Литмир - Электронная Библиотека

Если бы могла, я бы ухмылялась.

Единственное, о чём я переживала, так это о том, чтобы за эти годы никто не нашел мой тайник, куда я спрятала старые тетради бабушки. Единственную ценность, которая осталась со мной после её смерти. Я помнила каждый наговор, каждый абзац, каждую страницу. Все эти долгие семнадцать лет я повторяла и повторяла их, выучив назубок.

Вот и сегодня я вновь приступила к мысленному разбору лекарственных трав по местам произрастания, когда со стороны входа раздался неучтенный шорох. Раздался, и вновь всё стихло.

Неужели показалось?

Крышка моего каменного саркофага со скрипом сдвинулась в сторону и насмешливый женский голос поинтересовался:

– Что лежим, кого ждем? А ну, подъём!

Шутница.

– Хэй, красотка! К тебе обращаюсь! – сначала возмутившись, женщина чуть помедлила, а затем звонко щелкнула пальцами. – Ах, да! Прошу прощения, запамятовала. Возраст всё-таки…

На меня хлынуло что-то масляное и невероятно пахучее, и спустя пару секунд я признала в жидкости бальзамирующее масло, но с определенными добавками. М-м-м, вкусно! Ещё!

– Ещё-о-о… – просипев, приоткрыла рот, чтобы ни одна капля не пропала даром.

Первый кувшин, второй кувшин… И лишь когда она влила в меня третий кувшин, я почувствовала, что мне достаточно. Достаточно для того, чтобы встать.

– Хватит?

– Да, – голос оставлял желать лучшего, но она меня поняла.

Сейчас у меня не было ничего – ни глаз, ни языка, ни сердца, ни мозга, но сила Иссены-милостивой, а также пропитанное магией масло дали мне возможность восстать. Ничего-ничего. Совсем скоро я верну себе всё, что из меня вынули. И не только!

– Так, не тяни. Где твои? – в полумраке гробницы я смутно осязала женскую фигуру, но прекрасно поняла, о чём она спрашивала.

Села, принюхалась… И уверенно ткнула рукой в ближайшие кувшины, в которых находились мои забальзамированные внутренности. Сейчас нам предстояло вернуть их хозяйке, то есть мне.

– Отлично, ложись обратно, мне так будет удобнее, – проворно перетаскивая сосуды ближе и вскрывая крышки так лихо, словно они не были залиты сургучом, жрица расставила их в порядке очередности и, содрав с моего живота бинты, парой уверенных движений располосовала остатки кожи на животе. – А теперь не дергайся, а то положу не туда… Будешь потом сама себя перебирать.

Хохотнув, когда я фыркнула, жрица принялась укладывать мои собственные органы по местам. Легкие, сердце, печень, селезенка, желудок, почки, желчный, кишки… Каждый орган занимал положенное ему место и я чувствовала, как божественная сила пронизывает их суть и оживляет. Желеобразный мозг пришлось заливать через нос, и я крепилась, как могла, потому что ощущения были не из приятных. Бр-р-р!

Но вот, спустя пару часов, когда последний сосуд опустел, и я смогла осмотреть мрачную гробницу, освещенную всего одним тускло горящим факелом, уже своими собственными глазами, жрица устало присела на крышку.

– Полежи ещё немного. Необходимо, чтобы всё закрепилось. Давай кстати перебинтую пока обратно. Ближайшие несколько дней стоит поберечь тело, но в полнолуние оживление завершится, – рассказывая и одновременно бинтуя, жрица четко расставляла акценты и приоритеты. – Полнолуние через четыре дня. К этому моменту ты должна дойти до храма Иссены-карающей, что в Великой Пустоши. Там тебя встретят Сестры и подскажут, что делать дальше. Передвигайся по ночам, первое время днём на тебя будет накатывать сонливость, и реакция будет заторможена. Сама понимаешь, если на тебя наткнутся путники, то скорее всего уничтожат. Голод предпочтительнее перетерпеть, но если уж совсем невмоготу будет, то лови змей, они самые питательные. Так… Всё, идеально. Красавица.

Похвалив саму себя, жрица махнула рукой, чтобы я уступила ей место. Поторопившись выполнить фактически приказ, я с благоговением поклонилась одной из могущественных Стражей Ночи. Именно её место я вскоре займу в воинстве Немертвого Легиона.

Совсем скоро.

