Там я плюхнулся на твердое сидение и закрыл глаза.
Случившееся медленными отрывками прокручивалось в моей голове. Да, я готов цепляться за свою любовь, желая как можно дольше оставаться рядом с дорогим человеком, но есть одна вещь, которую я не прощу никому: измена. Что бы я там не говорил о себе, кем бы сам себя не считал, но уж лучше всю жизнь пробыть одному, чем с тем, у кого всегда есть замена тебе. Мне хватило того, что я видел в детстве. Как отец, не стесняясь папы, водил в дом всяких шлюх, как он, пропахший тошнотным омежьим ароматом, заваливался, а папа не мог даже слова ему сказать. Вайт считал, что не в праве указывать мужу, и молчал. Я прекрасно знаю, что любви между ними не было, но все равно, такое отношение к человеку — настоящее свинство. Уж лучше порвать все связи, чем жить так.
Под эти безрадостные мысли я, кажется, заснул. На конечной остановке меня разбудил кто-то из пассажиров. По омерзению на его лице стало ясно — маску я так и не надел.
— Конечно, я мерзкий, — бормотал я себе под нос по пути к дому, — вот Берн и закрутил там что-то с кем-то. Да любой нормальный альфа так поступил бы.
В подъезде не горел свет, поднимался я почти на ощупь. Несколько раз оступившись, я вспомнил все самые лестные слова. Заметив шевеление около своей двери, я притаился.
Pov Автор.
«Неужели „Доброжелатель“?» — подумал вжавшийся в перила Элион.
Но вдруг послышалось до боли знакомое «Блять!». Омега вынырнул из укрытия и направился к темной фигуре.
— Ян, что ты тут делаешь? — спросил он.
— Мириться пришел, — Марвин поднял бумажный пакет, послышался звон бутылок.
Они сидели на кухне. На столе, накрытом белой клеенчатой скатертью, стояли две бутылки: черная изящная с вином и прозрачная с покатыми круглыми боками — водка.
Распив по половине обеих, парни уже успели помириться. Алкоголь развязал Элиону язык. Ему пришлось поведать приятелю о таинственном незнакомце, что мучил его своими угрозами. Быть может, Купер и дальше бы молчал, но Ян, заметив одно из писем, заставил говорить. Потом эта тема плавно переплыла в сегодняшние события дома у Бернарда. Дослушав пламенную речь Эла и осушив очередной бокал, Марвин выпалил
— Ну ты идиот, Элион.
Язык омеги заплетался, но эти двое прекрасно понимали друг друга.
— С чего бы это?
— Да с того, — красная жидкость наполнила очередной бокал, — ты бы с ним лучше поговорил. Сам подумай, он работает в огромной фирме, и это мог быть кто-то из подчиненных. Хотя, я тебя понимаю, сам бы после такого вмазал бы. Но, опять же, омеги омегам рознь. Так себя с ним вести мог даже деловой партнер или какой-нибудь фанат-обожатель. Не стоило рубить с плеча.
— С чего такое доверие к альфе? — изумился Эл, разглядывая бутылку вина. — Ты же говорил, что они все — лживые мудаки.
Брюнет глубоко вздохнул.
— Да я тут подумал, альфа альфе тоже рознь. Просто, когда твой Бернард смотрит на тебя, это что-то, — он отпил немного. — Словами не передать. Столько тепла и любви… Вообще не знаю, как ты-то этого не понял.
— Я вообще недалекий человек.
Ян рассмеялся.
— Ты далеко не глупый. Просто как ребенок иногда, — он сел ближе и приобнял друга за плечи, — такой наивный. Да и альфа этот, думаю, тебе под стать.
Элион прижался к другу.
— Я-я-ян, — протянул он, — почему ты такой хороший? Я с тобой так ужасно поступил, а ты даже не ругаешься.
Марвин положил голову Куперу на плечо.
— Я не хороший, просто есть люди, рядом с которыми не хочется быть плохим, — голос был тихим и успокаивающим.
В спальном районе мало где горел свет. Кроме двух друзей, большая часть жильцов уже спала, дожидаясь нового трудодня, но в центре царила совершенно иная жизнь. Гигантские многоэтажки из стекла и металла переливались разными огоньками, на улицах кипела жизнь. Сотни людей только начали свой «день». Машины нагревали усталый воздух своими парами.
