Кунцит Сайто закрыл глаза. Казалось, черты его лица заострились под тяжестью бесконечной усталости. Страдание вдруг охватило декана, а уголки губ скорбно дёрнулись вниз, искривив рот.

— Помогите мне, Минако, — прошелестел его голос. — Я умоляю, помогите мне! Я никогда ничего ни у кого не просил… Но сейчас… Я прошу вас… Вы — моя последняя надежда на возможность стать Ятену, пусть и не отцом, но хотя бы человеком, которого он не презирает…

Льдистые глаза распахнулись и лихорадочно уставились на меня. Страх из них так и не ушёл. Кунцит задыхался, будто каждое слово давалось ему с трудом. Моё сердце сжалось. Вместо ответа я встала. Он проводил меня до двери. В голове было пусто, а слова не шли с языка.

— Минако? — декан взял меня за руки, прежде чем я успела выйти из аудитории. — Мне нужно знать… Вы мне поможете?

Я вздохнула.

— Я попытаюсь поговорить с ним… Но ничего не обещаю!

Лицо декана просияло. В один миг он преобразился и, казалось, помолодел, превратившись в мальчишку, получившего заветный подарок на день рождения.

— Этого более чем достаточно, Минако! Я даже не надеялся и на большее… — улыбнулся он и отпустил меня.

Однако не успела за мной закрыться дверь, как до меня донеслись возбуждённые голоса моих подруг.

— Ты не должна так говорить об Усаги! — возмущённо воскликнула Мако, угрожающе сжимая руки в кулаки. Её челюсти были сжаты, а зелёные глаза метали молнии. В глазах же стоящей напротив неё Рей полыхал настоящий огонь, однако девушка прилагала немало усилий, чтобы поза в которой она стояла, казалась расслабленной и небрежной. Ами была единственной, кто не принимал участия в перепалке. Она лишь обеспокоенно смотрела на обеих подруг, нервно перебирая складки своего темно-синего шёлкового платья.

— А что это я собственно такого сказала?! — кипятилась Рей. — Разве это не правда? Усаги совсем уже от рук отбилась! Мне Тайки написал, что они с Сейей вчера нажрались до состояния зомби. И это накануне важного экзамена! Я вообще не удивлюсь, если её отчислят без пересдачи. И поделом!

— Вот поэтому нам, как подругам, нужно поговорить с ней! — не сдавалась Мако.

Рей закатила глаза.

— Поговорить?! Да сколько можно уже говорить-то?! Она большая девочка и должна понимать последствия своих действий! Держу пари, что всё кончится как всегда! Усаги разревётся, попросит меня и тебя вступиться за неё перед преподавателями, а Ами в очередной раз впряжётся сделать за неё все работы и подготовить к экзамену!

— Пусть даже так! Это называется взаимопомощь и дружба!

— Это называется тянуть на поверхность балласт, которому самое место на дне! А лично я не собираюсь больше тратить своё время на Усаги Цукино!

— Это потому что у тебя один конкурс на уме! — обрушилась Мако.

— А что в этом плохого, Мако? — голос Рей был совершенно спокойным, как будто на неё неожиданно навалилось ощущение холодной пустоты. — Да, блять, я хочу стать мисс Джубан и не собираюсь жертвовать своими целями и амбициями ради этой дуры!

Мако двинулась на Рей, но Ами тут же встала между ними.

— Ради этой дуры?! Да как у тебя язык только повернулся такое сказать про подругу?! — закричала Мако.

— Потому что я реалист! А ты по ходу только одна и веришь в сентиментальные розовые сопли! Уже давно бы занялась личной жизнью. А не сравнивала всех красивых мужиков с мифическим парнем разбившего тебе сердце, которого в глаза никто не видел!

— Что?! — зелёные глаза Мако потрясённо расширились. — Не смей так говорить! Не смей! Не смей!

Она отчаянно трясла головой, и хрупкой Ами приходилось несладко, сдерживая напор великанши.

— Не смей! Не смей! — передразнила Рей Мако. — Наша дружба один сплошной фарс, да и только! Мы давно выросли, Мако, и все эти избитые лозунги типа «один за всех и все за одного» уже порядком поднадоели!

— Ах ты неблагодарная стерва! Наша дружба фарс?! Да это единственное, что у нас есть! Единственное, ради чего стоит бороться! — громыхала моя подруга.

— Говори за себя, Мако. Лично я уже все тебе сказала, что хотела, — уже мягче отозвалась Рей.

С этими словами она развернулась и зашагала прочь в сторону лестницы.

Как только Рей скрылась из виду, великанша сразу как-то приуныла и стала напоминать шарик, из которого выпустили весь воздух. Она осела в руках Ами, положила ей голову на плечо и отчаянно разрыдалась.

— Что же это? Зачем она так, Ами? У-у-у… — хныкала Мако, дрожа всем телом, стискивая подругу в своих железных объятиях.

Я хотела было подойти к ним, но заметив меня, Ами покачала головой.

— Я сама, — прошептали её губы, и мне ничего не оставалось, как последовать примеру Рей и оставить их вдвоём.

На лестнице я встретила Хотару. Её бледное, заострённое к подбородку личико казалось полупрозрачным в неярком освещении ламп. Заметив меня, она тут же расцвела улыбкой.

— Мина, может быть, мы поужинаем вместе? — спросила она с надеждой в голосе. — Сегодня папа приготовит свинину в кисло-сладком соусе…

— Прости, но я пообещала уже Ятену. У нас вроде как свидание…

Темные глаза Хотару удивленно расширились.

— О, так у вас все серьёзно?

— Вроде бы… Но я не уверена пока… Всё закрутилось так быстро… — вздохнула я. — Пока мы живём в одной комнате и я…

— Что?! — воскликнула Хотару. — Ты и Ятен Коу живете вместе и ты молчала?!

Я зажала рукой ей рот.

— Прошу тебя, тише! — зашипела я, оглядываясь по сторонам. — Если фанаты об этом узнают, мне придётся несладко. Это всего лишь на время, пока опасность не минует. Видишь ли, на меня кто-то напал в лесу, в тот момент, когда мы с тобой разговаривали по телефону…

Я убрала руку, и мы медленно пошли к выходу из здания, склонив головы. Во всех подробностях и красках я описала своей подруге, как произошло нападение.

— Я думаю, Ятен прав и тебе действительно грозит опасность, — заключила Хотару. — Как ты думаешь… кто это был?

— Я не знаю. В темноте не разглядела…

— Думаешь, нападение могла совершить та рыжеволосая женщина с медальона? Оливия Какю?

Я покачала головой.

— Оливия — мать Ятена и она мертва. Так что в этом случае мог быть кто угодно, только не она.

Пухлые губы Хотару растянулись в улыбке.

— А вот тут ты ошибаешься, Шерлок! Ведь тело Оливии так и не нашли!

От потрясения я замерла на месте.

— Не может быть! Ятен сказал, что она вскрыла себе вены!

— Всё верно, — кивнула Хотару, тряхнув своими чёрными блестящими волосами. — Этим пестрили заголовки прессы, что девушка, купившая билет на круизный лайнер, порезала себя. Однако в официальном полицейском отчёте, который достала для меня знакомая из отдела убийств, Оливия Какю числится пропавшей без вести.

— Как такое возможно? — нахмурилась я.