– Папа знает? – девочка лишь отмахнулась.
Понятно. Папа в этом доме хоть что-то знает?
– Насчет подарка нужно подумать. Кстати, кто именинник? Парень или девушка?
– Очень хороший знакомый, – покраснела Аня.
– А сколько ему лет? Ты не удивляйся, вдруг ему пять? Тогда лучше подарить игрушку.
– Семнадцать…
Так! Черт возьми! Семнадцать сейчас или будет? Куда она собралась?!
– Хорошо, я тебя поняла. Завтра схожу в магазин и посмотрю, что там предлагают. Но с одним условием.
Аня внимательно на меня посмотрела. В глазах было согласие на все.
– Ты мне говоришь адрес, где будет проходить праздник, рассказываешь об этом мальчике все, что знаешь, и оставляешь свой номер телефона.
Номерами обменялись сразу, а дальше я слушала о самом замечательном человеке из всех, кого она встречала. Минуту, а как же великолепный одноклассник? Что? Все? Ладно, слушаю дальше.
Познакомились в парке, когда Аня с классом гуляла после школы. Стали видеться, опять-таки после школы. Гуляли за ручку. Ой, а откуда у нас этот румянец на щеках? За ручку же?
В общем, все здесь понятно. Парень старше, красиво ухаживает, делает комплементы и миленькие подарки. Чем не повод сходить к нему на день рождения?
Уже в комнате долго думала, как лучше поступить. Сказать Даниилу или самой покараулить? Мне, конечно, делать нечего, могу и постоять у подъезда. Но кто я? Временная работница, исполняющая обязанности заботливой мамы и любящей жены?
В итоге решила разобраться со всем сама. Завтра у меня очень интересный день: должна быть морально готова к скандалу в детском саду, подобрать с десяток приличных слов и четко высказать свою позицию, желательно еще некоторых поставить на место, потом выбрать подарок и подготовиться ко вторнику. Угу, тоже морально.
Глава 11. День шестой
Ася
В понедельник утром проснулась раньше всех, быстро позавтракала и стала собираться. Из своего небольшого, но добротного гардероба выбрала платье с запахом, в котором замечательно подчеркивались бедра. Особенно мне нравился V-образный вырез, делающий акцент на груди. Такая вот роковая женщина получилась. Хорошо хоть цвет был нежно-сиреневым, а то бы привлекала к себе слишком много внимания.
Выбрала аккуратные туфельки, небольшую сумочку. Образ подчеркнула украшениями, которые переливались на солнце. Волосы распустила, на лицо нанесла легкий макияж. Божий одуванчик! Ага, пока не покажет свои остренькие зубки.
Я одевалась сама и помогала собраться девочкам. Они были удивлены тем, что мне тоже куда-то надо ехать. Особенно удивился Даниил, когда я залезла в машину с няней и Димой, но я только отмахнулась от лишних вопросов.
– Мне с ними по пути, – пусть сам ломает голову, куда и зачем мне надо.
До частного детского сада добрались в гробовой тишине. Няня первой вышла из машины, забрала ребенка. Я, как настоящий партизан и разведчик, стала донимать вопросами водителями. Мужчина чуть за сорок отвечал с удовольствием, прямо находка для шпиона в моем лице!
Оказалось, няня отводила ребенка, но в машину никогда не возвращалась, только в четыре часа дня водитель вновь подъезжал к зданию и забирал их. Женщина никогда с ним не разговаривала, добирались всегда в тишине. Антонина Никитична даже не позволяла включить музыку.
Дима все время сидел смирно, смотрел исключительно в окно или на свои ладони. Иногда после садика плакал. Водитель часто замечал его красные глаза.
Сегодня всех детей собирали на улице на крыльце. Димка стоял чуть в стороне, никто к нему не подходил. У меня даже в груди защемило. Маленький, всеми брошенный! Пока приводили остальных ребятишек, няня с кем-то охотно беседовала, показывая на мальчика рукой. Собеседница была чуть старше меня. Мымра громко смеялась и гладила свою девочку по коротким волосам. И тут я заметила, как сжались маленькие Димины кулачки. Няня лишь на него чуть обернулась, потом попрощалась с женщиной и ушла, а мамашка подошла к мальчику и что-то стала ему говорить. По лицу ребенка было понятно, что ничего хорошего.
