У подъезда стояли трое, переговариваясь знаками. Рядом, покачивая коляску со скрюченным ребенком, молодая мама печально смотрела куда-то вдаль. И что-то непрерывно шептала.
Не понял! Всемирный съезд инвалидов? Пиликнул забытый за месяц телефон, ненужный на вахте. Нажав кнопку приема, услышал непривычно сочный голос Кузьмы, такой, какой был в молодости.
– С приехалом тебя!
– Ты откуда знаешь? – поразился я.
– Откуда то знаю – Кузьма хмыкнул – я теперь чего захочу, то и знаю!
– Это как?
– Поймешь со временем.
– С каким временем?
– Базаришь много – недовольно сказал он – Сиди дома, никуда не выходи, сейчас приеду! И отключился, сволочь!
Ни хрена себе заява! Снова пиликнул телефон, не дав толком возмутится. Алексей? Точно, он.
– Привет, Леха!
– Будь дома – коротко попросил-приказал друг и тоже отключился.
Не, ну не ХРЕНА СЕБЕ!!! Это что же такое творится?
В подъезде, прямо на полу спал какой-то изнеможённый бомж, подложив под голову сумку. Бог с ним.
Пока подымался по лестнице, пытался понять, что бы это значило.
Только протянул руку к звонку, как дверь распахнулась.
Молодая женщина необычно звонким голосом жены проговорила, даже не пытаясь скрыть раздражение – Долго будешь по лестнице тащиться? Заходи быстро!
Я нырнул в распахнутую дверь. Вся прихожая была завалена какими-то мешками, тюками, свертками и ведрами.
– Откуда ты узнала, что это я?
– После твоей радуги, дорогой, я могу очень четко определить своих родных и знакомых, кто, где и с кем! На любом расстоянии!
Так что попробуешь загулять… Супруга с грозным видом показала мне маленький кулачок.
Я закашлялся.
– Ой, можно подумать, я загуливал!
– Я не буду думать, я буду знать, понял?
– Это что, федеральный резерв? – я постарался перевести скользкий
разговор, показав на мешки в прихожей.
Супруга, помолодевшая лет на тридцать, усмехнулась – Это благодарность твоих деревенских земляков, которые в радугу прошли. Вернее, то что осталось, большую часть я раздала соседям.
Теперь понятно. Что может дать северная деревня?
Картошку, морковку, лук, чеснок. Все остальное только в теплице.
Вот люди и принесли что могли. С деньгами в деревне туго.
– Давай, раздевайся и иди, ешь, скоро поедем.
– Куда?
Ответить супруга не успела, так как в прихожую ворвался младший Алешка и с криком "Папка приехал" – воткнулся твердой головенкой мне в живот. Следом показались дочери.
Пока я пытался затолкать обратно выбитый ударом воздух, шестилетнее чудо затараторило, хвастаясь своими успехами.
– Я книжку про Мальчиша прочитал, знаешь какой он был!
Я поднял его на руки и гордость взяла за сына, шесть лет, а весит на все десять…
– Мама тебе прочитала, наверно?
– Я сам прочитал – упрямо сказал сын – Мама мне только буквы объяснила!
Я перевел взгляд на жену.
– Точно так! – по-военному коротко сказала она – Через неделю после острова читать стал!
– Ай, молодца у меня сын! Я потрепал русые волосы Алешки.
Радуга, значит и на развитие детей влияет!
–Привет, пап! Степенно и важно поздоровалась старшая из дочерей.
Алина уже вытянулась ростом с маму, унаследовав её густые волосы и отличную фигурку. Младшая, моя любимица, молча обхватила меня и подозрительно шмыгнула носом.
– Ты чего, Таюля? Тая молча спрятала лицо у меня на груди.
– Тай! Носик-курносик! Что случилось?
Дочь подняла огромные глазищи, набухшие слезами.
– Ты почему так долго не был?
– Так я на работе был, денежку зарабатывал, что ни будь вкусненькое вам купить!
– Больше не ходи на свою работу.
–Почему?
– У нас теперь много денег, на все хватит! И заметив мой недоверчивый взгляд, показала на жену – Можешь у мамы спросить!
Спросить я не успел.
– Ну ка, дайте папе раздеться – заворчала она.
– А что за… – Иди, ешь – оборвала она меня – Наспрашиваешься еще.
Узнаю свою милую. Все-таки красивая у меня жена. А это значит, что у меня – хороший вкус. На женщин.
