Я взглянул на Таррела, что шагал рядом со мной, с сосредоточенным видом о чем-то размышляя. Мимолетная улыбка, проскользнувшая на его лице из-за моей неудачной парковки, быстро угасла. Да, ему, конечно, сейчас отнюдь не до веселья, но…
-Знаешь, - неожиданно произнес напарник, не позволив мне закончить собственную мысль, - никогда бы не подумал, что Хейли будет скрывать от меня что бы то ни было. Я до последнего не верил.
-Ну, ты же понимаешь, что если бы она сказала тебе правду, ты вряд ли позволил бы ей участвовать в подобных переделках, - заметил я.
-Наверно, - поник Таррел, - но ведь она с самого начала знала обо мне все! Или даже больше… То, как мы познакомились… Хейли сразу уловила сходство между мной и Джорданом, и в итоге выяснилось, что мы родственники, Элиес Джордан мой настоящий отец.
-И при чем здесь это? – сердито обронил я.
-Она знала все мои секреты, - воскликнул Майкл, - я для нее, что чистая книга, а Хейли – одна сплошная загадка.
- Девушка и должна быть в какой-то мере таинственной. Разве ты полюбил бы ее, будь она другой?
Таррел вздохнул и, глядя куда-то перед собой, устало произнес:
-Разве мне недостаточно тайн на работе? Но ты прав, я еще на первом свидании понял, что эта женщина сумеет скрыть что-то, если захочет, даже от меня…
***
На улице стояла невыносимая жара, хотя уже и наступил вечер. Таррел подошел к столику, держа в руках два бокала с прохладительными напитками. Он решил не надевать на эту встречу очки, на нем красовались белые летние брюки и полосатая, цвета морской волны, рубашка. Майкл обаятельно улыбнулся, обратив свой взор на поджидающую его у столика Хейли. На ней было симпатичное, золотистого цвета, легкое платье до колен, смольные волосы девушки были зачесаны назад, а гладкие длинные ноги обуты в черные босоножки. Хейли доброжелательно посмотрела на мужчину и спросила:
- Почему ты так долго?
-Не знал, что выбрать, чтобы тебе угодить, - шутливо ответил Майкл, присаживаясь напротив девушки.
С зала на улицу, где находились столики под открытым небом, за одним из которых они и сидели, донеслась приятная музыка. Девушка обернулась на звук, пригубила напиток с одного из бокалов и произнесла:
-Что ж, мистер Таррел, тебе это удалось.
-Правда? – хитро прищурился Майкл, - но знаешь было бы проще, если бы ты сама сказала, чего хочешь.
-Но это же слишком скучно, - она неотрывно смотрела в его карие глаза, - куда интереснее, если ты сам раскроешь все мои секреты, ты же детектив.
-Ну и много ли у тебя тайн? – принял ее игру Майкл.
-Зависит от того, сколько из них тебе удастся разгадать.
-Может, все?
Хейли чуть наклонилась к нему и прошептала:
-Ни за что.
Взяв его за ладонь, она встала из-за столика и сделала несколько шагов на площадку, произнеся всего три слова:
-Потанцуй со мной.
С динамиков послышалась мягкая, нежная мелодия Andrew Belle «In My Veins». Чуть более тихая, чем необходимо, но достаточно громкая, чтобы ощущать ритм, плавно двигаться в такт и замирать с приятным чувством мурашек по спине.
Хейли прильнула к нему, чуть потянулась вверх, приблизившись вровень к его лицу, их пальцы переплелись в одном нежном касании. Глаза мужчины поблескивали в свете фонарей, словно огоньки. Таррел слышал гулкое биение сердца девушки, оно будто трепетало; он ощущал на своих губах ее дыхание, под рукой, обвившей талию партнерши, всего один шероховатый слой ее платья и тепло, исходящее от загорелой кожи. Хейли глубоко вздохнула и опустила голову на плечо мужчины.
-You’re in my veins and I cannot get you out (ты в моих венах, и я не могу изгнать тебя), - тихо напевала она.
Майкл ласково провел рукой по ее густым шелковистым волосам, перебирая пальцами пряди, наклонился ближе, к ее уху, и прошептал всего одну фразу, заставившую девушку улыбнуться и прижмурится от удовольствия:
-Я разгадаю все твои секреты, Хейли-Джин.
***
Когда мы пришли к О’Брайану, Пейдж уже была в квартире и беседовала с писателем. В жизни он оказался не настолько крут, как выглядел на фото с обратной стороны своей книги. Гарет – сухощавый брюнет с темно-серыми, почти металлического цвета глазами, нервно теребил край футболки с изображением панды, когда мы зашли. В своем кожаном, дорогом, как, впрочем, и все в этой квартире, кресле, он сидел, словно на иголках, под пытливым взглядом Соммерс.
