Парни из фирмы «Конти» (Первая проделка) Со сжатым воздухом баллон С завода «Конти-Верке» У нас недавно, за углом, В скандал ужасный ввергли. Франц с Фрицем честно тот баллон По месту доставляли, Но хвост собачий за углом Внезапно увидали… Парней псы видеть не хотят, Псов ненавидят парни — Возник, короче, у ребят План дьявольски-коварный. Сосиска псу — всегда отрада. Довольный Каро с чувством жрал, Но вскоре шнауцера рядом Безумный, дикий страх объял… Желудок псины раздувает, Надулись брюхо и кишки, Бедняга уж исходит лаем — А Фрицу с Францем все смешки. Вот с гоготом один вредитель Шланг отключает второпях… А Каро слаб и беззащитен, А шнауцер — не при делах. Но в вышине собакам страшно, И Каро лаял что есть сил, — Тут честный шнауцер отважно На помощь другу поспешил. Ура, ура! Подпрыгнув ловко, Зубами шланг он ухватил, И тот, как крепкая веревка, На землю Каро опустил. Но есть возмездье шутке грубой, Расплаты вскоре час настал: Изрядно двум болванам зубы С завода мастер посчитал.    Парни из фирмы «Конти»
(Вторая проделка) – Фриц, — Франц речет, — уж мы не дети, В шоферы произведены, И, безусловно, нет на свете Того, чего б не знали мы. И сам Эйнштейн, — скажу по чести, — Нас учит не забавы для, Что драндулет стоит на месте, А вертится под ним земля! Так соловьем он разливался, Так сладок был манящий глас, Что Фриц на пение попался — Нажал от всей души на газ. Взревел мотор неукротимо, Машина вынесла забор, Уж клубы пламени и дыма Быку-гиганту застят взор… Все в брызгах грязи, пешеходы, Как мопсы, жмутся по углам: То ад летит сквозь крик народа И сеет хаос и бедлам. Запаски в воздухе летают И, к вящей радости дружков, Как петли лассо, повисают На шеях честных простаков. Вопит старушка исступленно, Но объясниться уж пора: На сцену вышел страж закона, Сам шуцман Краузе, ура! – Для возмущенья нет причины, — решил он, справедлив и горд. — Никто не пострадал. Ведь шины — Прекрасной фирмы «Контикорд»!    Рассказ Лавалетты (неторопливо, на народный манер) Ночами таксам снятся зайцы в поле, И те, рыча тихонько поневоле, В подушки утыкаются носами, Забыв реальность в упоенье снами. Лишь волк один, товарищ ночи верный, На страже с нами бодрствует примерно И лапу подает тебе как другу — В надежде, что в ответ подашь ты руку. Обрадовал меня твой свист короткий: До вечера мок под дождем я кротко И поджидал лису, тебе послушен, — Уж вечер. Я устал. Мне отдых нужен. А кактусы, что на окошке, знаешь, Ты слишком часто все же поливаешь: Красивы экзотичные растенья, Но ты напрасно ждешь от них цветенья. В аквариумах — жизнь. Там самки гупи, Самцы вкруг них хвостами воду лупят И пляшут шустро, весело, задорно, И мига страсти ждут, любви покорны. Уж макроподам бы пора плодиться — Да больно холодна для них водица, Но коль ее мы малость подогреем — За дело уж возьмутся, не робея. Столкни меня с колен, коль я мешаю. Ты слышишь? Стонет ветер, завывая. Вопросами тебя не стану мучить — Сам развлеку историями лучше О Джеки-Джеке — шимпанзе великом, О Кингсли — льве стремительном и диком, О марабу — что всех зверей хитрее, О Рат-на-даше — йогов всех мудрее, О том, как ветер парус надувает, О стройной гейше, что в ночи рыдает, О дивных кошках ласковых сиамских, Об изваяньях жутких африканских, О новых модах Бирмы и Китая, Об опии, что нежно убивает, О тьме ночей, о женских поцелуях, О воле, что зовет и кровь волнует. Быть может, там вдали, в краю рассвета, И обо мне рассказывают где-то, И женщины на миг припомнят все же Меня — пред тем, как лечь с другим на ложе. Мои там приключенья вспоминают, Слова звучат — и тихо угасают, И тихо растворяются в эфире — Там, далеко вдали, в огромном мире. Но нам пора ложиться. Очень поздно, — Гляди, как высоко уж встали звезды! Еще разочек выпусти, приятель, — Иль буду, ночь скуля, надоедать я. Ты думаешь, покину вдруг тебя я? Ну, люди и самих себя не знают, Судьбе своей в глаза не смеют… Все свершено, и формы суть главнее! Шторм грезит гаванью, а гавань — штормом, Опасности милы лишь непокорным Мальчишкам, что не знали бури воя, — А волк морской мечтает о покое… Все ж не клади толстух в постель с собою! |
