— Я схожу с ума от ревности, и если бы не прямой приказ, не убивать подчиненного Пэйна, я бы уже давно это сделал. — Каждое слово, произнесенное этим хриплым, от желания голосом, учащало мой пульс, заставляя что-то внутри ликовать. Я нужен ему.

Мне пришлось свести локти за его шеей, и подтянуть ногу сгибая её в колене, упираясь в бок Сасори. Видимо, не сразу раскусив мой маневр, он позволил уронить себя на койку, рядом со мной. Рваный выдох, практически обжег мои губы, и я воспользовался секундной заминкой оказываясь сверху. Мои запястья тут же стиснули уверенные прикосновения, в надежде остановить внезапный напор, но мне уже плевать.

Словно ведомый инстинктом, я нашел ещё влажные губы шатена и вот уже не он, а я стал задавать темп его дыханию, позволяя теплым рукам перетечь мне на обнаженную спину. Уже не ткань, а одному ему известные узоры, покрывали мою кожу, даря долгожданную ласку. Я так виноват. Его слабая попытка вернуть меня на прежнее место, просто была проигнорирована. Я так хочу переиграть, то, что сделал. Мне жаль. Кто же я такой после совершенного? Руки шатена с силой прижали меня, будто пытаясь успокоить и охладить внезапный напор. И это как на зло это подействовало. От такого банального действия, я сбился с заданного темпа.

— Дей, послушай…

— Замолчи! — Я просто перебил его. Каждое слово, произнесенное этим голосом, заставляло тело покрываться мурашками. Он больше не попытался заговорить, наверно я был слишком резок, или просто с психами не спорят?

Так даже лучше, зло отметил про себя я. Легко устраиваясь сверху и пытаясь сосредоточиться на том, что осталось доступно для меня, я задумался. Отсутствие зрения, сейчас играло даже на руку, я мог почувствовать как под моими ладонями, в бешеном ритме, стучало сердце шатена. Жаль, что я не могу коснуться кожи, но даже через ткань своих бинтов, я чувствовал жар этого человека. Тяжелое дыхание и высоко вздымающаяся грудная клетка, шатен был возведенным пистолетом, который ждет следующую секунду с замиранием. Он слишком открыт сейчас, отстранено отметил я, будь у меня сейчас хотя бы нож, он был бы мертв, или нет? Я чувствую как играют мышцы на моем лице вырисовывая оскал, отдаленно напоминающий улыбку. Воздух будто разрезает теплая ладонь моего напарника, касаясь моей щеки, словно отрезвляя и не позволяя поддаться безумию.

Сколько времени я уже так сижу? Секунду или десять минут? Хотя уже не важно. Я неумело отвечаю на это прикосновение, едва потеревшись о ладонь, а затем наклоняюсь и безошибочно нахожу чужие губы. Что ж, руки сейчас бесполезны, но ведь и без них я кое-чего стою. Его запах сводил с ума, и я жадно втягивал его ноздрями, почему я не чувствовал его до этого? Сасори аккуратно обхватил меня, позволяя себе принять сидячее положение, при этом не выпуская меня из объятий.Тяжелое и сбивчивое дыхание практически касалось моих губ.

— И разве не мерзко целовать меня? — Он на секунду задержал дыхание.

— Придурок. — Тихий и беззлобный шепот, позволял мне поверить в то, что мой шатен вынес мне амнистию. Теперь он уже не торопился медленно и глубоко продолжая целовать меня. Это было похоже не на страсть, а скорей на неожиданную нежность.

Свободной рукой он обхватил меня за поясницу и придвинул ещё ближе, отчего я обессиленно уткнулся лбом в его плечо. Так кто же ты такой…для меня? Весь мой напор сдулся, как бракованный воздушный шарик, видимо из-за того что я был болен. Черт. Я ведь сам распалил и его и себя, а теперь, выходит будто я, пошел на попятную. Слабак!

— Тебе лучше отдохнуть. — На плечи мне легла легкая ткань простыни, и меня одним ловким движением вернули в горизонтальное положение. Как ни странно, но спорить абсолютно не захотелось. Вот только шатен укрыв меня и притянув к себе, лег рядом. Я практически сразу провалился в крепкий сон, абсолютно расслабляясь и забывая обо всех проблемах, что навалились на меня в последнее время.

Скрип двери и шаги заставили меня дернуться, вырывая из сна, но Сасори лишь сильней прижал меня к себе, напоминая, что я здесь больше не один.

