- Да, мы уже допросили рядового, но он не смог рассказать что-то вразумительное.
Я неуверенно кивнул. Интересно, они действительно не добились от Еремеева полезной информации или это очередная ложь, чтобы усыпить мою бдительность? Помнится, именно стажёр выбивал в комнату дознания дверь, освобождая меня от наручников и самое поганое видел, как я прикладывал к сержанту руки. Мда... и как же он описал всё это?
- Что было дальше?
Я тяжело вздохнул. Мысль рассказать Спесивцеву чистую правду издевательски мелькнула в голове. Интересно ФСБешник отправит меня на освидетельствование в психушку после упоминания про инфернала, вселившегося в тело человека или на момент, когда мне пришлось с помощью Яра закрывать портал в лимб. Не удивляйтесь, что я так скептически общаюсь с представителями власти. Мне слишком часто приходится иметь дело с более могущественными существами.
- Если честно я и сам не понял, что произошло. Когда рядовой ушёл, сержант закрыл дверь, стал кричать на меня, угрожать.
- Это он нанёс вам раны? - Спесивцев ожил, пригляделся к ссадинам на лице. Хитрый ход, скажу: да, и он тут же поймает меня на лжи. Хоть раны и были получены тем же вечером, но наряд ППС составлял акт сдачи меня в участок и все дефекты моей внешности на тот момент были бережно зафиксированы в протоколе.
- Нет. - Уверенно ответил я, закатив глаза, морщил лоб, создавая видимость тяжелой мозговой работы. - В Филёвском парке что-то произошло...
Я совершенно растерялся, не знал, о чём врать.
- Что произошло? - Спесивцев хитро прищурился, оживился. Ну да, так я и сказал правду! Придумывать и расписывать нудную легенду не хотелось, а мой внешний вид говорил не двусмысленно.
- В парке на меня напали, я помню, что сидел на скамейке, кто-то ударил меня сзади, повалил на землю. Я не успел заметить, кто это был, но, по-моему, их было двое.
Первое, что пришло на ум. Ничего не знаю, ничего не видел, а даже если я там и был, то я спал. Старая сицилийская присказка пришлась как нельзя кстати. Я, конечно, мог бы то же самое рассказать и об инциденте в комнате дознания, но как ни крути там были свидетели.
- Значит, не сможете описать нападавших? - Грустно осунулся ФСБешник, я помотал головой. - Ну, хорошо, что было в участке потом?
- Если честно, я так и не понял, что от меня хотел тот сержант, кричал всё про какого-то душегуба из парка, может, хотел выбить чистосердечное, но я же обычный, законопослушный гражданин, просто оказался не в то время, не в том месте.
Я не давил на жалость, но от слишком неприятной аналогии с прошедшим сном, невольно передёрнуло. Если бы сейчас из какой-нибудь стены вылез очередной инфернал, я бы точно наложил в штаны, конечно же, от удивления. Спесивцев понимающе закивал, нахмурился:
- Что было потом?
- А потом он что-то сунул себе в рот и стал задыхаться. - Я глупо пожал плечами. Ну, действительно, не рассказывать же ему всю правду.
- И? - Федерал ожидал услышать продолжение, важные детали, но мне нечего было добавить. Осколок наверняка уже в какой-нибудь лаборатории, под надёжной охраной. Его обязательно приобщат к делу, и про блестяшку можно будет забыть навсегда. С трудом, но я смог отнять его у инферналов, тягаться с людьми, особенно когда у них столько огнестрельного оружия, мне уже не по зубам.
- И всё. Я не успел разглядеть, что он проглотил, позвал на помощь, прибежал рядовой и выломил дверь. - Решил добавить после паузы, выдавил невнятную улыбку. - Сознание потерял наверное от истощения. Слишком много произошло за один вечер...
- Да уж, это точно. - Раздраженно хмыкнул Спесивцев, он услышал далеко не то, что хотел. - Еремеев дал показания, что как только он ворвался в комнату дознания, вы потребовали, чтобы он освободил вас от наручников, когда он сделал это, вы зачем то приложили к сержанту Николаеву руки. Зачем?
- Я попытался ему помочь. - Ответил не думая, здесь врать не было нужды, да и алиби железное, именно я отправил рядового вызывать скорую. - Я надеялся, что сумею выдавить эту вещь из его трахеи и спасти сержанту жизнь.
- Эту вещь? - ФСБешник не преминул уцепиться за слова. - Какую вещь?
- Я не знаю, ту, которую он проглотил. - Я издевательски улыбнулся. Отвлёкся на приближающиеся шаги, донесшиеся из коридора голос Борисыча. Он назвал номер моей палаты.
- Ну ладно, мой помощник уже здесь, повторите ему всё, что рассказали мне. Завтра утром вам придётся снова посетить полицейский участок, будем проводить следственные действия.
ФСБешник сверился с часами и вежливо улыбнувшись, вышел в коридор. Вот уже действительно чего не хватало так это пресловутых следственных действий, а я ведь ещё не придумал, как мастерски соврать куче прожженных следаков. Надеюсь, хоть Еремеева приведут, перстень Яра всё ещё должен быть у этого засранца. Яр. Сейчас мне действительно не хватало его совета. В палату вошёл уставший мужчина в потёртых джинсах, с черной кожаной папкой в руках. Замерев у порога, смерил меня скептическим не предвещающем ничего хорошего взглядом.
- Доброе утро. - Буркнул он, достал удостоверение, заговорил скучающе смотря в пространство перед собой. - Я капитан Хмельницкий, мне поручено расследовать инцидент, произошедший сегодня ночью в полицейском участке на Сафроновской улице. Вы в курсе, что один из полицейских, что допрашивал вас, умер?
- Да. - Мой голос неожиданно сел. - Он чем-то поперхнулся...
- Поперхнулся? - Капитан изогнул бровь, открыл папку с делом. - Смерть наступила в результате асфиксии, верно. Вы знаете, что это было?
- В каком смысле? - В голову пришла только одна мысль, от неё похолодела в жилах кровь. Я напрягся, вспоминая Яра, как же не хотелось выкапывать труп сержанта.
- Вскрытие не нашло никаких посторонних предметов в трахее погибшего. - Хмельницкий с шумом закрыл папку, облокотился ею о поручень кровати, его взгляд навис надо мной тенью неприятной беседы. - Вы должны рассказать мне, что произошло в ту ночь в участке, всё до мельчайших подробностей.
- Я уже рассказал всё вашему напарнику. - Я пожал плечами, кивнул в сторону коридора. Ну, нет, я тут что, птица-говорун что ли!? Хотя умом и сообразительностью отличался. Хмельницкий проследил мой взгляд, за приоткрытой дверью действительно было какое-то движение, люди в штатском незаметно обступали мою палату. Вот тебе и просто свидетель...
- К сожалению, придется повторить и мне. - Капитан достал диктофон, поставил на тумбочку рядом с кроватью. Я тяжело вздохнул: как же меня угораздило вляпаться в эту историю? Яр, твою мать, куролесим оба, а отвечаю на неудобные вопросы потом только я!
Продолжение... будет)