– Я сегодня уже побывал ваджи, – хладнокровно произнес он на сносном эсперанском. – Это всего лишь небольшая натяжка, я полагаю.
– Не согласен, – пробормотал Капитан. – Глядя на одежду Рамона, надетую на вас, я бы назвал это большой натяжкой. – Послышался смех. Купец улыбнулся и весело похлопал себя по животу.
Альвар неуверенно присоединился к веселью и тут увидел лекаря, Джеану, которая сидела на попоне у костра, обхватив руками согнутые колени. Она смотрела в огонь.
– Сколько собак пустыни побывало здесь? – спросил Лайн Нунес.
– Мартин говорит, всего десять. Вот поэтому они не отправились в Орвилью.
– Он им сказал, что мы взяли это на себя?
– Да. Им явно приказали отдать нам золото, в надежде, что мы быстро уедем.
Лайн Нунес снял шляпу и провел ладонью по редеющим седым волосам.
– И что, мы так и сделаем?
– Я думаю, да, – ответил Капитан. – Не могу себе представить, что нам здесь делать. Сейчас в Фезане нечего искать, кроме неприятностей.
– И неприятности направляются домой.
– Они идут пешком.
– Но, в конце концов, они туда попадут.
Родриго поморщился.
– Чего бы ты хотел от меня?
Его заместитель пожал плечами, потом осторожно сплюнул в траву.
– Значит, мы отправимся в путь на рассвете? – спросил он, не отвечая на вопрос.
Капитан пристально смотрел на него еще несколько секунд, открыл рот, словно хотел что-то сказать, но лишь покачал головой.
– Мувардийцы будут следить за нами. Мы уедем, но без особой спешки. Можем потратить какое-то время на свертывание лагеря. Ты можешь взять дюжину людей и утром съездить в Орвилью. Проведешь там день за работой и догонишь нас позднее. Среди прочих дел, там ждут погребения мужчины и женщины.
Альвар спешился и подошел к костру, около которого сидела лекарь.
– Я… я могу вам чем-то помочь?
Она казалась очень усталой, но одарила его быстрой улыбкой.
– Нет, спасибо. – Она заколебалась. – Ты впервые в Аль-Рассане?
Альвар кивнул. И присел рядом с ней на корточки.
– Я надеялся завтра увидеть Фезану, – сказал он. Он жалел, что плохо владеет языком ашаритов, но старался. – Мне говорили, что этот город полон чудес.
– Не совсем так, – небрежно проговорила она. – Рагоза, Картада… Силвенес, конечно. То, что от него осталось. Это крупные города. Серия очень красива. А в Фезане нет ничего чудесного. Она всегда была слишком близко от земель тагры и не могла позволить себе показной роскоши. Ты не увидишь ее завтра?
– Мы уезжаем утром. – Альвара снова охватило неприятное ощущение, будто он изо всех сил пытается удержаться на плаву, а вода смыкается над его головой. – Капитан только что сообщил нам об этом. Не знаю, почему. Думаю, это из-за того, что приходили мувардийцы.
– Конечно. Оглянись вокруг. Здесь золото дани. Они не хотят открывать завтра ворота и очень не хотят присутствия солдат-джадитов в городе. После того, что произошло сегодня.
– Значит, мы просто развернемся и…
– Боюсь, именно так, парень. – Это произнес Капитан. – На этот раз тебе не удастся вкусить удовольствий развратного Аль-Рассана. – Альвар почувствовал, что краснеет.
– Ну, в этом году большинство женщин находится вне стен города, – заметила серьезным тоном Джеана. Она смотрела на сэра Родриго, а не на Альвара.
Капитан выругался.
– Не говорите об этом моим парням! Альвар, ты обязан хранить тайну. Я не хочу, чтобы кто-нибудь переправился через реку. Любой солдат, который уйдет из лагеря, отправится домой пешком.
– Слушаюсь, – поспешно ответил Альвар.
– Кстати, я вспомнил, – обратился к нему Капитан, искоса взглянув на доктора, – можешь теперь опустить стремена. На обратном пути.
При этих словах Альвар, впервые за долгое время, почувствовал себя почти прежним. Он ждал этого момента с тех пор, как отряд выехал из Вальедо.