Обед состоял из ухи и жареной картошки на второе. Что меня поразило, уха оказалась из семги! Нет, я её конечно и раньше ел, ну раз десять за свои пятьдесят лет с хвостиком. Примерно раз в пять лет – прикинул я в уме.
– Откуда такая роскошь? – спросил я, работая ложкой. Вкуснотища! Почти как у Кузьмы уха.
– Дед Николай принес, сказал, что еще принесет, как эту съедим.
– Так он ходит?
– Он бегает – засмеялась супруга – Так же шустро, как наш Алешка!– И велел передать тебе лично – поклон!
– Уже передали – сказал я, вспомнив бабу Галю.
– А – понимающе кивнула супруга – бабу Галю теперь не узнать!
– Что так?
– Ей на вид больше сорока пяти никак не дать. Помолодела!! Все теперь за дедом своим гоняется, этот старый хрыч по бабам пошел, представляешь?
– Да ты что??
–Еще как что! Светка Кузьмина говорит, что бабы аж светятся от счастья, ну, кого он сумел на сеновал затащить – Супруга хихикнула.
– Ну не хрена себе – вырвалось у меня – Вот же… герой-разведчик!
– Слушай, на улице погода, можно сказать, эксклюзивная для наших мест, а ты и дети дома, почему?
– Жена насупилась – После радуги мы еще дня три спокойно гуляли, потом люди пошли потоком, видно, деревенские проболтались про радугу, да дети похвастались, как их папа из земли радугу достал, которая от всего лечит и пожалуйста – выпустить детей невозможно, через полчаса прибегают, с полными карманами. Спрашиваю, откуда все, а наши дети в ответ – Люди подходят и просят их, что бы он попросили папу их вылечить, ну и карманы им набивают, даже возражений не слушают!
– Ну раздали бы конфеты, вот проблема!
– Какие конфеты? Деньги суют, и не полтинники и сотни, а крупные бумажки, меньше полутысячи и не было! Пока тебя месяц не было, четыреста с лишним тысяч принесли. Я в первый раз повела их с деньгами, обратно вернуть, так люди мало того, что наотрез отказались обратно брать, так еще и мне чуть ли не за пазуху денег насовали!
И ничего не слушают, только просят – помогите пожалуйста! А деньги говорят, ну что деньги? Будет здоровье, будут и деньги!
Теперь в магазин сходить соседей прошу, самой и выйти неудобно!
Вот теперь народ собрался и ждет когда ты появишься. Я сразу сказала, что ты не раньше десятого приедешь, чего зря стоять, а люди все равно дежурят, боятся тебя пропустить. Уже недели полторы…
Хорошо еще ты на день раньше приехал, а то бы и до квартиры не дошел!
– А где Андрейка – вспомнил я старшего сына, упрямого как Кузьма.
– Тот у Кузьмы в деревне спрятался, там хоть на улицу выйти можно.
Супруга опять хихикнула – Там двое каких-то приезжих ухарей побить его хотели, да Кузьма это увидел – чуть в землю их не втоптал.
Хорошо еще баба Галя оттащила, теперь в травме лежат. Говорят, следователь приходил, пытал, кто их избил, так мужики их предупредили – как что-то вякнут, сразу в морг переедут! Молчат!
Звякнул дверной звонок.
– Алексей с Кузьмой пришел – уверенно сказала жена – Сиди, я открою.
Откуда, черт возьми, она узнала, кто звонит?
Кухня сразу стала тесной, когда в неё втиснулись. Два медведя.
Кузьма стукнул о стол бутылкой – Карина, дай стопки, что ли!
– Ого – оценил я бутылку – Армянский, я его с армии не пробовал.
Откуда?
– Оттуда – Кузьма довольно усмехнулся – У меня ящик лежит, и у Лехи ящик!
– ???
– И тебе ящик отложен, не переживай!
– Идите в большую комнату – вмешалась супруга – На кухне не поместитесь, я вам пока лимончика нарежу.
– Не надо нам лимончика – скривился Кузьма – Пусть им московские интеллигенты закусывают, мы лучше по-нашему – Юрка развернул солидных размеров сверток, где оказались две здоровенных стерляди.
– Во!
– Сам поймал?
– Сам коптил! А передал её Дед Николай, для тебя, рожа, цени!
– Карина, будешь? – показал я на бутылку.