Все! С богом!
– Анатолий, – обратилась к водителю, – не уезжайте пока что.
Вышла из машины и быстрым шагом направилась к крыльцу. Женщина напоследок ткнула Димку пальцем в лоб.
– Запомни, змееныш, ты здесь никто и звать тебя никак!
– И как же тогда звать? – я подошла к женщине, перехватила ее руку, прекрасно понимая, как сейчас ей больно. Ну, подумаешь, кисть выгнула в другую сторону, и чего сразу шипеть-то? Можно и потерпеть. – Так что вы там говорили ребенку? – еще раз обратилась.
– Ой, – рядом появилась воспитательница, – все уже ушли, а ты тут стоишь. Поторапливайся, сколько можно…
– Сколько нужно, – перебила я гневно машущую руками воспитательницу.
– А вы кто? И по какому праву удерживаете мальчика, мы будем жаловаться…
– Я мать. И жаловаться здесь буду исключительно я. А сейчас пройдем в кабинет директора, мне уж больно интересно, почему мой ребенок змееныш?
– Отпусти меня, ненормальная, руку сломаешь!
– Обязательно сломаю. Возможно, даже и вторую. Дима, к Анатолию в машину беги, я сейчас подойду.
Мальчик подергал меня за подол платья, дождался, когда наклонюсь к нему, быстро поцеловал в щеку и побежал к машине.
– У Даниила нет жены! – женщина вырвала руку, стала потирать кисть.
– Теперь есть, – главное, не сорваться и не вцепиться ей в лицо. Спокойно, Настя, спокойно. Здесь попахивает ревностью и отвергнутой любовью.
– Он никогда бы не выбрал такую!
– Выбрал, а вот вас забраковал. Что? Пробег большой и не скручивается уже? По ПТС сколько владельцев было? Два или три? Да и страховка, смотрю, уже не помогает, – тонкий намек на слой макияжа на лице.
– Да ты! – ох, так на меня еще никто не бросался! С визгом, с писком, размахивая сумочкой. Как же вовремя я отступила за спину воспитательницы! Первый точный удар попал прямо в лицо. Не мне.
Женщина заверещала, как сирена, вспоминая всех родственников ненормальной мамаши до пятого колена, я же, не теряя времени даром, поспешила искать кабинет директора.
Охранник показал мне дорогу. Постучавшись, зашла в просторный кабинет с офигенным ремонтом, у меня в квартире и то скромнее! Здесь, похоже, платят неплохие деньги. Очень неплохие. Пока хозяйка разговаривала по телефону, сама нашла в интернете сайт это сада. Ох, да тут все условия! И бассейн, и тренажерный зал, за каждой группой закреплены четыре специалиста: два воспитателя, психолог и логопед. Особенно меня сейчас волнует последний из списка специалист.
Телефонный звонок отвлек от изучения сайта.
– Да.
– Настя, что у вас происходит?
– Хм, а что у нас происходит?
– Мне позвонил Анатолий…
А, понятно.
– У нас какая фамилия? – только сейчас до меня дошло, что фамилию мужа так и не знаю.
– Что?
– Фамилия какая у нас? – директор как-то косо на меня посмотрела, но продолжила делать вид, что ее звонок намного важнее.
– Смирновы.
– Спасибо, – отключила звонок и показала всем видом, что больше притворяться Светлане Анатольевне (табличка с этим именем висела на двери) не нужно. Она уже давно ни с кем не общалась, а просто держала трубку у уха.
– День добрый, – поздоровалась она, – я могу вам помочь?
– Можете, еще как можете.
И улыбнулась. Обычно такая улыбка действовала в клубе на всех убийственно, даже охранники понимали, что ничего хорошего она не сулит. На Светлану Анатольевну мой оскал тоже произвел впечатление.
Первым делом потребовала результаты работы логопеда с моим сыном. В садик водим, в каждой группе есть замечательные специалисты, а результат? Я спрашиваю, где результат?
Мне поспешно предоставили график индивидуальных занятий с Димой.
– Вы издеваетесь? Одно занятие в месяц с неговорящим ребенком вы считаете достаточно? А чем он отличается от Марии Игнатьевой? С ней, вон, через день проводят занятия!