— Надо идти на корабль! — остановился Хан и оглянулся.
Ветер стал настолько сильным, что от корабля был виден лишь силуэт.
Но незнакомец продолжал упрямо идти вперёд. Хану ничего не оставалось, как пойти за ним и, как оказалось, не зря. За считанные минуты началась настоящая буря. Но к тому времени двое пилотов уже добрались до храма.
Соло помог незнакомцу сесть на камень. Тот недовольно скривился от боли и осмотрелся вокруг.
— Ваш корабль не переживёт бурю, — хриплым, но приятным голосом произнёс мужчина.
— Это ещё почему? — нагло спросил контрабандист.
Сначала спасает его, а потом выслушивает, что корабль никуда не годится. Может он и не принадлежал Хану, но слишком уж трепетно он относился к небесному транспорту.
— Корабль с Серенно, для графов с неё важна красота, а не безопасность. Этот корабль крепче, но долго не протянет.
Мужчина закашлялся и натянул на себя остатки плаща.
Хан мотнул головой, снял с себя куртку и протянул её незнакомцу.
— Спасибо, — хрипло отозвался тот.
— Почему ты оказался здесь?
Мужчина взглянул на Хана снизу вверх, от чего того едва не передернуло. Слегка вьющиеся русые волосы плавно опускались на плечи, проницательные небесно-голубые глаза словно заглядывали в саму душу, на левой щеке были видны едва заметные следы от шрамов, а у правого глаза красовалась тонкая тёмная полоска, явно от давнего ожога. Что-то было в нем такое знакомое и приятное, будто Хан смотрел не на совершенно незнакомого человека, а на лучшего друга.
— Возникли проблемы с управлением, — уклончиво произнёс он. — Неудачная встреча с Империей.
— Угнали шаттл?
— Вообще, позаимствовал, но, судя по его состоянию, все же угнал.
Он слабо улыбнулся и снова закашлялся.
— Я так и не знаю имя своего спасителя, — после небольшой паузы произнёс мужчина.
— Хан Соло.
— Это не вы обогнули Кесселевскую дугу за двенадцать парсеков?
— Я, — растерялся контрабандист. — Ну, а вы?
— Эван… Эван Никанэ.
Тогда у Хана впервые пропал дар речи, потому как перед ним сидел, по сути, призрак.
Постепенно жизнь на Миркре стала казаться проще. Пусть у застрявших на нем людей и было желание улететь подальше отсюда, каждому из них пришлось смириться со своей участью. Дни проходили незаметно. По утрам кто-то тренировался, днём занимался своими делами, а вечером все собирались у костра и разговаривали. Но эти разговоры были пустыми, особенно для Люка.
Когда он узнал правду, в его голове будто что-то щелкнуло, и он стал понимать такие мелочи, которых раньше не замечал. Поведение Кэда стало для него вполне себе ясным — тот боялся потерять расположение своего учителя. Вполне себе реальный страх. Спокойствие Галена — наоборот, попытка получить это расположение. Как понял Люк из обрывков фраз, когда-то давно Марек предал Вейдера и присоединился к повстанцам, за что поплатился своей жизнью. Очевидно, что присмотр за Люком — его попытка снова вернуть доверие учителя. Ну, а Мара… Забавно, что после их последней встречи, они снова оказались вместе. Вот только теперь она не была роковой контрабандисткой с предрасположенностью к Силе, она оказалась очередной цепной собакой Императора, которую в любую минуту могут натравить на кого угодно. Таким же был Вейдер…
Люк вздрогнул. Был? Почему в прошлом? Связано ли его странное предчувствие с этим? Будь с ним Сила, он бы точно дал на это ответ.
Вейдер… Забавно, он столько раз представлял, каким мог быть его отец, контрабандистом или джедаем, пилотом грузового корабля и великим командиром, но никогда ему в голову даже на секунду не приходила мысль, что Ужас всея Галактики может быть его отцом.
Люк вспомнил, как во время бегства на Гли-Ансельм на него смотрели Кэд и Гален, когда увидели за его спиной джедаев-хранителей. То был страх. То же самое было на корабле, когда они раскрыли себя. Они боялись. Чего? По всей видимости, гнева Вейдера.
Скайуокер закрыл глаза и прислонился спиной к стволу дерева. Где-то вверху шелестели листья, среди которых скрылись исаламири. Странно, но блокирующие Силу ящерицы больше не доставляли молодому человеку особого дискомфорта. Наоборот, в их присутствии думалось гораздо легче, никто не мог прочитать мысли. Это вполне устраивало Люка, который не особо страдал из-за отсутствия Силы. Здесь ему было хорошо, но в душе все равно была какая-то ноющая пустота. Он чувствовал, что где-то происходит что-то странное. Он беспокоился за Лею, Хана и… Беспокоился ли он за Вейдера? Почему? Откуда взялось это чувство?
