В нескольких метрах от себя Дмитрий увидел силуэт отца: Юрий Александрович копался в электрическом щитке на противоположной стене, закрывая собой маленький фонарь – единственный источник света. Попытавшись обойти подвал по периметру, юноша за что-то зацепился и рухнул на пол.

– Что случилось? – отец направил луч фонарика в сторону шума.

Дмитрий стоял на коленях в дальнем углу. Как только свет упал на небольшой пятачок, прямо перед лицом молодого человека выросла бронзовая фигура обнаженной девушки. В ужасе отшатнувшись, он зажмурился и закричал:

– Не может быть! Как она здесь очутилась?

– Что с тобой? – испугался Юрий Александрович и подбежал к нему.

– Это… это она… это она, – нервно сглатывая, твердил Дмитрий. – Только у той волосы были длинные.

– Кто «она»? Какие волосы? Ты о чем? – отец не понимал, что происходит.

– Та девушка в метро, которую я видел утром, – чуть не плача, повторял тот.

– Сынок, это обычная скульптура, которую мне друзья подарили на пятидесятилетие. Она очень раздражала твою маму – вот я и перенес ее сюда.

Юрий Александрович осветил статую девушки, слегка скрестившей ноги, ее левая рука лежала на груди. Правой рукой она закрывала себе голову, а ее взгляд при этом был направлен вниз.

– Сиди здесь и ничего не трогай, – строго сказал отец, – я сейчас.

Панкратов-старший вернулся к щитку. А Дмитрий, словно завороженный, сидел, уставившись в одну точку, боясь пошевелиться. Со стороны он был похож на восковую фигуру.

Вдруг что-то щелкнуло, и в подвале вспыхнул свет.

– Ну вот, кажется, и все! – сказал Юрий Александрович, закрывая дверку щитка. – Можно подниматься.

Выйдя из ступора, юноша машинально встал на ноги, отряхнулся и взобрался вверх по лестнице.

Оказавшись в доме, отец запер подвал и вернул ковровую дорожку на место. Вымыв руки, он подошел к сыну и потрепал его по голове:

– Ну ты даешь, парень! Давненько меня никто так не пугал. С тобой точно все в порядке?

– Да точно, точно, пап, иди спать! – успокоил его Дмитрий. – Только маме ничего не говори.

– Ладно, не скажу, ты давай тоже ложись, а то завтра не встанешь, – и Юрий Александрович побрел к себе в комнату.

– Встану! – крикнул он ему вдогонку. – Да и вряд ли теперь вообще усну.

Молодой человек подошел к столу, взял графин и налил в стакан воды. Сделав три больших глотка, вылил остатки в раковину, потушил свет и, проследовав через холл к лестнице, поднялся к себе наверх. От перенесенного нервного потрясения его знобило. Войдя в комнату он лег в постель и с головой забрался под одеяло.

На улице моросил дождь, где-то вдалеке слышались отголоски грозы. Ночная жизнь большого города была в самом разгаре. Такси, одно за другим, отъезжали от ночных заведений, развозя клиентов по разным адресам. В дверях одного из клубов появилась группа молодых людей. Парни вели под руки девушек: Лиза и Таня, изрядно переборщив со спиртным, с трудом переставляли ноги. Аккуратно спустившись по ступеням, ребята остановились и огляделись по сторонам. Прямо перед ними притормозило такси.

– Шеф, свободен? – заглянул в машину Руслан.

– Куда ехать? – задал водитель встречный вопрос.

– Мы куда? – повернулся тот к Бугаю.

– Новоалексеевская, дом 5, – прокричал Бугай, пытаясь при этом подхватить уже начинавшую на него заваливаться Таню. В свою очередь Лиза, подпирая фонарный столб, пыталась поправить задравшуюся джинсовую мини-юбку.

– Полторы тысячи! – озвучил цену таксист.

– Идет! – Руслан не стал торговаться и, открыв дверь, плюхнулся на переднее сиденье.

Бугай пристроил Таню за его спиной и, обойдя машину, подсел к ней с другой стороны.

– Лизка, ты едешь? – заплетающимся языком позвала подругу Татьяна.

Еле оторвавшись от столба, девушка с туфлями в руках, слегка пошатываясь, поплелась к машине. Останавливаясь и поправляя то спадавшую с плеча сумочку, то задиравшуюся при ходьбе юбку, она с трудом добралась до такси и, втиснувшись на заднее сидение, тотчас повалилась на колени подруги.

