– Сильвия? – удивленно произнесла Анна, увидев перед собой своего первого куратора.

Как только Анна попала в разведку, Фараго перевели в другой гарнизон где-то на границе с Афраденой, и больше увидеться им так и не довелось. У Сильвии с тех пор погоны сменились на майорские и прибавилось морщин, но во взгляде читалось всё то же тепло и забота. Она крепко прижала Анну к себе.

– Ты так повзрослела! Даже не верится, – Фараго отстранилась, рассматривая ее лицо.

– Время летит, – пожала плечами Анна. – Давно вы здесь?

– Месяца два. Скоро опять куда-нибудь переведут, так что долго я тут не задержусь, – майор вздохнула. – А мне говорили, ты на задании в Ноленсии?

– Сейчас, выходит, у меня небольшой отпуск.

– О, так это же здорово! Слушай, я иду обедать, ты тоже? – спросила Фараго и, дождавшись кивка Анны, деликатно увлекла ее за собой, взяв за локоть. – Пойдем.

За трапезой они говорили обо всём, что случилось с ними за время, пока они не виделись. Затем, прогуливаясь во дворе общежития, Сильвия сказала:

– А ты знаешь, что мемориал наконец-то достроили?

– Правда? – переспросила Анна.

– Да, буквально в прошлом месяце. Он такой огромный, – Фараго нахмурилась. – И столько имён… Там ведь все, кого достали из-под руин и из метро… И твои, да?

Анна кивнула, опустив взгляд. Немного помолчав, она спросила:

– Какой автобус туда едет отсюда?

– Собираешься туда? – майор тронула ее за плечо. – Съездить с тобой?

– Нет, лучше я одна.

Еще за пару километров из окна автобуса стало видно сооружение, которое теперь высилось посреди поля на месте котлована, ставшего общей могилой для тысяч жителей Тулаара. Громадная пирамида из серого камня своей вершиной устремлялась в небо. Со всех ее сторон снизу на самый верх вели ступени, но большую часть поверхности пирамиды занимали прямоугольные плитки с высеченными именами и фамилиями. Много плиток были пустыми – в знак тех, кого не смогли опознать.

Памятник напомнил Анне картинки из книг по истории – похожие пирамиды строили тысячелетия назад вымершие цивилизации. Сейчас одно лишь Мироздание знало, простоит ли и этот мемориал сотни веков, или его сотрет в пыль очередная смертоносная война – как это случилось с теми, кто теперь приходил только во снах и воспоминаниях.

***

– Мам, мы за город на три дня собираемся.

Анна стащила с тарелки блинчик, которые ее мать продолжала выкладывать со сковороды.

– Мы – это кто?

– Ну, наш класс и параллельный. Там еще вроде какая-то спортивная команда из колледжа должна присоединиться.

– Значит, будет много мальчиков, я правильно понимаю? – покосилась на Анну мама.

Отец оторвался от изучения утренней газеты.

– Кристина, ну что ты опять начинаешь? Там с ними будут преподаватели, к тому же у них такой дружный класс, ее в обиду никто не даст.

Мать со вздохом покачала головой:

– Ее-то никто не даст… Но ты же знаешь, какой у девочек в таком возрасте ветер в голове и жажда найти приключения на свою…

– Да за кого ты меня принимаешь?! – Анна вскочила, пнула ногой стул и размашистыми шагами направилась прочь из кухни.

Она с грохотом закрыла дверь в свою комнату и заперлась на замок. Упав на кровать, Анна щелкнула пультом телевизора. В сюжете новостей рассказывали об очередной перестрелке на границе.

Через минуту в дверь постучали и раздался голос отца:

– Анна, никто не сомневается, что ты у нас благопристойная, интеллигентная дочь. Мама просто волнуется за тебя.

Анна молчала, покусывая кожу около ногтя.

– Открой дверь, солнышко, – теперь уже подала голос мама. – Я просто хочу с тобой поговорить.

– Ты уже всё сказала, что хотела, – произнесла Анна себе под нос.

