После ухода из клана я лично создавал такие наборы. И среди них были несколько таких, которые превращают инкарнированных в послушных, мощных, преданных, а также тупых существ. В экспериментальной части исследований нет такого слова как неудача. Даже приводящие к летальному исходу рецепты весьма востребованы. В конце концов, в буфере нельзя никого окончательно убить. Превратить такой светлый миг, как инкарнация, в казнь – как могут кланы упустить такой мощный инструмент влияния и запугивания? И вот ты… сохраняешь личность вместо памяти, грубишь всем вокруг. Ты – безумец! Не сумеешь доказать свою принадлежность к силам, будешь заклеймён жалким воришкой и конец будет далеко не радостным.
Что же до тебя, Инк. Тут и говорить не о чем. Представитель одной из высших сил, нацеленный на каминный зал… Если не оставить следов, то можно не опасаться твоего убийства. Похитить тебя и держать где-нибудь ради знаний о следующих мирах. Эта мысль, будь уверен, пришла в голову всех, кто слышал ваш забавный разговор, а это не менее половины города. Не стоит забывать, что это не нулевой мир – здесь люди способны на гораздо большее. Превратить себя в настолько удобную мишень – еще одно безумство.
«Моя шутка действительно поставила меня в такую ситуацию? Да ладно… А если я скажу, что это был просто блеф… Конечно, так они мне и поверят. Даже златокожий засомневался в действии своей способности, хотя она должна быть абсолютной в буфере. Тут в пору говорить не о безумии, а о глупости! Как же я мог так протупить? Это же совершенно недальновидно! Двенадцать баллов, Инк. Это доказательство того, что ты получил их заслуженно. Я больше не должен позволять своему языку болтать абы что. Определенно! Молчание – золото!»
– Мастер Глэм.
– Да, Киасс.
– Я взял все способности, требовавшиеся клану и даже чутье на силу способностей в баллах. Хоть она и действует только в пределах буфера, но это довольно полезное умение. Нужные для алхимии способности просто ослаблены. Некоторое количество тренировок, и они станут действовать в полную силу. Все еще думаете, что я безумец?
– Конечно! – ухмыльнулся Глэм. – Как именно ты собираешься сделать свои способности сильнее?
– Заниматься алхимией.
– Как замечательно. Контроль пламени, понимание трав, голос металлов и прочее. Ты же об этих способностях говоришь?
– Верно.
– Забавно… Ведь насколько мне известно, ни одна из этих сил не может развиваться в буфере.
– Что?! – металлический даже вскочил и сделал пару шагов. Инку показалось, что он сейчас вцепится в безукоризненную одежду Глэма и попытается заставить его сказать, что он соврал.
– Ой! Я разочаровал тебя? Делать необдуманные решения – это ли не безумие?
Киасс выглядел потерянным и запутанным, словно спрашивал самого себя: «Как я мог так ошибиться?». Инк чувствовал себя не лучше.
«Мои однобалльные способности… Это, конечно шанс, но… Во имя голоса, что мне теперь делать?»
– Грэнк. Какие способности получил ты?
Ответить мотоциклисту не дал стук в дверь.
– Ладно, потом поговорим. Нас уже ждет транспорт.
Снаружи расположилась огромная улитка. Её ракушка имела дверь и несколько небольших окон, а на самом верху три пары похожих на стрекозиные крылышек.
– Забирайтесь внутрь, – скомандовал Глэм и показал пример.
Комната в раковине не содержала ни намека на тело самой улитки. Обстановка была побогаче, чем в оставленном домике, но платой за это стала теснота. На пять человек транспорт явно не рассчитывался. Момент старта Инк даже не ощутил, просто в какой-то момент бросил взгляд в окно и понял, что улитка летит. На заменившем небо куске земли виднелся не очень густой хвойный лес и даже нечеткие силуэты каких-то животных.
– Учитель Глэм, это ведь река Кайлан?
– Верно, Киасс.
– Разве нам не нужно двигаться по течению, чтобы попасть в библиотеку?
– Конечно, – кивнул Глэм. – Если бы мы направлялись туда. Сейчас наша цель – Зирдал.
– Место с выходом в нулевой мир? Для чего нам туда?
– Для спасения ваших жизней и свободы, конечно. Другой возможности я просто не вижу, – Глэм закрыл глаза. – Ну, наконец-то они начали. А то я уже стал опасаться…
– Начали? – спросил мотоциклист. – Кто и что начал?
