Литмир - Электронная Библиотека

Митькины рассказы

Митька – поэт

«И я восхвалил радость, потому что нет для человека ничего лучше под солнцем, чем есть, пить и радоваться, и это должно сопровождать его в труде все дни его жизни, которые истинный Бог дал ему под солнцем.» (Экклезиаст 8:15)

Небо захлебнулось в розовом огне заката. Ночь, залила его пожарище бездонной чернотой, разметав искры потухшей зари до самого края земли. Обгоревший месяц вынырнул из-за набежавшей тучки, и сиротливой скобочкой застыл среди тлеющих углей рассыпанных звёзд.

Митька, лопоухий мальчуган с облупленным носом и большими голубыми глазами, морщил лоб и усердно грыз карандаш. Он сидел на отцовском сеновале, свежескошенная трава пьянила дурманящим ароматом полевых цветов и озёрной свежестью. Вокруг стояла удивительная тишина, песня сверчка звенела набатом в её упоительных объятиях. Ещё раз, взглянув на ночное небо, Митька вдруг согнулся вопросительным знаком над маленькой записной книжкой, включил лежавший рядом с нею фонарик и стал что-то усердно писать.

Исписав листок и перечитав, он с досадою вырвал его, скомкал и швырнул вниз, где уже лежало несколько таких же беленьких комочков.

– Не, опять не то! – с досадою проговорил мальчуган и вновь уставился в горящее звёздами небо, грызя карандаш.

В проёме покосившейся крыши его внимание привлекло серебристое кружево паутины сверкающее в лунном свете. Звёзды маленькими бриллиантиками просматривались в этой необычной огранке. Увиденное вновь заставило Митю согнуться над блокнотом, он долго что-то писал, зачёркивал, писал опять, наконец, отложив карандаш и поправив фонарик, мальчик взял блокнот двумя руками и стал читать:

– День засыпает в закате.

Ночь черноту расплела,

Словно паук в чёрном фраке,

Звёздами шьёт кружева.

Месяц кривою ухмылкой

Перевернулся на бок,

Скрыв от печи огнепылкой

Свой подгоревший пирог.

«Пирог, как-то не вяжется, – подумал мальчуган, довольный услышанным, но менять ничего не хотелось, да и сил уже не было. Не лёгкое это дело – стихи сочинять!

Митька – мыслитель

«…достоин Ты, Господи, приять славу и честь и силу: ибо Ты сотворил все, и все по Твоей воле существует и сотворено» (Откровение святого Иоанна Богослова 4:11)

Митька вытер сопливый нос, поправил отцовскую шапку-ушанку, сползающую на глаза, и побежал вприпрыжку к, сгорбившемуся у забора, клёну. Весеннее солнце щекотало до слёз, его озорные зайчики прыгали по многочисленным плешинам, ещё не растаявшего, снега. На душе было легко и радостно оттого, что холодная зима закончилась, впереди ждали тёплые деньки.

Клён встретил старого приятеля лёгким, скрипучим покачиванием голых веток. Ласковый ветерок дунул сквозь их хитрое сплетение запахом перегноя перемешанного с ароматом свежести, пробившейся из-под снега, травы. Митька сорвал с головы отцовский малахай и с залихватским свистом подбросил, что есть мочи, его вверх. Как хорошо весной, думал он, шмыгая носом.

После очередного броска, мальчуган не поймал шапку, она плюхнулась к подножию клёна. Митька поднял малахай и увидел чудо: рядом с корневищем, из маленького сугробика торчал подснежник с двумя зелёными листочками, зябко прижимающимися к тоненькому стебельку, увенчанному беленьким цветочком, похожим на хрустальную вазу из маминого сервиза.

– Надо же, зимы не успел след остыть, а ты уже вылез! – надев шапку, сказал Митька и присел на корточки перед цветком и стал внимательно его рассматривать.

– Интересно, кто тебе сказал, что здесь уже весна? – спросил сорванец и почесал затылок так, что отцовский малахай сполз до самого носа. Поправив его, юный мыслитель продолжил спрашивать, – И почему ты такой красивый?