– …Подразделения надежно контролируют ситуацию, – тем временем вещал телевизор. – Жителям зоны боевых действий предоставляется своевременная помощь продуктами, предметами гигиены и стройматериалами. Как заверил командир одиннадцатого батальона пехотных войск, в эвакуации гражданского населения пока нет необходимости…

***

Анна несколько часов ходила по ступеням то вверх, то вниз, вчитываясь в надписи. Знакомые имена попадались тут и там: почти все одноклассники, несколько соседей, известные в Тулааре чиновники, врач, лечивший Анне зубы… Вскоре она нашла свою двоюродную сестру Бетти, дядю и тётю, а почти у самой вершины пирамиды были увековечены мама и папа.

Сев на ступени около плиток с именами родителей, Анна устремила взгляд на горизонт. Там, в отдалении Тулаар купался в лучах заходящего солнца.

***

Открыв дверь, Анна, даже не взглянув на мать, вернулась на кровать и уставилась в телевизор. Мама присела рядом на край и негромко сказала:

– Я вовсе не против, чтобы ты поехала отдохнуть. Только лишь бы это не было в ущерб учебе. Ведь у тебя экзамены через месяц…

– Экзамены… – фыркнула Анна. – Только что тебя волновали не они, а «мальчики», которых будет слишком много возле меня! – она передразнила мать. – Скажи уже как есть: ты смотришь на Бетти и думаешь, что я стану такой же!

Одно лишь напоминание о кузине заставило Анну брезгливо поморщиться. Бетти была старше нее всего на год, но уже успела сменить не меньше десятка парней, по несколько дней не ночевала дома и постоянно норовила познакомить Анну с кем-нибудь из своих одиноких приятелей.

– Бетти тут ни при чём, – сказала мама. – У нее есть своя голова на плечах и свои родители. Я же хочу уберечь от ошибок именно тебя. Ты даже не представляешь, что может натворить человек под воздействием чувств.

– Не представляю, – согласилась Анна. – Потому что это очень глупо – сходить с ума из-за парней.

Мама доверительно заглянула ей в глаза.

– Скажи, тебе кто-то нравился из мальчишек?

Анна отрицательно мотнула головой.

– Вот поэтому ты пока не можешь понять, – продолжила мама. – Хотелось бы, чтобы у тебя была счастливая любовь на всю жизнь. Но так бывает нечасто. Почти всем из-за любви приходится плакать. В любом случае, когда ты познаешь это чувство, я бы хотела, чтобы ты поделилась со мной. Хорошо?

– Хорошо, – ответила Анна, и мама слегка приобняла ее за плечи.

***

Красный солнечный диск коснулся кромки горизонта. Те несколько человек, которые тоже бродили по ступеням пирамиды, спустились вниз и направились к шоссе ждать автобус, но Анна еще сидела около вершины.

– Мама, папа, я выжила. Научилась стрелять, ходить в разведку. Теперь я шпионка. Я молодец, да?..

Ответом был легкий порыв ветра, словно чья-то ласковая рука погладила по щеке.

– Пап, помнишь, ты обещал купить мне машину на восемнадцатилетие? – она невольно взглянула в сторону военной базы, где виднелись совсем крошечными коробочками корпуса общежитий. – Я за эти годы на каких только машинах не каталась… Мощные, крепкие и рычат, как сытый зверь, – она мечтательно улыбнулась. – Мам, я так хотела однажды прийти к тебе и сказать: знаешь, мам, я влюбилась. Он странный, опасный и вообще мне не пара. Ты будешь ругаться, но меня к нему тянет. Это не закончится хорошо…

Холодало. Очевидно, ночью собирался ударить мороз. Пока Анна спускалась по ступеням, вдали в сгущающихся сумерках показались фары ее автобуса.

========== Глава 12. Обмен ==========

Утро на границе началось с того, что солдаты Ревены увидели, как к ним со стороны вражеских позиций по размокшему во время оттепели полю приближается одинокая фигура человека в камуфляже.

– Это еще что за чёрт… – произнес пулеметчик, глядя в небольшое отверстие между мешками с песком, из которых было сооружено укрепление.

– Что там? – спросил его сержант.

– Дай бинокль! Какой-то хрен идет со стороны Ноленсии. Вроде бы без оружия. Сдаваться, что ли хочет?

– Выйду, посмотрю.

Сержант покинул укреппозицию и наставил на непрошеного гостя автомат. Тот продолжал идти неспешным шагом, демонстрируя пустые руки. Наконец, приблизившись достаточно, чтобы его было слышно, пришелец из Ноленсии крикнул: