– Разрешите представиться, Страшный-И-Ужасный повелитель Нигтхиса, Грумхалака, Халлаврема, Ластиона и Морсуса, в скором времени властитель всего Астера, Мрак, – приветливо произнёс он и отвесил шутливый поклон.
– Вообще-то, – грозно нахохлилась Хани, – я – королева Морсуса. И отказываться от престола не намерена. Понял, лобастый?!
– О-о-оу! Передо мною Хенари Танн? В самом деле? – хихикнул Мрак, поглаживая клыкастую морду Барсика. – Вот она потерянная дочь старины Балиоша. Скажу по секрету, мне – простолюдину – всегда было интересно, такая же алая кровь у королей? Так вот, кровь твоих родителей ничем не отличалась от крестьянской.
Меня обуял гнев, но когда я глянул на Хани, то понял: по сравнению с моим, её гнев был в сотни раз больше. Никогда прежде я не видел рыжую такой грозной. Даже боюсь представить, что бы произошло, если бы Аша не оттянула её в сторону.
– О! Как я сразу не заметил! – обрадовался волшебнице тёмный колдун. – Здесь же целых две безотцовщины! Аша, твой отец был великим, ну, если брать по меркам людей, – добавил он, сопровождая слова небрежным жестом, – но при этом оказался редкостным ослом. Ему предложили столько благ, что язык устанет их перечислять. А он предпочёл смерть. Я видел её в волшебном омуте. – Театрально прикрыв ладонью глаза, Мрак покачал головой. – Этот Искар настоящий зверь… Страшное зрелище…
Аша тотчас швырнула в тёмного колдуна огненную сферу. Пламя погасло, едва коснулось невидимой черты. Мрак даже не шевельнулся.
– Хорошая попытка, – выдержав паузу, хихикнул властелин Нигтхиса, после чего обратил взор ко мне: – Фил, давно не виделись. Ты поздоровел, что ли. Тренировался, да?
– Подлец! – воскликнул я, не в состоянии дольше сдерживать накатившую ярость. – Хотел расправиться со мной руками друга. Да я тебя…
Он щёлкнул пальцами, и мой рот точно склеился. Я бы кинулся на него, да ноги к земле прилипли. Судя по перепуганным лицам друзей, с ними происходило то же самое.
– Заметь, Фил, а ведь план почти удался, – печально вздохнул Мрак. – Но как говорят у тебя на Родине: «Кто старое помянет – тому глаз вон». Верно?
Он вновь щёлкнул пальцами, и моим губам вернулась подвижность, а вот ногам и рукам – нет.
– Верно, но не совсем. Укороченная у тебя версия, Мрак. Полная звучит так: «Кто старое помянет – тому глаз вон, а кто забудет – тому оба вон».
– Интересно. – В задумчивости тёмный колдун плотно сжал тонкие губы. – Мы обязательно вернёмся к этому позже. Да, о будущем… – несколько потерянно сказал он. – В силу новых обстоятельств я осмелюсь предложить вам перейти на мою сторону. Ох, прошу, не благодарите.
– Испугался, что тебе не одолеть? – бесстрашно осклабился очухавшийся рыцарь. – Знаешь, что наша армия разобьёт сегодня всю нечисть, вот и цепляешься за единственную…
Мраку надоело слушать, и он лишил Фонаря возможности говорить точно таким же способом, как минуту назад меня.
– Всё обстоит слегка иначе. – Колдун в очередной раз блеснул белыми зубами. – Но зачем говорить? Вы мне всё равно не поверите. Лучше показать.
Он хлопнул в ладоши, и кольцо огня вокруг нас потеряло цвет, став полностью прозрачным. Лишь хвостатые бесы да козлоподобные демоны шли вдоль него. Один из проходивших резко повернулся в сторону Хани и страшно выпучил глаза. Девчонка так и охнула.
– Не стоит волноваться, – весело заявил Мрак, – уверяю, он видит лишь стену пламени. Лучше взгляните вон туда или сюда. – Колдун указывал направление тонким пальцем, не забывая сопровождать жесты смехом.
Да, у него был повод для радости, а у нас для печали – нечисть теснила защитников Морсуса на всех фронтах.
Меня охватила злоба. Неужели мы проиграем? Я прикинул расстояние до Мрака – метра три. Сжал рукоять, но ни занести меч, ни сдвинуться с места, как и прежде, не вышло. Рядом с таким же успехом пыжились друзья.
– Ну? – нетерпеливо спросил Мрак. – Пойдёте ко мне?
Однажды мне удалось обмануть властелина Нигтхиса. В результате он рассорился с Искаром. Почему бы не рискнуть опять?