Люк открыл глаза, огляделся вокруг и, не заметив никаких признаков активности ни со стороны природы Миркра, ни от его гостей, потянулся. Просидел он так, видимо, очень долго, потому что от твердого ствола дерева у него болела спина. Немного размявшись, мужчина медленным прогулочным шагом направился по вытоптанной тропинке к зарослям колючего кустарника, не вполне понимая, зачем вообще идёт туда. Где-то в вышине отчаянно закричала местная птица и скрылась за кронами деревьев, там, где кончается лес. Люк остановился и посмотрел ей вслед. Но взгляд его был устремлён не в бескрайние просторы неба, а на изумрудное поле за деревьями, где, по колено в шелестящей на ветру траве, такой грубой и жёсткой, стояли три человека: длинноволосый мужчина лет пятидесяти, молодая девушка и человек в старой маске. Все трое смотрели на Люка.
Скайуокер замер. Кто они и как здесь оказались? Несколько секунд он смотрел на них и вдруг побежал. На мгновение он потерял их из виду, а когда оказался на границе поля, люди пропали. Ветер склонял к земле грубую траву, а в небе кричали птицы. Но больше никого в поле не было.
Люк отступил назад, зажмурился и снова открыл глаза. Что это вообще было? Мираж?
Сзади послышался шелест. Рядом с Люком появилась Мара.
— Уходить из леса небезопасно, — недовольно произнесла девушка.
— Будто тебя это волнует, — огрызнулся Скайуокер.
Джейд мельком взглянула на него.
— Решил стать похожим на папочку?
— Решил быть собой.
Люк резко развернулся и направился обратно к дереву, у которого проводил много времени.
— Значит, таков фермер с Татуина на самом деле? — фыркнул Мара, не отставая от Скайуокера.
— Поживешь на этой свалке, и не таким станешь.
Мужчина уселся в корнях дерева. Девушка остановилась напротив.
— Чего ж ты строил из себя наивного простака?
— Нет… Это вы меня таким видели.
Улыбка Люка была странной, совсем несвойственной ему, непредвещающей ничего хорошего.
— Ты не был таким, когда мы…
— Никаких нас нет, — оборвал её Люк.
— Неужели?
Не успел мужчина среагировать, как Мара самым наглым образом уселась ему на колени и обвила его шею руками. Её губы были всего в паре сантиметров от губ Люка.
— Ты не джедай… — прошептала она. — В те бессонные ночи ты точно им не был… Я видела твои глаза, чувствовала твои эмоции… Они не были джедайскими…
— Святых людей не бывает, — хрипло отозвался Скайуокер.
Он-то думал, что все чувства остались в прошлом, но нет. Они снова одни, на необитаемой планете. И снова он, Люк, теряет контроль над собой, когда рядом эта женщина.
— Это у тебя в крови… — словно извне услышал он чей-то голос, отрезвивший его окончательно.
Резко Скайуокер поднялся на ноги, от чего Мара едва не упала.
— Что ты сейчас сказала?! — прошипел мужчина.
— Ты в своём уме? Я молчала!
Скайуокер, подобно дикому зверю, расхаживал из стороны в сторону.
Как бы ему не хотелось это признавать, но он все больше становится похож на отца. Но почему? Он был и раньше таким, даже не зная правды. Неужели этот голос прав, и это у него в крови?
Вдруг сквозь заросли пробрался не на шутку напуганный Гален.
— Я подключился к имперскому радио… Вейдера убили…
Люк замер. Вот, с чем было связано его плохое предчувствие. И тем не менее, он не мог в это поверить.
Он сорвался с места и побежал. Побежал так далеко, через такие заросли, которые раннее не видел, и вскоре вышел к озеру. Что-то странное завладело его сознанием. Уже в беспамятстве он оказался в ледяной воде. Секунда, и он скрылся по водой. Но сил выбраться не было. Все тело парализовало от холода, словно сковывая в ледяных объятиях. Лёгкие горели от нехватки кислорода. Однако Люк чувствовал лишь умиротворенность и покой. Когда сознание стало постепенно покидать его, кто-то сильный схватил его за шиворот и резко поднял над водой. Через полминуты он уже лежал на берегу, а над ним возвышался человек в странной одежде и маске с Т-образным визором. Именно его Люк видел в поле.
