-Я больше не скажу ни слова без своего адвоката, - холодно произнес Таракан.
Пейдж закатила глаза и двинулась было к двери, но я жестом остановил ее.
-Послушай, Ривз, - проникновенно обратился я к мерзавцу, - ты ведь понимаешь, что никакой адвокат тебе не поможет, никто не вытащит тебя из дерьма, в которое ты сам вляпался и твой защитник лишь посоветует тебе заключить сделку и чистосердечно во всем признаться. Так давай же не будем тянуть кота за хвост, ты назовешь нам имена своих подельников и где вы держите Хейли, мы знаем, что она где-то в городе, вместе с этим человеком, - я показал Ривзу изображение второго подозреваемого с аэропорта, при виде которого его губы расплылись в улыбке, что, однако не имело смысла, - расскажи нам все и мы поговорим с прокурором о смягчении приговора.
Таракан сузил глаза и не прекращая ухмыляться, произнес, наслаждаясь каждым словом:
-Хейли-Джин Таннен – всего лишь мерзкая продажная газетчица. Она стребовала с моего шефа 20 000 долларов за неразглашение определенной информации. Да она настоящая шантажистка и нет ничего удивительного в том, что расплата в конце концов настигла ее! – преступник оскалился.
Я ощутил все нарастающий гнев. Ах ты кусок дерьма! Этот низкий, никчемный человек, сидевший где? В допросной полиции! Он не только не собирался говорить, так еще и поливал грязью девушку, которую мой друг собирался назвать своей женой, которая не единожды выручала нас и лично меня, помогла мне разрулить прошлогоднюю ситуацию с алмазом, чтобы я не предстал предателем и вором! Да я ему врежу сейчас хорошенько, и мы посмотрим, кто здесь… как он ее назвал?!
Я вдруг ощутил, как кто-то крепко сжимает мое запястье и понял, что уже занес эту руку для удара.
-Зак, пойдем, допрос окончен до прихода адвоката, - напряженным, словно натянутая струна, голосом произнесла Пейдж, не отпуская меня. Я разжал кулак и опустил руку. Напарница тихонько выдохнула. Бросив последний взгляд на преступника, напряженно наблюдавшего за мной, я выдернул руку из хватки девушки и вышел из допросной.
-Этот засранец попросту лжец и… и…, - у меня не хватало слов, чтобы выразить свое возмущение, а кулаки так и чесались выутюжить Таракану физиономию. Вот так всегда, только хочешь предстать в лучшем свете перед чужим отделом, как преступники словно назло нарываются!
-Зак, - осторожно вымолвила Пейдж, - а тебе не кажется, что в словах Ривза есть резон? Я имею ввиду… Да, он проклятый мерзавец, но обманщик ли? Ты вспомни, Хейли выплатила долг в 20 000 мистеру Уорду. Где же она взяла деньги? Может, Таракан говорит правду, в определенном смысле?
-Это только кажется, - процедил я сквозь зубы, - невозможно, чтобы Хейли так поступила. А этот гад вполне мог знать о суме и об оплате того долга. Это просто подстава!
-Сыщик, - девушка вдруг щелкнула меня по носу, - ты, конечно, отлично иногда проникаешь в глубь проблемы, но сейчас не видишь того, что лежит на самой поверхности! Ты выложил перед Ривзом все факты, упомянул Ларсона, среагировал на его оговорку – ему больше нет смысла врать и притворятся! А от подгадить заложнице, что наверняка его здорово достала за время своего заточения – запросто. Может, поэтому он нам и выложил ее маленький секрет. Ты подумай, а как только мы освободим Хейли, то все узнаем от нее лично.
Я открыл было рот, но понял, что возразить мне нечего.
-Может хватить чинно беседовать за чашечкой чая, а лучше пройдете в кабинет капитана послушать ваших друзей с Нью-Йорка? – к нам приблизился лейтенант и кивнул в сторону двери офиса Сальвадоре.
Ноутбук на рабочем столе шефини был повернут к нам экраном, на котором я не без удивления увидел Таррела. Смотрелся он немного лучше, чем вчера вечером и куда более решительным.
-Вы узнали у Ривза, где они держат Хейли? – внимательно оглядывая нас, спросил Майк, - он же у вас, так ведь? Что он сказал?