Девушка перевела взгляд на Таррела, что с безучастным видом присел на диван, и снова продолжила задавать О’Брайану вопросы. Я же решил ненавязчиво осмотреть квартиру, прислушиваясь одновременно к ответам Гарета.
-…Я не совсем понимаю, - донесся до меня нерешительный голос писателя, - что вы хотите от меня? С мисс Таннен мы учились в одном университете, в этом нет ничего удивительного. Поэтому я и защитил ее при встрече в казино.
-Да? А что вы там делали? – поинтересовалась Пейдж.
Гарет О’Брайан покрылся красными пятнами, вцепился в край футболки и резко произнес:
-Это не запрещено. Я что, не могу посетить игорный дом, когда мне угодно? Это общественное заведение.
Я усмехнулся. Так-то оно так, но разве подобное в характере писателя? Все это более чем странно, он не похож на азартного человека, готового проиграться в пух и прах, живущего одним днем. Его квартира говорит о нем, как о педантичном, не слишком уверенном в себе и в том, что его белая полоса в жизни продлится достаточно долго. Он словно скупал подряд дорогие вещи, мебель, какие-то украшение – все вместе смотрелось совершенно безвкусно. Но в то же время, каждая поверхность, статуэтка, даже, похоже, люстра, были протерты от пыли, а наиболее чистым, с аккуратно расставленными на нем лишь самыми необходимыми вещами, выглядел письменный стол из красного дерева, за которым, похоже, и работал писатель. На нем ровными стопочками лежали тетрадки, в подставке – ручки и карандаши, а у правого края покоился закрытый ноутбук.
-Нет! – вдруг услышал я рьяный окрик, доказывающего свою правоту Гарета, - я никогда не угрожал Хейли! Да я бы к ней и пальцем не притронулся! Я… Я хотел помочь ей… Она мечтала как-то развивать свои таланты, а они несомненно у нее были, и я рассказал ей о… не для протокола, я нарушаю обещание, говоря вам об этом, но желание помочь найти Хейли сильнее… Я отговорил ее приходить в казино на западе 35-той стрит и в тот вечер отдал девушке свой пригласительный. Он давал ей право приходить на пятую авеню, играть среди элиты, а я все равно не хотел находится среди тех акул. Это был своеобразный клуб, я имею ввиду, все, кто имел эти пригласительные, состояли в нем.
-То есть, ты отправил мою невесту прямо в зубастые пасти? – с неподдельной злобой глядя на писателя, проскрежетал сквозь зубы Таррел. О’Брайан с легким испугом поглядел на Майка и сглотнул.
-Хейли сама этого хотела, - добавил мужчина.
-И ты, конечно, лучше меня знал, чего она желает?! – воскликнул напарник уже не пытаясь держать себя в руках. Он вскочил с места и, мне казалось, готов был набросится на несчастного писаку. Хотя, можно ли винить Майка? Я прекрасно его понимал, у меня самого от всей этой ситуации руки чесались разбить кому-нибудь физиономию. Но этого нельзя сделать, не здесь и не сейчас.
Не дав Гарету ответить на выпад напарника, Пейдж поспешила на выручку, продолжив опрос писателя, а я силой усадил Таррела обратно на диван, прошептав ему в ухо пару ласковых…
-Но откуда пригласительный у вас, - в лоб спросила она.
О’Брайан замялся, а я неслышно открыл дверь тумбочки, с ручки которой уже немного стерлась позолота, так часто ее открывали. Внутри, как ни странно, я увидел множество медицинских препаратов, в основном, психотропных, болеутоляющих и снотворное.
-Вам наверняка известно, - нерешительно начал Гарет, - о разоблачительной статье, что Хейли однажды написала обо мне. Это стоило для меня… многих нервных клеток, дыры в бюджете и анонимных угроз. Так вот, там рассказывалось о моих методах. Когда я писал свой первый роман, то, можно сказать, внедрился в среду главного героя. А мой персонаж был карточным мошенником. То есть, я реально испробовал на практике такие приемы, как теневая колода, меченые, изогнутые карты, ласточкин хвост, элементарный туз в рукаве и тому подобное. Но, скажу я вам, мне не слишком везло, я ничуть не пристрастился к азартным играм. Однако во время белой полосы, так сказать, мне вручили пригласительный, которым я так ни разу и не воспользовался, поскольку дописал свою книгу.