- Тогда вам должны быть известны основные принципы эволюционной теории, - предположил Иренеус. - И то влияние, которое она оказала на другие научные дисциплины и общественное сознание людей.

- На уровне популярных научных статей, не более того.

- Не нужно детально изучать эволюционное учение в том виде, в котором оно существует и по сей день, чтобы понять его несостоятельность. - Иренеус спроецировал перед собеседниками голографический экран, задействовал поисковую систему, а затем увеличил до максимума одно из найденных изображений. - Вот, взгляните. Достаточно распространённое графическое представление эволюционной теории. Что мы видим? График с начальной точкой зарождения жизни и разматывающаяся в бесконечность спираль эволюции. В сущности, вид этой спирали никого не должен обманывать. Фактически, это прямая линия, свёрнутая в некое подобие пружины, чтобы примитивность и однобокость таких воззрений не столь очевидно бросалась в глаза.

- Ну и как эту линию нужно рисовать? - полюбопытствовал Пулавски. - Зигзагом?

- Линия должна быть замкнутой и не иметь явно выраженной начальной точки. - произнесла Маргарет, быстро сообразившая, к какому выводу их пытаются подтолкнуть.

- Мисс Хейг всегда отличало оригинальное мышление, - поспешно произнёс шеф. - Я ценю её за безумные, в хорошем смысле, идеи.

- Ничего безумного здесь нет. - Иренеус адресовал Маргарет долгий оценивающий взгляд. - Посудите сами, Конрад, нас окружает мир, основу которого составляют циклические процессы, где ничего просто так не исчезает, и появиться, не будучи частью ранее существовавшего предмета или явления, тоже не может. Какой же нужно обладать самонадеянностью и столь же невероятным невежеством, чтобы взять и произвольно установить некую точку, от которой предполагается вести отсчёт, фактически линейного процесса? Более того, эволюционная теория оказала негативное влияние и на другие области человеческого знания, создав условия для возникновения гипотез, в основе которых лежат те же самые линейные идеи, напрочь отвергающие циклические по своей природе процессы. Простота линейных идей притягательна, на их базе легко создавать любые теории, столь же примитивные, оттого и удобные. Линейный график подобен лезвию, которым отсекаются любые критические замечания, подрывающие основы общепринятой картины мира.

- Исходя из ваших слов, Иренеус, я должен сделать вывод о том, что биологи заблуждаются относительно вопроса о происхождения жизни?

- Они заблуждаются относительно ответа на этот вопрос, да и вообще с трудом представляют себе, что же такое жизнь. Это, скорее философская категория, чем предмет изучения науки. Я придерживаюсь мнения, что жизнь - есть воплощение Вселенского Разума в материальном мире. Не больше, но и не меньше. Вселенная бесконечна. Сформировать её мог только бесконечный в своём могуществе разум. Жизнь, как проявление разума - бесконечна.

- Теперь я понимаю, - снова улыбнулся Пулавски. - Почему вам не по пути с официальной наукой. От Вселенского Разума всего один шаг до веры в Бога. Ни один учёный не захочет сознательно сделать этот шаг, променяв науку на религию.

- А как вы относитесь к религии, Конрад? - неожиданно спросил Иренеус.

- Иногда мне очень хочется, чтобы Бог был, но гораздо чаще - чтобы его не было. - Пулавски ответил, оставаясь при этом максимально серьёзным. - Ни при каких обстоятельствах, не было.

- Мой вопрос не о Боге, а именно о религии.

- Разве одно без другого возможно?

- Почему нет? Религии во все времена были лишь способом управления людьми. Особенно это касается монотеистических учений. Что бы там ни говорили представители этих самых учений. Их Бог - отнюдь не тот Вселенский Разум, о котором я только что упоминал, и даже не его часть. История человечества убедительно доказывает, что религию можно создать на пустом месте, выбрав объектом поклонения кого угодно или что угодно. Степень достоверности искусственно созданного религиозного учения зависит от того, насколько убедительны будут проповедники, насколько хорошими психологами они окажутся. Насколько правильным будет выбор социальной группы, в которой предполагается пропагандировать новые идеи. Если предложенное вероучение совпадёт с духовными потребностями людей, такая религия способна просуществовать долго и завоевать множество сторонников.