В дорогих апартаментах, упиваясь своим успехом, на мягком, дорогом диване сидел Юджин. Рядом с ним валялись горы фантиков от шоколадных конфет. В огромной гостиной слышался тихий рокот телевизора.
— Что же, шаги «два» и «три», думаю, удались мне хорошо, — Новак довольно щурился, разворачивая очередную сладость. — Наверное, любовник нашего грозного начальства там рвет и мечет. «Позвонить в качестве любовника» — способ избитый, но действенный, я уже молчу о моих сувенирах в доме у Брайса. Осталось только сделать решающий ход, и все.
Он закинул конфету в рот и быстро прожевал.
— А потом я пригрею бедного альфу на своем плече.
Прикрыв глаза он откинулся на спинку дивана, сияя довольной улыбкой.
Комментарий к Глава 18. “В преддверии бури”.
Хм,что-то мне не нравится ,как получилась эта глава…В любом случае .До взрыва осталось : 3…2…1…
========== Глава 19. “Шторм”. ==========
Pov Автор.
«Что только что произошло?», — подумал Бернард, падая, словно мешок, на свой диван. Он устало потер переносицу, запуская руки в волосы и закрывая глаза. — «Что же я сделал не так? Почему Элион убегал от меня, как от огня?! »
— Чем же я успел тебя обидеть? — произнес альфа в пустоту квартиры.
В ответ не прозвучало ни слова.
На столе стоял ужин, над которым еще витал теплый пар, разносящий с собой приятные ароматы. Около тарелок лежала связка ключей. Из телевизора все еще слышались голоса актеров какого-то слезливого сериала. Все было точно также, как и пару минут назад. Вот только Элиона не было рядом.
Брайс достал пачку сигарет из тумбочки у дивана и закурил одну. Он затянулся, заставляя истлеть кончик. Выдох. Клубы дыма тут же взмыли в воздух.
«Кажется, я скоро посажу себе легкие. Давно я так часто не курил.», — подумал альфа, рассматривая окурок. — « Кажется, только в универе так было. Сессии, экзамены. Даже волосы выпадали.», — он усмехнулся. — « Интересно, у Эла также? Вообще, что он изучает?» — Берн достал еще одну сигарету. — «Я так мало о нем знаю».
Брюнет тяжело вздохнул. Сгорбившись, мужчина потянулся к пепельнице, но заметил рядом свой телефон.
«Не помню, что оставлял его там», — пронеслось в сознение.
Взяв в руки смартфон, Бернард быстро его разблокировал. Увидев, что открыта телефонная книга, он удивился. А больше всего альфу шокировал звонок с неизвестного номера и то, что кто-то на него ответил.
«Неужели Элион?» — задумался Брайс и решил узнать, с кем же говорил его омега.
Вообще, он редко брал трубку, если не знал номер звонящего. Берн, сам не ведая почему, предпочитал проигнорировать такие вызовы. Если что-то срочное, то могли позвонить еще раз. Нет — ну и не нужно. Конечно, было не мало случаев, когда эта глупая привычка выходила ему боком, но избавляться от нее мужчина совершенно не хотел.
После нескольких секунд ожидание, звонок был сброшен. А повторный вызов результатов не дал. Телефон отключили.
— Черт, а ведь звонок был за пару минут до того, как Эл сбежал… — брюнет озвучил свои мысли. — Тогда все ясно, как белый день, — он откинул устройство обратно на диван. — Какой-то ублюдок наговорил ему что-то. Блядь!
Мужчина сорвался с места и пошел к холодильнику. Достав оттуда коньяк, он выпил прямо из горла. Больше всего Берн хотел пойти к омеге прямо сейчас и поговорить, но он знал, что на данный момент его никто слушать не будет. Разгоряченный и темпераментный парень может смело послать его куда подальше, особенно если вспомнить, что Брайсу не в первый раз названивали сомнительные личности.
В те редкие случаи, когда он удосуживался ответить на звонок, Бернарду часто приходилось выслушивать бредовые россказни телефонных мошенников. Иногда у него вымогали деньги «бывшие пассии», которые, считая, что Берн очередной глупый богатенький сынок, любящий кутить, говорили, что беременны.Они требовали деньги на аборт и моральную компенсацию. Были еще «обманутые им бизнес партнеры», «умирающие одноклассники» и «дальние родственники». Но стоило кому-либо из них услышать про полицию или адвокатов, то на том конце провода тут же воцарялась тишина. А после абонент становился недоступен.