сейчас. С учетом, что вы уже предоставили мне новую информацию и изменили мою позицию.

— Я не жду от вас ответов. Просто думаю, что мне самой не стоило, — она усмехнулась, — быть такой наивной дурой. Очевидно, ваше стремление придерживаться границ более чем разумно.

Избежать хаоса при атаке на Азкабан полностью не удалось, но последствия хоть и были катастрофичными, по большей части касались сторонников Лорда. И самого здания. Сбитые с толку теплым приемом, Пожиратели лупили бомбардами направо и налево. Люциус выжил. Но Снейп все равно попал под горячую руку. Она не стала его навещать. Он тоже не пришел.

Ей было не до конца ясно, что наплел Дамблдор Грюму и Кингсли о причинах её осведомленности изначально, но каверзных вопросов они не задавали. А после относительно успешной операции в тюрьме, подготовка к защите министерства шла уже более продуктивно. Конечно, великим стратегом она не стала, но с Аластором можно было спорить бесконечно. Директор, кажется, нашел пути подхода к Скримджеру.

Хогвартс все равно пришлось навещать, но без статуса преподавателя это было даже приятно. Тонкс все же заручилась её поддержкой с бумагами и подготовкой лекций, а мальчики опять начали потихоньку паниковать из-за приближающейся ЖАБА. Бездельничать и тратить время на квиддич им это не мешало, но её помощь они принимали охотно. Гермиона существовала в напряженном ожидании. Субботним вечером Снейп появился на пороге дома Блэка. Ничего существенно не изменилось, кроме её готовности.

— Вы знали.

— Конечно.

— Могли бы и предупредить.

— И что бы вы сделали? Проигнорировали вызов?

Он отвернул голову к стене. Она продолжила натирать его мазью. Было невыносимо. Оставшиеся зелья Снейп принял безропотно, Гермиона укутала его теплым пледом как прежде, но уйти не смогла. Снотворное быстро вырубило его, ей казалось, что она прилегла всего на минутку.

— Если скажете хоть слово, пожалеете.

Вряд ли это произвело на Снейпа какое-то впечатление, но лежал он смирно. Она обнимала его за торс, балансируя практически на краю узкой кровати, и наверняка отдавила ему руку. В комнате ещё было темно, но уже явно наступило утро. Неловко не было, было тепло и приятно. И совершенно, абсолютно неправильно. Она приманила зелье невербально.

— Для зубов, — всучила ему пузырек и села, покачиваясь и зевая. — Не сбегайте, у меня вдохновение на завтрак.

Омлет у неё вышел не хуже прежнего. Снейп держался и молчал даже на кухне, но глаз с неё не сводил. Она пила черный кофе и листала вчерашний Пророк.

— Кингсли и Грюм из меня сегодня все жилы вытянут. Скримджер опять с чем-то там не согласился. Как Том? Замечает хоть что-то, что вокруг происходит?