В этот момент улитку тряхнуло. Так сильно, что Инк даже не сразу понял, что пола под ним больше нет. Он падал, только по какой-то причине в разные с улиткой стороны. Инку Фейту предстояло на своей шкуре узнать, что значит упасть на каменное небо…
Глава 6 Нулевой мир
Что-то в теле Инка среагировало инстинктивно. Он вытянул руку в направлении небесной тверди, в ладони появился крохотный прозрачный шарик – меньше сантиметра в диаметре.
«И это моё силовое поле?»
Инк еще сокрушался, когда активировалась другая способность – микроманипуляции. От сфер начали отделяться частицы толщиной в мирон, он ясно это чувствовал, после чего сливались в некое подобие полос сверхтонкой незримой ткани. Лоскуты успели удлиниться настолько, что достигли головы Инка. Нечто, контролирующее его способности, объединило отдельные полоски в единое полотно, которое стало расширяться над головой как парашют. Следом пришел рывок и тело стало падать значительно медленнее.
Инк машинально отметил, что чувствует силовое поле на всей протяженности, однако контролировать может лишь в небольшом радиусе. Он подумал о возможности использования отдельный лоскутов как строп, но сразу ощутил, как силовое поле разрывается то в одном, то в другом месте. Залатать прорехи из-за отсутствия контроля было просто невозможно. Само поле было практически невидимым, но в момент разрыва появлялись искры и вспышки миниатюрного северного сияния разных цветов. Это выглядело довольно красиво, но насладиться зрелищем Инку мешали мысли о приближении земли.
Нечто снова взяло способности под контроль. Силовое поле начало стягиваться к ладони, отчего разрывов становилось настолько много, что сверкать стала вся его «ткань». Инк поразился, даже примерно выходило, что его маленький шарик растянулся на площадь больше ста квадратных метров. Это казалось совершенно нереальным.
Одним стягиванием дело не закончилось. Возле ладони происходила пересборка силового поля. При помощи микроманипуляции нечто выпустило в сторону земли множество тонких и жестких спиц. Инк почувствовал, как они быстро достигли поверхности и к своему стыду даже дрогнул от страха. Следом остальная «ткань» преобразовалась в пузырящуюся пену. Она ринулась вниз и заполнила пространство между жесткими спицами. Сгруппировавшееся тело нырнуло в импровизированную трубу и тут же оказалось окружено радужным сиянием разрушающегося силового поля.
Прижимая колени к груди по велению неведомой силы, Инк чувствовал, как это нечто укрепляет связь ближайших к нему микропузырей, а затем взрывает их так, чтобы основной выброс сжатого воздуха был направлен вниз.
«Это, чтобы не разрушить слабые спицы ограничителей, – догадался Инк. – Если они распадутся, вся пена внизу растечется по сторонам, ведь контролировать её я не могу»
В итоге они все же разрушились, когда до земли оставалось еще приличное расстояние. Способности снова активизировались, количество испускаемой вниз пены и новых спиц превысило понимание Инка. Он уже не осознавал падает вниз или взлетает – скользящие по телу сверху вниз микропузыри обманывали чувства, создавали иллюзию сопротивления воздуха на взлете. Инк дернул глазами, пытаясь ухватить картинку происходящего, и за радужным сиянием с удивлением отметил, что уже почти остановился в воздухе, хотя до земли еще добрых два с половиной метра – не меньше.
Тело само распрямилось, спокойно погрузилось в незримые пузыри и плавно достигло земли.
«Должно быть со стороны это выглядело очень круто. В следующий раз пусть кто-нибудь снимет на камеру. Хотя, о чем это я? Какой еще следующий раз?! Я живой!!!»
Инк мог кричать только мысленно, поскольку тело все еще оставалось в чужой власти. Нечто активировало оставшиеся две его способности. Инк и представить не мог, что крови в теле настолько много, и она так распределена по телу. Одно дело знать о многих маленьких капиллярах и совсем иное – прочувствовать их благодаря контролю крови. Активация магических сил сработала тоже. Благодаря этому Инк узнал, что впитанное его телом в мире отражения белое вещество едва заметно изменяет его кровь. Тело становится сильнее, ловчее, быстрее. Двинулся, но не заметил никаких изменений.