- Вставай.
Тело повиновалось быстрее, чем разум успел послать неизвестного командира по самой нахоженной из всех дорог. Послать вслух тоже не получилось, хотя Лерка честно старалась - речевой аппарат ей больше не принадлежал, как, похоже, и все остальное.
Прав был призрак папаши, имевший привычку являться ведьме в самое неподходящее время и читать нотации: неважно, говно жизнь или радуга, в итоге все равно подыхаешь как собака. И еще повезет, если окончательно.
- Упырица, - негромко просветил оглоед. - Вот кто ты теперь. Краткий инструктаж: веди себя прилично, не верещи и не пытайся напасть - не получится, зато наживешь неприятности. По некоторым причинам я оставил тебе разум, но могу забрать его обратно, если ты начнешь меня раздражать. А мое терпение далеко не безгранично. Теперь можешь говорить.
- Ты ебанат? - немедленно воспользовалась разрешением ведьма. - Все-все, не колдуй, уже фильтрую базар! Я хотела сказать, что согласно наглюченному предсказанию, меня, конечно, могли убить, но того гада я должна была хотя бы знать, а тебя впервые вижу! Вот скажи: нахрена?..
- Вы совершенно не умеете предсказывать. - Хейдан рассеянно взглянул на узкую полоску рассвета за окном. Солнце, божество керакера-онн. Осталась ли в упырице крошечная искорка огня, который Мэй подарила людям, или теперь это просто бродячий труп и он зря старался? Не перетрудился, конечно, но очень уж не любил некромант бесполезных действий. - Не тот, кто полюбит, а тот, кто примет за возлюбленную. Проще говоря, твои способности к сводничеству показались мне подозрительными и на некоторое время я принял тебя за другую женщину… А потом ты подвернулась мне под руку, заодно и допросил. Убедился, что ты - человек.
Лерка потрясла головой. Сознание разрывалось: одна его часть спокойно, но непреклонно отвергала все мысли о побеге и неповиновении, вторая же крыла первую нецензурными объектами и требовала прекратить саботаж. Первая была сильнее, вторая приставучее.
“Он - главный”
“Хрен с горы!”
“Хозяин оставил мне разум, я должна быть благодарна ему”
“А какого черта вообще отбирал?! Да ты его послушай, он же в край невменозный! Не во всяком дурдоме такого откопаешь!”
“Это уже неважно”.
Восходящее солнце смутно, инстинктивно беспокоило: отчаянно, до боли, до едва сдерживаемого скулежа хотелось забиться в темный угол, свернуться и задрыхнуть. В природе этого ощущения сомневаться не приходилось.
Чтоб ты сдох, стафилококк геномодифицированный!
Впрочем, судя по цвету лица и пустому, ни на чем не фиксирующемуся взгляду - ласты поганец уже склеил. Чего ж тебе, падла, в могиле-то не лежалось - соседи шумные попались или у ворот ада на фэйсконтроле завернули?
- То есть, ты меня замочил только за то, что я тебе кого-то напомнила? - тоскливо уточнила Лерка. Что жизнь, что смерть, все через жопу! Даже как-то неудивительно, честно говоря. - Не, я б еще поняла, если бы я тебе почту спамом засыпала, зашипперила нечаянно или ногу в метро отдавила, но поэтому?..
- Нет. Поэтому я заставлю тебя жить.
- Мужик, а ты лечиться не пробовал?
Дальнейший разговор не имел смысла: колдунья не знала ничего занимательного, а заниматься ее адаптацией лично не было необходимости. Подручные прекрасно справятся, а пока и так посидит, осмыслит свое положение. Хейдан еще раз взглянул на злобно щерящуюся упыриными клыками добычу и вышел из комнаты, мимоходом заколдовав дверь, и, на всякий случай, окно. Солнце ей не навредит, все-таки не самоподнявшаяся мелочь а работа профессионала, но в темноте нежити спокойнее думается.
Со своим печальным положением ведьма смирилась через несколько дней, когда даже до нее дошло, что явись она к своим родственникам прямо сейчас, ее единственным желанием будет их сожрать. Без поддерживающего разум хозяина звериная сущность легко возьмет верх и всем людским закидонам в духе “дура я, что ли, человека жрать? А вдруг он заразный?!” придет конец.