Блаженная улыбка сияла на его лице: «Интересно: в школе говорят, что всё появилось случайно; а родители, что всё создал Бог; почему взрослые говорят по-разному? Выходит, что кто-то врёт, а сами учат, что врать – нехорошо!» Новая мысль спугнула улыбку с его веснушчатого лица, но не надолго, Митька вытер рукавом нос и, улыбнувшись, сказал цветку:

– Нет, такая красота не случайна, её кто-то сделал; папа с мамой врать не будут.

Он прислонился спиной к шершавому стволу старого клёна и, закатив глаза к небу, растягивая слова, забормотал:

– Клён у забора склонившись стоит.

Он охраняет от ветра цветок.

В море бескрайнем плавает кит.

Всю красоту подарил эту – Бог.

Митька – миротворец

 "Но знай то, что в последние дни наступят необычайно трудные времена. Люди будут …, лишёнными родственных чувств,…, ожесточёнными, не любящими добродетельность, …, любящими удовольствия, но не любящими Бога" (2Тимофею 3:1-5)

Митька весело забежал на второй этаж и позвонил в квартиру. За дверью долго не было никаких звуков, Митька позвонил ещё раз, предвкушая радостную встречу с дедом (по маминой линии). Через пару минут он услышал шаркающие шаги за дверью и скрежет открывающегося замка.

– Ну, кого тут чёрт принёс? – сердито бурчал дед, открывая дверь.

– Это я, дедуль! – воскликнул Митька и обнял деда.

– Привет, внучок! Ты шо один? А где родители?

– Они на базар пошли, сейчас придут.

– Ну, проходи, раз приехал, распологайся. Мы тутачи с Михалычем, соседом моим, в танчики рубимся, не хочешь с нами фашистов покрушить?

– Нет, деда, ты же знаешь, я в такие игры не играю.

– Ах, да, ваша секта не позволяе.

– Не секта, а Бог против насилия, Он не любит тех, кто любит насилие, так в Библии написано.

– Ладно, мал ещё меня учить! Не хошь грать – не грай, посиди тутача, а мы с Михалычем добьём гадов.

Митька сел на кухне и стал смотреть в окно на высокий тополь, который ракетой тянулся в небо, словно готовясь к старту на неведомые планеты. Воробьи прыгали по его веткам, весело чирикая, их озорной гомон доносился через открытую форточку.

«Почему неживое люди ценят больше живого? – думал юный мыслитель. – Я так давно его не видел, так соскучился, думал, он тоже будет рад, а ему танки дороже живого внука!»

Из соседней комнаты доносились взрывы и скрежет гусениц, а также выкрики, не всегда приличного содержания. Митьке пришлось закрыть дверь, он сел на стул и горько заплакал, впервые ему не хотелось сочинять стихи.

Митька – проповедник

«Поэтому идите и во всех народах подготавливайте учеников, крестя их во имя Отца, Сына и святого духа и уча их соблюдать всё, что я вам повелел. И я с вами во все дни до завершения этой системы вещей» (Матфея 28:19,20)

Сколько себя Митька помнил, он всегда ходил с родителями в проповедь по домам. Ему нравился этот вид служения Богу, нравилось рассказывать то, что он узнал из Библии, нравилась радость, которую он испытывал после такого служения.

Но особенно ему запомнилось, то, самое первое, когда он почувствовал себя настоящим проповедником. Было это давно, Митьке только, только исполнилось пять лет, из-за маленького роста он казался ещё младше. Поэтому, когда они с отцом ходили по многоквартирному дому, почти никто не воспринимал Митьку за проповедника.

Вот и в той квартире, где случилась эта история, два молодых парня и совсем юная девушка смотрели на малыша, как на бесплатное приложение к солидному мужчине в костюме и галстуке, который что-то говорил о Боге.

Недослушав преподнесение Митькиного отца, долговязый парень с жидкой, засаленной косичкой на голове с усмешкой пробасил:

– Слушай, мужик, всё хочу тебя спросить, зачем этого малька с собой таскаешь? Матери что ли у него нет?

– Почему же нет! Есть.

– Тогда, не пойму, какая тебе от него польза? Денег вы не просите, чтобы на жалость давить, а проповедник из него никакой! Он же малёк ещё! Говорить, наверное, только научился недавно, – засмеялся долговязый.

1
{"b":"608337","o":1}