– Адская смесь! – отчаянно взревел рыцарь. – Никогда Георг фон Арн не будет служить тебе!
– Грызи бордюр, лобастый, – в тон жениху дерзила рыжая. – Сейчас милорд найдёт способ освободиться и так накостыляет – мало не покажется.
– Мы не проиграли ни одного сражения твоим приспешникам и тебе не проиграем, – гордо вскинула подбородок Аша.
После таких заявлений мне стало стыдно. Я ведь герой, а методы как у злодея. Пока я сочинял речь, Мрак прохрустел костяшками пальцев и, окинув нас разочарованным взглядом, жёстко ответил волшебнице:
– Говоришь, не проигрывали? Ничего, сейчас всё исправим. Можете попрощаться друг с другом.
Артефакт на руке сигналил об опасности. Я возобновил попытки вырваться из чар Мрака с твёрдым намерением кинуть в него меч. Фонарь, скрипя зубами, оторвал от земли левую ногу. Мрак, лениво наблюдая за потугами рыцаря, навёл на него посох, и из пасти дракона вырвался поток огня. Здоровяка, точно пушечным ядром, отбросило далеко за пределы кольца.
***
Я отказывался верить глазам. Неужели Фонаря больше нет с нами?.. Нет, это сон! Прошу, разбудите меня!
– Сволочь! – заревела Хани, утопая в слезах. – Бедный мой Жорочка… – Лицо девчонки исказил гнев. – Убью! Глаза выцарапаю.
Колдун лишь смеялся над её угрозами.
– Буду честен, – махнул он рукой и с довольной миной уставился на Хани, – планировал расправиться с тобой сразу же после болвана в мифриле, теперь передумал: умрёшь третьей. Уж больно с тобой весело. Ну, Фил, так уж сложилось, настала твоя очередь.
Я окинул Мрака презрительным взглядом и уже собирался произнести унизительную речь в его адрес (море эпитетов придумал), но с прискорбием обнаружил, что мой рот вновь слипся.
– Извини, Фил, – злорадно усмехнулся колдун, – тебе право голоса я не дам.
– Эй, братишка, на два слова можно? – оживился доселе молчавший Рябчик. Мрак с интересом посмотрел на Витьку и, хмыкнув, кивнул. – Меня, между прочим, они иномирянином кличут. Спросишь: почему? Я на Астер вообще по ошибке попал. Так и знай, помирать с этими недалёкими патриотами Тутумов и Морсусов я не подписывался. Делай с ними, что пожелаешь. Что до меня: если нужно – пойду к тебе, нет – верни домой, и на том разойдёмся как в море корабли.
Сквозь смех Мрака я услышал тихие проклятия Аши и ругань Хани. Уверен, дотянись рыжая до Витьки, его шансы выжить свелись бы к нулю. Но это всё мелочи, главное, Рябчик сказал условное слово «братишка», а значит, придумал, как нас вытащить.
– Можешь не волноваться за свою шкуру, иномирянин, ты и волшебница отправитесь со мной, – заверил Мрак. – Компенсация за потерянного Хранителя. Пускай по уровню вы слегка не дотягиваете до Хему, но всё же лучше, чем личи. У них, знаете ли, туго с пониманием.
– Что ж ты сразу не сказал? – упрекнул Витька. – Зачем мучил?
Мрак пожал плечами и хихикнул:
– Разве так не веселее?
– Согласен, – Рябчик заржал, точно конь. – Слушай, братишка, не подумай, что я жалуюсь, но мне не сильно комфортно стоять рядом с рыжей мегерой. Ты не мог бы вернуть мне ноги, так сказать, или на крайний случай передвинуть подальше от неё.
Мрак поджал губы, размышляя над словами Витьки, и, в конце концов, освободил его от невидимых оков. Хани так разоралась, что я распереживался, как бы колдун не испепелил её.
– Кстати, братишка, этот жмот мой посох сломал, – Витька бесцеремонно ткнул в меня пальцем. – Есть запасной инвентарь или как?
Мрак хитро улыбнулся и произнёс:
– Покажи посох.
Рябчик послушно выполнил приказ. Морщась, Мрак провёл свободной рукой вдоль трещины на тёмно-фиолетовом камне, и та быстро затянулась, словно и не было никогда. Тьма внутри камня возродилась.
– Держи, – Мрак вернул Витьке копьё-посох. – Говоришь, тебе на них наплевать? Сейчас проверим, насколько ты искренен со мной. – Лицо колдуна по-змеиному вытянулось, глаза стали холоднее суровых сибирских ночей. – Убей графа Девиера.