– Это обязательно, Капитан? – спросил он с невинным выражением лица. – Я только начал к ним привыкать. И думал даже попробовать подтянуть их еще выше, если вы позволите.
Капитан снова посмотрел на доктора. И прочистил горло.
– Ну нет, Альвар. Это не… я не думаю…
– Я подумал, что если подниму колени достаточно высоко, действительно высоко, то смогу класть на них подбородок во время езды, и это поможет мне сохранить силы в долгом походе. Это кажется вам разумным, Капитан?
Альвар де Пеллино был вознагражден за не свойственное ему молчание и выжидательную политику. Он увидел, как лекарь медленно улыбнулась ему, потом вопросительно подняла брови и посмотрела на Капитана.
Однако Родриго Бельмонте был не из тех, кого можно надолго смутить подобными вещами. Он несколько секунд смотрел на Альвара, потом тоже расплылся в улыбке.
– Твой отец? – спросил он.
Альвар кивнул.
– Он действительно предупредил меня кое о чем, с чем я могу столкнуться в солдатской жизни.
– И ты предпочел все равно выполнить это указание насчет стремян? И ничего не сказал?
– Ведь это был ваш совет, Капитан. А я хотел остаться в вашем отряде.
Доктор явно забавлялась. Сэр Родриго нахмурил брови.
– Ради Джада, парень, ты что же – хотел мне угодить?
– Да, командир, – радостно ответил Альвар.
Женщина, которую, как Альвар уже решил, он будет любить вечно, запрокинула назад голову и громко расхохоталась. Через мгновение Капитан, которому он хотел бы служить всю жизнь, присоединился к ней.
Альвар решил, что эта ночь была не такой уж кошмарной.
– Видите, какие у меня умные солдаты? – сказал Родриго доктору, когда они перестали смеяться. – Вы совершенно уверены, что не передумаете и не присоединитесь к нам?
– Вы меня искушаете, – ответила та, по-прежнему с улыбкой. – Мне и в самом деле нравятся умные люди. – Выражение ее лица изменилось. – Но Эсперанья – не место для киндатов, сэр Родриго. Вы знаете это не хуже меня.
– Для нас нет никакой разницы, – сказал Капитан. – Если вы умеете зашить рубленую рану и вылечить рези в мочевом пузыре, вас с радостью примут в моем отряде.
– Я умею и то, и другое, но ваш отряд, какие бы умные солдаты в нем ни служили, еще не весь мир. – Теперь в ее глазах больше не было веселья. – Помните, что сказала о нас ваша королева Васка, когда Эсперанья занимала весь полуостров, до того как пришли ашариты и оттеснили вас на север?
– Это было больше трехсот лет назад, доктор.
– Я знаю. Помните?
– Помню, конечно, но…
– А ты помнишь? – она повернулась к Альвару. Теперь она уже сердилась. Он молча покачал головой.
– Она сказала, что киндаты – это животные, на которых надо охотиться и сжигать их, чтобы стереть с лица земли.
Альвар не мог придумать, что ответить.
– Джеана, – сказал Капитан, – я могу лишь повторить: это было триста лет назад. Она уже давно умерла, исчезла.
– Не исчезла! И вы смеете это утверждать? Где она? – Джеана сердито смотрела на Альвара, будто это он был каким-то образом во всем виноват. – Где находится место упокоения королевы Васки?
Альвар с трудом глотнул.
– На острове, – прошептал он. – На острове Васки.
– Который стал усыпальницей! Местом паломничества, куда приезжают джадиты из всех трех ваших королевств и стран по ту сторону гор, ползут на коленях, чтобы вымолить чудо у духа той женщины, которая произнесла эти слова. Готова биться об заклад, что у половины вашего столь умного отряда найдутся родственники, которые совершили такое путешествие, чтобы умолять благословенную Васку о заступничестве.
Альвар не ответил ни слова. И Капитан на этот раз тоже.
– И вы меня убеждаете, – с горечью продолжала Джеана из народа киндатов, – что, пока я хорошо справляюсь со своими обязанностями, не имеет значения, какую веру я исповедую на земле Эспераньи?
Сэр Родриго долго не отвечал. Альвар увидел, что купец, ибн Муса, подошел к ним. Он стоял по другую сторону от костра и слушал. Альвар слышал шум лагеря и видел людей, готовящихся ко сну. Было уже очень поздно.