— Не знал что ты уже здесь. — От этого баса, я рефлекторно подался к шатену. Моё тело ещё помнит ту медицинскую «помощь», и не желает её повторения. — Давно он пришел в себя?

— Часа четыре назад. — Шаги приблизились, и я напрягся ещё сильней.

— Жалобы есть? — Видимо это уже относилось ко мне, поэтому делать вид коматозного, больше не имело смысла.

— Хочу есть, в душ и снять эту чертову повязку. — Голос озлобленно прохрипел.

— Значит жалоб нет. — Мою кисть бесцеремонно сжали тиски рук Какудзо. — Пульс в порядке. — Перевернув мою ладонь, он провел по перешитым швам. — Заживает не плохо. Открой-ка рот.

Или он очень торопится, или он видит то, что не очень ему нравится, но в любом случае «врач» хотел побыстрей избавиться от моего общества. Именно с этими мыслями мне в рот поместили металлическую тонкую пластину, чтобы прижать язык и рассмотреть саднящее горло.

— Улучшения есть, но курс антибиотиков надо продолжить.

— Думаю, ты не будешь возражать, если я заберу его. — Я отчетливо услышал басистый смешок. Боже да вы просто издеваетесь и пользуетесь тем, что я ни черта не вижу. Смеющийся Какудзо? Да за это видео можно было бы собрать миллион лайков на ютубе.

— Если ты сам будешь ставить ему уколы, и промывать глаза, я тоже не буду возражать. – Эй, попроще, я вообще-то ещё здесь!

— Напиши полный список, и можешь забыть, про него. — Громогласный хохот, и я уже начинаю задумываться, а не сон ли всё происходящее. Помнится мне вкалывали морфий.

— Не могу отказать тебе в этом. — Его голос был излишне веселым, и меня это напрягало куда как больше, чем его обычная манера речи. — Только не сильно нагружай его, ему ещё дней десять постельный режим нужен. — И снова этот многозначительный хохот, видимо я успел всё-таки сойти с ума.

Сасори аккуратно убрал руку и поднялся с койки, и только теперь я понял, что всё основное тепло было от него. Тело стала бить крупная дрожь и я свернулся в позу зародыша пытаясь согреться. В их разговоре звучали название препаратов, дозировки и правильное применение, но совсем вскоре я услышал легкий хлопок, видимо при рукопожатии, и Какудзо не прощаясь покинул эту комнату.

Ближайшие дни, я просто спал, ел и выполнял простейшие функции человеческого организма, отличающего меня от полнейшего овоща. Общаться с кем-то абсолютно не хотелось, и я позволил себе блаженное неведение, кашель иногда сводил с ума, но теперь тело не жарила температура. Сасори, как-то раз попытался поднять разговор о том, чем же я всё-таки занимался в его отсутствии, однако я не смог ответить ничего вразумительного, и к моему удивлению он не стал настаивать на моём рассказе. Возможно потому что я не поднимал тему с Орочимару.

Время шло размеренно, сливаясь в один миг, ровно до момента икс. Повязка мертвым грузом упала на мои колени, и мгновенно всё вокруг окрасилось серым цветом. Тьма наконец отступила, но открыть глаза я так и не рискнул.

— Попробуй сначала правый. — Сасори сидел напротив меня, периодически щелкая ножницами. За всё то время, что я был «слеп» у меня стало не плохо получаться управлять рефлексами, и внезапно проснувшимися навыками.

— Как-то пока не хочется. — Я скептически скривился, чуть сильней зажмуриваясь.

— Не веди себя как ребенок. — Он сделал какое-то резкое движение, и моё тело рефлекторно уклонилось, а в стенку за моей спиной, вонзилось металлическое лезвия ножниц. Я моментально уставился на своего напарника.

— Какого черта?! — Тонкие пальцы легко схватили меня за подбородок, прерывая мой очередной возглас. Темные круги под глазами и желтоватый синяк на левой скуле, взлохмаченные волосы и кажется ещё больше похудевший шатен, внимательно следил за движением моих глаз.

— Как ощущения? — Он как обычно проигнорировал мой вопрос, хоть я уже и не очень нуждался в ответе, страх моргнуть, сковал лицо, не позволяя сделать это простое движение. Казалось, что картинка снова померкнет, и я больше ничего и никогда не смогу увидеть.