- Вы рассуждаете так, будто уже имеете опыт в создании новых религий.

Маргарет почувствовала в голосе шефа тщательно скрываемую иронию, но Иренеус не настолько часто имел дело с координатором, чтобы это заметить.

- Пока нет. Но концепция существует. На этой планете мы намереваемся создать общество, в жизни которого религия будет играть значительную роль.

- Это связано с тем, что уровень культуры, науки и социальной организации общества планируется принудительно ограничить периодом средневековья?

- Лишь отчасти. Цель, которую мы поставили перед собой, труднодостижима без всеобъемлющего контроля над умонастроениями поселенцев. Я считаю, что самый простой способ привить социально разобщённому обществу единую идеологию - это дать возможность людям исповедовать единую для всех религию, соблюдать общие для всех обряды, посещать одни и те же культовые сооружения. Мы возлагаем особые надежды на священнослужителей. В их число войдут специально отобранные кандидаты, которых ещё предстоит подготовить по отдельным от других поселенцев программам.

- Заселение планеты вот-вот начнётся, а вы говорите о том, что важнейшее промежуточное звено между руководством проекта и поселенцами, ещё только планируется создать.

- Вы очень правильно ухватили суть моих слов, Конрад. Эти люди важны для нас как никто другой. К сожалению, у меня не так много единомышленников в этом вопросе. - Иренеус вздохнул и ненадолго погрузился в размышления. - Подготовить их можно быстрее, чем вам кажется, но план этой подготовки пока ещё не утверждён.

"Включай запись, Маргарет. Похоже, что наш клиент созрел для серьёзного разговора".

- В чём же проблема? - с беспечными интонациями в голосе осведомился Пулавски.

- Разногласия, Конрад. Серьёзные разногласия по поводу того, какую религию должны исповедовать жители создаваемого нами мира. Я принадлежу к закрытому сообществу, члены которого знают друг друга очень давно. К сожалению, мне не удалось обзавестись достаточным количеством сторонников, чтобы продвинуть свою позицию не то что для голосования, а хотя бы на рассмотрение расширенной коллегии. По вопросу религии в нашем сообществе существует несколько взглядов, и ни одна из группировок пока не набрала необходимого большинства для принятия окончательного решения. Самое страшное в том, что сроки начала заселения планеты неумолимо приближаются, а консенсуса мы так и не достигли. Если решение придётся принимать в спешке, это может серьёзно отразиться на будущем всего проекта.

- А я думал, что только у моих людей возникли проблемы с нехваткой времени, - с грустной улыбкой признался Пулавски. - Если вам необходима поддержка, или дружеский совет, то можете на меня рассчитывать.

Маргарет поразилась тому, каким искренним мог казаться шеф, когда это было ему необходимо. Иренеус, похоже, клюнул на приманку.

- Спасибо, Конрад. Мне бы не помешал дружеский совет, но перед тем, как его дать, вам стоило бы ознакомиться с первопричиной разногласий, по которым так и не смогла прийти к единому мнению расширенная коллегия.

- Вы предлагаете мне погрузиться в бездну теософских споров? В этом случае, я - последний человек из числа тех, кого следовало бы привлекать в качестве арбитра или советника.

"Не слишком ли грубо обошёлся с Иренеусом координатор?" - задала сама себе вопрос Мрагарет. Ей не очень нравились ощущения, которые у неё возникли сразу после активации режима записи. Всё происходящее начало казаться каким-то не совсем реальным, словно она просматривала запись своего собственного сновидения, в котором понятия времени и пространства вольны изменяться, как угодно. Поначалу Маргарет нервировала заторможенность, с которой её сознание реагировало на произносимые собеседниками фразы. Семантика каждого отдельно взятого слова была ей доступна, но, чтобы понять общий смысл сказанного, требовалось время. Единственное, что ей удавалось улавливать в режиме реалтайм - это эмоциональная составляющая речи беседующих между собой мужчин.