– Гр-р-р… – отозвался плененный маг. Ну и скудный же у него словарный запас, меньше чем у пещерного человека.
– Вот что, друг мой шелковый, выбора-то у тебя нет. Сделать ты мне ничего не можешь. Поэтому выполняй желания как следует. Имей ввиду, я всегда случайно могу уронить лампу в пустыне, а поднять забуду! Не с руки мне спускаться с ублюда, чтобы потерянное барахло поднимать и лежать тебе тогда в песках тысячу лет!
– И откуда берутся такие шантажистки и оторвы? – Поразился бывший разбойник, а ныне джинн. Куда делись все нежные и прекрасные цветы пустыни?
– Загнулись от ваших грубых мужских культяпок. Остались только колючки, типа меня. Ну так как? Поможешь охмурить старшего сынка халифа? Или мне продать твою лампу? – я подбросила вышеописанный предмет на ладони и ловко поймала его. – Все же пару медяков за этот хлам дадут…
Угроза сработала. Я, прямо таки, слышала зубовный скрежет и скрип сгибаемой против воли в поклоне спины. И внезапно сжалилась над несчастным.
– Хорошо, исполнишь два моих желания, а третьим я тебя освобожу! По рукам?
– Одно твоё, а последним свобода! – напомнил мне маг о потраченном. – По рукам, вот только…
«Вечно это только!»
– … есть пара ограничений.
– Чего ещё? – возмутилась я. – Разве ты не всесильный джинн и тебе не дана космическая мощь взамен на магические оковы?
– Мощь, конечно, появилась, – почёсывая призрачную щеку протянул хашисын. – Только вот я чувствую, что не могу влюбить, тем более убить. Что-то мне подсказывает ты сама кого хочешь укокошишь, если тебе это надо будет. Оживить мёртвого тоже, не того… Хотя раньше мог. Теперь не могу и все тут! Так же нельзя загадывать увеличения желаний. Обмен не возможен и претензии не принимаются! Не знаю откуда я это знаю, но…Знаю! Чёрт! В коем- то веке позарился на цветок пустыни, а оказалось, что напоролся на кактус! – перескочил на своё насущное хашисын.
– Ну вот теперь плачь, колись, но продолжай есть кактус, джинн. Мы надолго с тобой вместе, до самой моей свадьбы.
– Боюсь я до этого не доживу.
– А ты, постарайся. Быстрее окольцуем старшего сыночка халифа, быстрее освободим тебя.
– Стоп, стоп! Что ты сказала ты имела ввиду САМОГО старшего?
– Его самого.
– Тогда наше дело ублюжья лепёшка! Все сыновья халифа маги и некроманты. Я – Лаш Арш`хан, последний сын халифа. – Представился джинн.
– Очень приятно. – Мы поручкались.
– Шахзаде Пан Арш`хан – занимается торговлей, он мой старший брат. Впрочем, как и все остальные. Шахзаде Таш Арш`хан – глава ночной стражи. Шахзаде Арнш Арш`хан – глава дневной стражи. Шахзаде Вайран Арш`хан – второй военачальник. Шахзаде Гайран Арш`хан – первый военачальник
Я пересчитала пальцы что-то не сходилось.
– Я слышала, что у халифа семеро сыновей.
Джинн ухмыльнулся, гаденько так, вредьненько.
– Ага именно семь. Один внебрачный самый старший. Великий Визирь и первый советник халифа. Вся власть халифата сосредоточена в его руках.
– Проблема-то охмурить мужчину в возрасте! – махнула я рукой. – Да они как щиколотку голую увидят так дрожать начинают от любовной горячки! Я соблазню этого визиря за семь дней!
– Ага только этот «мужчина в возрасте» презирает женщин больше всего на свете и заядлый холостяк! – огорошил меня Лаш.
– Тогда все усложняется, – задумчиво пробормотала я, обескураженная таким поворотом дела, – мне понадобится больше недели.
«Великий визирь…» – подумала я про себя. – «Так вот кто мой главный соперник и цель!»
– А чего это ты так лыбишься? – я повернулась к джинну. Красномордый пустынный засранец скалился во все тридцать два зуба.
– Первый советник противник всего того, что именуется «браком», по его словам, хорошую вещь так не назовут. Все что связанно с женщинами он не переносит на дух, брат никогда ни на ком не женится, как бы не старался наш батюшка. Власть и влияние для него все. Этот отбор невест, затеянный нашим отцом – гиблое дело. Ни одна невеста не сможет его пройти. Соблазнить и увлечь моего брата, невозможно, ведь у него просто нет сердца.
