Нейл поднял руку, издал сдавленное восклицание и повернулся к подружке спиной, зажав голову между локтями, будто хотел от кого-то спрятаться. Кассандра растерянно умолкла. Сначала «Мелвин», теперь «госпожа Делани»… Она бросила тревожный взгляд на приоткрытую дверь библиотеки. Потом — на спину Нейла, обтянутую почему-то мокрой рубашкой. Коснулась плеча друга, горячего, как кипяток, и, наконец, поняла. Вот почему он исчез! Он болен, ему совсем плохо, у него бред и жар!.. И никому в целом доме нет до этого дела?
— Нейл, — прошептала она, прижимаясь к другу и просительно теребя его за руку, — Нейл, ты потерпи, ладно? Я сейчас придумаю что-нибудь. Хочешь, я принесу тебе воды? Ты ведь просил — хочешь? Я мигом!
Он что-то невнятно промычал. Кассандра шмыгнула носом. Что она могла придумать — сейчас и здесь? Где бы она нашла воду в чужом, темном доме, куда явилась непрошеной и незваной? И что теперь делать? Нельзя же просто уйти и оставить его здесь — вот такого! Разве для того она его искала?
— …третий элемент таблицы… — донеслось до ее ушей, и девушка с протяжным стоном ткнулась лбом в плечо товарища. Он этого даже не почувствовал. Он, кажется, уже вовсе ничего не чувствовал, знай себе бормотал в подушку все ту же тарабарщину да мелко дрожал от озноба. Что же делать, что же делать? Позвать эту Делани? Остаться с Нейлом? Надо же хоть что-то… Кассандра, почувствовав нарастающее головокружение, безвольно вытянулась на диване рядом с другом.
— Нейл! — жалобно позвала она в последний раз, утыкаясь носом куда-то ему в лопатку. Он не ответил, и Кассандра прижалась к нему еще теснее: Нейл был горячий, а ей вдруг стало холодно. Пальцы, сжимавшие сухое запястье мага, медленно разжались, по телу разлилась странная, тягучая слабость, веки начали тяжелеть. «Я тоже заболела? — подумала Кассандра, закрывая глаза и прислушиваясь с глухим ударам собственного сердца — еще недавно оно колотилось так быстро, а теперь, кажется, вот-вот остановится. — Я сейчас засну… Но ведь нельзя! Надо идти, позвать кого-нибудь!» Она зевнула. Попыталась разлепить тяжелые, будто смерзшиеся ресницы, но поняла, что не может. Да и не хочет. В голове приятно шумело, где-то совсем близко слышался голос Нейла, перед глазами все плыло и покачивалось. Еще бы не было так холодно! Почему тут так холодно? Наверное, одеяло сползло на пол…
— Няня, — с трудом шевельнув непослушными губами, позвала она, — няня, подними одеяло, я совсем замерзла!
Никто не отозвался. Девушка, дрожа, опустила вниз руку и провела пальцами по полу. Где одеяло? Рука, такая же вялая и непослушная, как губы, ткнулась во что-то твердое. Это что-то скрипнуло. Потом звякнуло. Потом, кажется, куда-то упало.
И растворилось в холодной темноте, плотно окутавшей уже безучастную ко всему Кассандру.
Глава XVIV
Тесса Делани подняла голову от раскрытой книги. Прислушалась — показалось? Или снизу в самом деле донесся какой-то звук, похожий на звон посуды? Но кухня слишком далеко, да и прислуги в доме нет. А поднос из библиотеки она унесла своими руками. Разве что…
— Кофе, — поняла воспитательница. — На столике!