– Держи, девочка, теперь это твоё, – уже устроившись в саркофаге, жрица сняла со своей шеи тускло мерцающий амулет и вручила его в мои протянутые ладони. – Не подведи.

– Не подведу, – почтительно склонилась, отдавая последнюю дань той, кто позволила мне восстать, дабы исполнить свою часть договора, я надела на шею амулет и с трудом задвинула крышку саркофага обратно, запирая в его нутре уже окончательно мёртвую жрицу.

Покойся с миром, сестра.

Добро пожаловать в мир живых, Мими!

Поначалу мне пришлось идти, опираясь на стены, потому что слабые мышцы отказывались в полной мере поддерживать тело и исполнять свои прямые обязанности. Расставила по местам пустые кувшины, как могла, смела мусор в дальний угол, подхватила факел и плащ, оставленный Сестрой. Уже уверенней проковыляла на выход и проскользнула в узкую щель.

Звёзды…

Милосердная, как же я по вам скучала!

Ветер…

Прикрыв глаза, вдохнула свежий воздух полной грудью и тут же закашлялась. Нет, мои легкие ещё не готовы дышать. Ничего-ничего, я подожду…

Загасив факел, с трудом задвинула валун, закрывающий вход, на место. Сил во мне теперь как у пятерых мужчин, а когда стану полноценной жрицей – будет в десятки раз больше. Немертвый Легион наводил страх на живых не только тем, что его жрицы были бессмертны, но и тем, что они были невероятно сильны, как физически, так и магически. Покровительство Иссены-карающей позволяло жрицам пользоваться не только магией стихий, но и магией смерти, тем самым верша правосудие не только среди особо провинившихся живых, но и среди тех, кто был так неосторожен, что не умер до конца. Жрицы уничтожали нежить без сожаления, даже несмотря на то, что сами в какой-то мере являлись нежитью. Но, в отличие от остальной, разумной и почти живой нежитью. У жриц был разум, у жриц был долг и у жриц была Иссена-карающая, строго контролирующая каждую свою подчиненную.

Наглухо запахнув плащ, я медленно брела по ночным улицам Престополя, шаг за шагом приближаясь к своей цели. Я обязательно отправлюсь в Великую Пустошь, но лишь после того, как навещу «любимого» дядюшку. Это было моей маленькой просьбой Иссене-милостивой и она разрешила.

Немертвый Легион не совсем мертв, но и не совсем жив. Любое тело нуждается в подпитке и если живые питались обычными продуктами, то немертвые нуждались в достаточно специфичном питании. И сегодня я узнаю, каков смертник на вкус.

Постарел…

С усмешкой рассматривая спящего Харитума, в спальню которого я прошла беспрепятственно, наизусть помня каждую ступеньку, каждый поворот, я не торопилась карать. Именно карать. Он знал, что меня ждет. Он знал, что Гурзияму оставалось жить считанные обороты, но он всё равно пошел на этот шаг. Продал родную племянницу за презренный металл…

Присев на край кровати, ещё некоторое время смотрела на его руку, лежащую поверх одеяла. Голод ещё не давал о себе знать в той мере, чтобы стать неконтролируемым, но я уже знала, каково это – желать познать вкус плоти. Нет-нет, не сегодня. Сегодня я выпью только его энергию, не тронув тело, потому что Иссена-милостивая строго-настрого мне это запретила.

Жаль, конечно, но мне хватит и его энергии.

– Хариту-у-ум… – шепот получился откровенно потусторонним и я не удержалась от язвительной усмешки. До сих пор живы в памяти его угрозы отдать меня на съедение гулям, если я не буду его слушаться.

Глупый, глупый дядюшка… Теперь ни один гуль мне не страшен. Ни гуль, ни кто-либо ещё.

– Хариту-у-ум…

– М-м-м?..

Мужчина просыпаться не хотел и тогда я тронула его за руку. Мертвенный холод он почуял сразу и сразу же резко сел, выпучив на меня испуганные глаза. В отличие от меня, уже вполне хорошо различающей в темноте даже полутона серого, дядюшка ещё не совсем отошел от сна и наверняка смог различить лишь мутную фигуру, но никак не моё лицо, спрятанное под капюшоном.

– Кто здесь?! – истеричное восклицание сорвалось на фальцет, но больше он ничего сказать не успел.

3
{"b":"643753","o":1}