– Искренне жаль твоего брата, но с этого момента он обречён.
– Почему?
– Потому что это и есть наша цель!
– Что-о?
– Как бы он не сопротивлялся, я выйду за него замуж или придётся его убить, но у нас есть ты, джинн, и твоя запредельная космическая сила. Так что решительные меры не понадобятся.
– Ты забыла я не могу влюбить-убить-воскресить.
– А это и не требуется, – я причмокнула губами изображая комичный поцелуй, понукая ублюда. – Влюблением займусь я, а ты обеспечишь достойный антураж!
– Как это?
– Вот глупый! Не могу же я претендовать на руку и почку старшего сына халифа имея за душой всего лишь одну смену шальвар?! В столицу я должна прибыть как самая богатая и знаменитая султанша.
– Поэтому готовься к моему второму желанию! Морально.
– Все это бесполезно на такие дешёвые штучки как золото и титул мой брат не поведётся, уж я его знаю!
– Джинн…
– Да?
– Опять ты за старое? Что за пораженческие мысли?
– К тому же, где это золото дешёвое?
– Эх… ты не понимаешь, мой брат: гроза женщин. С шестнадцати лет на него вешались самые лучшие красавицы.
– А я с одиннадцати в одиночку отбивалась от толп женихов и гроздьями отваживала их от своего крыльца. Я думаю, мы с твоим братом найдём общий язык.
– Да откуда ты знаешь, что сможешь с ним поладить? Может ему вообще мальчики нравятся!
– Ну вот видишь? – не сдавалась я. – У меня с ним куча общих интересов, мне тоже больше по вкусы мужчины.
– Он коварен как пустынный иприт.
– Я тоже не палкой делана.
– Он страшен как смертный грех!
– И я далеко не первая красавица!
– Он мертвецов поднимает! – продолжал пугать меня младший братик великого визиря. – У него целая армия зомби-мамелюков!
Я постаралась не испугаться, так слегка побледнела, мне это даже к лицу.
– У мужчины должно быть любимое хобби.
– Он женщин не любит!
– Я тоже совершенно не в восторге от них. Все они жестокие и коварные хищницы, только прикидываются белыми и пушистыми. Я тому наглядное доказательство! Ещё возражения есть?
Пару минут бывший маг-нагг очумело молчал, потом выдал:
– Моему брату конец! Я с тобой! Чем смогу помогу и даже сверх трёх желаний от себя лично добавлю, есть у меня небольшой лимит на толику магии.
Я хищно улыбнулась, дала шпор ублюду, дело было практически в шляпе.
– И всё-таки страшно, мой брат сущий дьявол.
Ну надо же, как главный советник запугал родственничка. Надо присмотреться к этому мужчине повнимательней.
– Разберёмся. Как говорит моя нянюшка Фатима: «Нет такого мужчины, которого не сможет съесть с пловом умная женщина!» – Эх, вот бы кого мне в помощники, а не этого джинна-пораженца. Вспомнила я мудрую няньку, ныне компаньонку. – Нам главное на отбор попасть, а там мы уже отберёмся как следует. Так что слушай моё второе желание, джинн.
Вышеупомянутый навострил свои и без того заострённые уши.
– Я хочу стать султанной! Богатой, красивой, знатной, такой невестой, чтобы любой принц бежал за моим ублюдом! Падал, вставал и снова бежал!
– Ты уверена? – С сомнением проговорил бывший хашисын.
– Да! – от чистого сердца сказала я.
– Слушаюсь и повинуюсь! – проговорил джинн. Налетел ветер подхватил меня, ублюда, и караван. Началось волшебство!
* * *
Главные ворота дворца приоткрылись и в проёме появился герольд с непомерно гнусавым голосом.
– Прошу любить и жаловать! – возгласил он. – Принцесса южного султаната Жадеита эль Ша`Марн… – Мощный рывок ладони главного визиря и створка, ударив глашатая по лицу, заставила его заткнутся. Дверь захлопнулась прямо перед важно вышагивающей принцессой.
– Ну уж нет, отец! Свадьбы никакой не будет! – не контролируя перевоплощение, как змея прошипел первый советник. Искажённое от гнева лицо покрылось чёрной чешуёй, сквозь оскаленные клыки проглядывал раздвоенный язык. – Если я когда-нибудь и выберу себе невесту, то по собственному вкусу и без указки родственников!