Она заложила страницу чистой салфеткой и поднялась. Не стоило оставлять чашку у дивана, наверняка сын герцога эль Хаарта смахнул ее на пол во сне. И если она разбилась — а по звуку очень на то похоже — лучше будет сразу убрать осколки, чтобы утром никто не поранился. «Хорошо, что ковра в библиотеке нет, — подумала госпожа Делани. — Пятно от кофе так просто не выведешь» Она положила книгу на стол к остальным, чуть прикрутила фитиль лампы и, удостоверившись, что маленький Мелвин безмятежно спит, вышла из детской. Свечу зажигать не стала: за эти несколько недель, что она жила у эль Хаартов, Тесса стараниями своего подопечного успела изучить каждый коридор, каждую нишу в стене, каждую комнату — Мелвин обожал игру в прятки. К тому же окно в конце коридора на втором этаже никогда не закрывали ставнями, и серебристый лунный свет услужливо протянул дорожку от порога детской до самой лестницы, захочешь — не споткнешься. Воспитательница пересекла коридор и, положив руку на перила, принялась спускаться вниз. Однако, преодолев уже почти половину ступеней, вдруг замедлила шаг. Дом был тих, но что-то в нем изменилось.
Что-то было не так.
Госпожа Делани, застыв на месте, слилась с темнотой и вся превратилась в слух. Приглушенное тиканье больших часов в холле, легкий скрип незапертой рамы, далекий звон храмового колокола, обычные ночные звуки, не сулящие никакой угрозы. Или дело вовсе не в них? Ногти предательски громко царапнули лакированное дерево перил. Это было странно, непонятно, невозможно — но где-то совсем рядом бился горячий, зовущий родник чьей-то жизни, не содержащий в себе даже крохотной искорки силы. Откуда? Как? Тесса, не веря сама себе, опустила ногу на следующую ступеньку. Пульсация стала отчетливей. Здесь кто-то есть, на первом этаже! Кто-то чужой забрался в дом!
Она похолодела. Бросила взгляд на второй этаж — там, в детской, спал Мелвин. Нужно бежать назад, запереться в комнате вместе с ним… «А второй? — уже попятившись, вспомнила воспитательница. — Со старшим как быть?» Тесса заколебалась. Нейлар эль Хаарт не ее воспитанник, он уже взрослый человек и созревший маг, но в нынешнем своем состоянии он вряд ли сможет оказать сопротивление хоть кому-то. А охраны его светлость не держит. И привратник слишком далеко, не успеет, даже если у нее получится до него докричаться. Что же делать? Левая рука женщины потянулась к запястью правой, пальцы скользнули по гладкому металлическому ободу круглого браслета — ей дал его герцог эль Хаарт перед тем, как уехать. «Надеюсь, это вам не понадобится, — сказал он, — но всего не предусмотришь. Если обстоятельства потребуют моего вмешательства, бросьте браслет в огонь» Огня добыть — невелика задача. Но… так ли он в действительности нужен, вдруг спросила сама себя госпожа Делани. И вновь обернувшись на темный холл, заколебалась. Кого из не обладающих даром по своей воле потянет в дом к магу, да еще и ночью? Не слишком ли она всполошилась? Затаив дыхание, Тесса прислушалась к тишине. Всмотрелась в нее, отпустила на волю дрожащие нити силы и прикрыла глаза, стремясь не увидеть — почувствовать.
Он был рядом, совсем близко, этот живой и дрожащий крошечный родничок в холодной пустыне, почти уже иссякший, лишенный воли, но все еще не канувший в небытие. Слишком слабый не то что для нападения, для самозащиты. Полно, да не зверь ли это, обезумевший от жары? Восточный пригород не столица, чего здесь только не встретишь, и Мелвин говорил, что неделю назад видел у дороги за воротами лисицу. Они часто забираются в курятники и сараи, в надежде чем-нибудь поживиться, не могло ли случиться так, что кто-то из них оказался в доме? Конечно, звери боятся магии. Но случаи того же лисьего бешенства в разгар лета не редкость! А больное животное часто теряет инстинкт самосохранения. Лицо госпожи Делани просветлело. Она открыла глаза. Кем бы ни был ночной гость, сейчас он не опасен.
Но взглянуть на него, тем не менее, стоит!
Уже не таясь, она подобрала юбки и сбежала вниз по ступеням. Сигнал стал сильнее. Холл, столовая, коридор в кухню, библиотека… Библиотека? Кто зажег там свечи? Она ведь ясно помнит, что потушила все до одной! «И открыла окно, — запоздало снизошло на нее. — Настежь» Уже готовая толкнуть дверь, Тесса замерла у порога комнаты. Бешеная лисица — тоже радость сомнительная, следует быть осторожнее.