Осознав, Лерка поникла духом, прекратила шипеть, ругаться и пытаться порвать связывающий ее с некромантом ментальный поводок. Хейдан же убедился, что существо с таким низким уровнем умственного развития может успешно пакостить даже не желая этого, более того, будучи абсолютно послушным.
Отправленная помогать ученикам придворного мага, в качестве наказания за безалаберность выполняющим черную работу, ведьма умудрилась сшипперить надзирателя с котлом. Зашипперенный объявил котел своей невестой а кухню - их завоеванным королевством, и три часа не пускал туда никого кроме своей собаки. Вслух Лерка утверждала, что “не хотела и случайно”, однако ее мысли говорили об обратном: поганка умудрилась сговориться с неофитами. Не получившие посвящения не имели навыков быстрого обучения языкам, Леркин талисман переводил только с одного, однако обе стороны желали пообщаться и умудрились преодолеть языковой барьер при помощи жестов и корявых рисунков.
Посланная извести расплодившихся во внутреннем дворе гигантских муравьев, ведьма умудрилась перепутать флаконы и опрыскать муравейники неизвестно где взятым эликсиром бессмертия, после которого муравьи не тонули в воде, не горели в огне, чихать хотели на магию и плевать на химикаты. А кроме того, начали стремительно размножаться. Переезжать Темному Властелину приходилось и раньше, но по такому дурацкому поводу - ни разу!
Помимо прочего идиотка пыталась научиться колдовать без палочки, не понимая, что попросту не заточена под это дело. Помогающие ей любознательные неофиты этого тоже не знали, а будучи застуканными за запрещенным обучением, от большого ума вылили украденные реактивы в туалет. Башню отстроили быстро.
Не сносить бы свежеподнятой упырице ее дурной головы, кабы некромант не был занят исследованиями на Земле. Второй Верховный же отличался если не милосердием, то любопытством: лишаться источника знаний о другом мире не хотел, оттого заменил жестокое наказание для подрывников бытовыми работами по покраске стен и уборке строительного мусора. И даже начаровал Лерке способность общаться на местном языке, решив, что наблюдать за социализацией иномирки в обществе будет занимательно.
В данный момент наблюдать было особо не за чем - тащащие по лестнице мешок с мусором неофиты интереса не представляли.
- А если левитировать? - спросила Лерка, вытряхивая из волос пыль, побелку и куски штукатурки. - Вы ж умеете.
- Умеем, - подтвердил юный подрывник в зеленой мантии младшего ученика, - но если отвлечемся и уроним…
Лерка и второй подрывник задумчиво посмотрели на шустро снующих внизу строителей. Что-то подсказывало, что против мешка кирпичей каска - плохая защита.
- Пустят на корм упырям, - озвучил коллективную теорию Айне, неофит кафедры некромантии, второй курс.
Маги обменялись парой-тройкой ругательств в адрес начальства и продолжили влачить свою жизнь сквозь суровые трудовые будни.
…Чем-то эти самые будни даже радовали - по крайней мере, у ведьмы было занятие помимо размышлений о произошедшем с ней. Оглоед не показывался на глаза с момента, когда спихнул ведьму в подчинение придворному магу а его обещание отпустить казалось изощренным издевательством. Впрочем, если выбирать из двух зол, то лучше уж второй Верховный: этот хоть взглядом не морозит, чужими глазами не смотрит и не лезет в мозг -проверять, где ты и чем занимаешься во внеслужебное время. Сделал дело - вали смело.
“Или он знает, что я ничего не натворю… Ну, нарочно не натворю, а не из-за криворукости”.
“Он меня сломал. И для этого ему пришлось только пальцами щелкнуть”.
Лерка злобно взглянула на тарелку с сырой печенкой. Печенка не впечатлилась.
Внутри клокотало что-то голодное, яростное, требующее сожрать и не морочиться - к черту условности. Но ведьма уже успела понять, чем грозят уступки упыриной сущности и потому непреклонно потянулась за вилкой, заодно помянув оглоеда нехорошим словом. Не мог просто убить и оставить как есть! И ведь не денешься никуда: алкоголь не действует, никотин не действует, асфальт тоже… Сбежать физически тоже не получится, ментальный поводок, будь он проклят, не отпустит.