Пейдж открыла было рот, но я перебил ее, заставив проглотить собственные слова:
-Таракан молчит, словно воды в рот набрал. Когда мы сообщили, какие у нас имеются против него улики, он, - я метнул взгляд на напарницу, - только зарычал и потребовал адвоката.
-Его нужно было отпустить, он привел бы нас к Хейли, - в отчаянии, воскликнул Таррел.
-Я так не думаю, - вставила Пейдж, - он не столь глуп. Да и зачем нам его отпускать? У нас много чего есть против него, так что рано или поздно, он заговорит.
-А что если будет уже поздно? – с горечью произнес Майкл, - что, если он тянет время, пока работает его сообщник? Что, если он признается, когда будет уже поздно? Ему ведь не страшна камера предварительного заключения, если он в настоящей отсидел!
-Мистер Таррел, - отозвалась Сальвадоре, - не волнуйтесь, наши люди не бездействуют, мы работаем не только с Ривзом, а и над другими зацепками.
-Да? И это над какими же? Фотографией сообщника, что увел мою невесту прямо у вас из-под носа?! Отлично, уж он-то точно знает, что делает! И теперь, когда его подельник у вас, не сунет и носа куда бы то ни было!
-Патрульные опрашивают людей просматривают видео с камер наблюдения, и я тебе обещаю, - с уверенностью произнес я, - этот тип не проскользнет незамеченным, он не покинет город без нашего ведома.
Я говорил убедительно, смотря прямо на друга, хотя в мыслях то и дело проскальзывали сомнения. Слишком многое полагается на удачу или добропорядочных граждан, коих в таком городе, как Майкетия можно пересчитать по пальцах (особенно учитывая соседство с преступным центром мира – Каракасом и обычный наплыв туристов), да и те окажутся полицейскими, слишком много «если».
Вдруг позади Таррела я увидел Купера. Майк проследил за моим взглядом, обернулся и устало сказал:
-Надеюсь, у тебя хорошие новости, ибо плохими я уже сыт по горло. Может, вы наконец узнали, кто этот проклятый Смит? Он в Майкетие? Я лично его задушу.
-Нет, - сокрушенно покачал головой Йоан и кивнул нам, - здравствуйте, детективы. О Смите нет вестей, да и откуда бы им взяться, если он так ловко заметает следы. Но у меня есть другая зацепка по делу, вам понравится. Мы проверили финансовое положение Малколма Ривза и заметили одну странность. Почти сразу после досрочного освобождения на его счет поступило 15 000 долларов. Немаленькая сума для бывшего заключенного. Отправителя нам отследить не удалось. Но на следующий день после получения денег, половина из них была переведена на счет Пресвитерианской больницы Нью-Йорка. Так вот, меня заинтересовал этот феномен, тем более, что у Таракана родственников нет никаких, тем более нездоровых, и я решил проверить, что же это все значит. Я отправил в больницу пару своих офицеров, чтобы они поспрашивали персонал, на знает ли кто о Ривзе. И в ходе опроса удалось выяснить даже больше, чем мы рассчитывали. Одна медсестра узнала человека на фотографии, вот только это был не Малколм, а наш второй подозреваемый.
Майкл резко обернулся к Куперу и даже я подался вперед к экрану, хоть это было и бессмысленно. Сержант же продолжил:
-Она назвала мужчину Рональдом Хартом, говорила, что он старый друг пациентки – Джейн Лу с шизофренией. Часто ее навещает. И, кстати, передает ей привет от некоего Малколма. Что вы на это скажете? В общем, последний раз подозреваемый приходил к девушке три дня назад и сообщил, что ненадолго улетает, а также упомянул, что Джейн знает, как с ним связаться в случае необходимости.
-Номер, - хрипло проговорил Таррел, - у тебя есть его номер?
Купер замялся.
-Как сказать… Нам не удастся поговорить с пациенткой до завтрашнего дня, так как она на дополнительном обследовании в больнице Маклина, в Бельмонте. К тому же, вы же понимаете, что беседу придется провести неофициально, показание шизофренички вряд ли сочтут убедительными в суде.
-О, насчет этого не переживай, - нетерпеливо отозвался я, - главное, что победа уже близко и совсем скоро преступники будут в наших руках, - я обернулся к напарнице. Она одобрительно кивала.