– Танюх, что-то здорово мы с тобой набрались, – пробормотала она. – Все плывет перед глазами.

Руслан обернулся и кивком головы подал знак товарищу, дав понять, что долгожданный час уже близок. Бугай понимающе улыбнулся, а для отвода глаз произнес:

– Ничего, сейчас мы их искупаем, проспятся и завтра с утра будут как новенькие.

Такси мчалось по освещенным улицам Москвы. Ночь в столице – то единственное время, когда можно добраться до любой точки города без риска встать в пробку. В то время как опьяневшие девчонки спали сладким сном, Руслан с Бугаем не отрывались от окон, любуясь видами подсвеченного иллюминацией мегаполиса.

– Ты знаешь, Руслик, – сказал Бугай, завороженный мелькающими за стеклом картинками, – я уже пять лет за рулем, а ночью по городу никогда так и не ездил. Посмотри, какая красота! – он указал на трехцветную, в соответствии с российским триколором, подсветку проводов и зданий на Садовом кольце. Разливаясь по фасадам, вся эта палитра взмывала ввысь яркими столбами, играла переливами, то тускнея, то разгораясь с новой силой.

– А давай завтра девчонок с собой возьмем, – заканючил вдруг Руслан. – Они такие классные, не хочется с ними расставаться.

– А что мы Петровичу скажем? Не думаю, что он придет в восторг. И потом представь, как мы их притащим в эту вонючую курную избу к уголовникам? Думаю, не очень хорошая идея.

– Так зачем нам вообще жить в одном доме с этими стариками, мы что, не можем себе позволить снять номер в гостинице? – не унимался Руслан. – Пятерка у нас есть, еще пятерку утром я у отца одолжу. Завтра по дороге заедем и возьму, иначе он все равно пропьет. А с девчонками веселей и на шлюх тратиться не придется.

– Ладно, посмотрим, утром видно будет. Может, они еще и сами не захотят – вон смотри, как их развезло. – Бугай поднял руку Тани и тут же отпустил. Падая, рука с силой шлепнула по обнаженному бедру, но девушка на это никак не отреагировала.

Машина въехала во двор, водитель заглушил двигатель и повернулся к Руслану:

– Тысяча пятьсот, как договаривались.

Руслан расстегнул борсетку и, вытащив две купюры, протянул таксисту. Забрав деньги и сунув их в нагрудный карман рубашки, он произнес:

– Премного благодарен! Слушайте, может, вам помочь донести барышень, а? За отдельную, так сказать, плату…

– Сами справимся, – отрезал Бугай и, открыв заднюю дверь, вылез сам и вытащил из салона миниатюрную Татьяну, поднимая ее на руки. Руслану повезло меньше: ему выпало нести Лизу, которая была заметно крупнее и тяжелее своей подруги.

Проводив взглядом отъехавшее от подъезда такси, ребята оказались наедине со своей хоть и не очень легкой, но приятной ношей. Ночная тишина, отсутствие посторонних глаз, сладкое посапывание девушек, а главное, ощущение близости их тел – все это приводило молодых людей в возбуждение. С каждой минутой страсть овладевала ими все больше и больше. По мере преодоления расстояния от подъезда до квартиры они уже рисовали себе откровенные эротические сцены, какие обычно возникают в голове мужчины, прижимающего к себе такое доступное и желанное женское тело.

Квартира, в которой жил Бугай, располагалась на седьмом этаже одноподъездной девятиэтажки. Подойдя к двери, он вынужден был освободить руку, чтобы вставить ключ. Одной рукой придерживая за талию полусонную Таню, а другой – поворачивая ключ в замке, парень открыл входную дверь, и они внесли девушек внутрь. Ничего вокруг не замечая, молодые люди стремились как можно скорее удовлетворить свои инстинкты.

Бугай, увлекая Татьяну вглубь коридора и стаскивая с нее на ходу одежду, скрылся в ванной. Изнутри щелкнул замок, и тут же послышался шум воды. В это время Руслан, пройдя в комнату и аккуратно опустив Лизу на широкую двуспальную кровать, принялся осыпать ее тело поцелуями. По мере того как она приходила в чувство, возбуждение молодого человека нарастало. Дрожащими от волнения руками он медленно раздевал девушку, обнажая ее красивую фигуру. Как только на ней осталось одно кружевное нижнее белье, по его телу разлилось приятное тепло. Быстро скинув с себя все, что на нем было, молодой человек, словно дикий зверь, почуявший долгожданную добычу, бросился на свою «жертву».