— Я хочу…

Тор, — горячий, страстный и сильный, — совсем рядом. Локи чувствует его внутри, чувствует снаружи. Слышит сбивчивый, но властный и успокаивающий шёпот.

А он целует его. Целует в кончик носа, в острую скулу и подбородок, в уголок тонких губ. Хрипло договаривает:

— Хочу, чтобы ты опустился до конца…

Локи распахивается глаза, уже делает мах головой, будто пугливо отказываясь, но замирает. Он не может отказать ему, но если бы «проблема» была только в этом…

Он не хочет отказывать ему. Кажется, будто прямо сейчас Тор считывает все его желания, как никогда…

Неуверенно смотря в глаза парня, полные понимания и просьбы одновременно, Локи глубоко вдыхает и кивает. Откашливается, пытаясь избавиться от волнующего/взволнованного кома в горле.

Вцепившись пальцами в сильные плечи, чуть привстает, освобождается от поддержки, а затем медленно опускается. Стараясь не отводить глаз от голубой радужки, садится на чужие бёдра. Охает, обкусывая губы.

— Так… Глубоко, Тор… — Голос срывается на шёпот/стон/выдох.

Он судорожно всхлипывает, зажмуривается, снова кусая губы и запрокидывая голову. Будто пытается вытянуться в струнку, разрываясь от желания подняться или же начать двигаться.

— Всё в… порядке… — Тор дёргано усмехается, проходится ладонями по узкой спине, по бокам, рёбрам. Аккуратно высвобождает закушенную губу из плена, заглядывает в ярко-зелёные, прозрачные радужки. — Нормально?.. Локи?

— Да… Боже, да… — мальчишка облизывает пересохшие губы и не нарочно ёрзает.

Парень вздрагивает, пытается делать вдохи и выдохи.

Они сидят без движения, пытаясь привыкнуть друг к другу. Пытаясь немного прийти в чувство.

— У тебя такое лицо…

Тор шепчет так, будто бы это его мысль, что случайно вырвалась и была произнесена вслух.

— Какое?..

Локи шепчет тоже, чуть хмурится, облизывая пересохшие губы.

— Так бы и трахнул…

Тор фыркает; Локи фыркает следом, дёргается и, приоткрыв губы от растекающегося удовольствия, хрипло хихикает.

— Ты такой… Ха, придурок… — он толкает его, опрокидывая назад на постель, и упирается в сильную грудь ладонями. В его глазах вновь разгорается хищное пламя. Теперь он, почти не похож на того испуганного, чувствительного к ласкам котёнка, каким был пару минут назад. Подрагивая, Локи приподнимается. — Только о сексе и думаешь.

Глаза в глаза не на миг. На вечность.

Локи кажется, что его мир медленно перекатывается/переворачивается с ног на голову. Его мир пошатывается и летит вниз.

Он сам жёстко опускается.

Край, такой любимый и исхоженный вдоль и поперёк, подводит, трескается под ногами. И он сам же топчется по нему, будто желая, чтобы земля скорее провалилась.

А Тор лежит, обкусывает губы, не в силах двинуть рукой и сделать что-нибудь. Мальчишка объезжает его умело и нахально.

Будто имеет на это какое-то право.

И парню нравится, — чертовски нравится, если честно, — но и не нравится одновременно. Он никому не позволит брать над собой верх. Даже этому заносчивому, наглому и невероятно охрененному засранцу.

И найдя в себе силы, Тор вновь садится. В момент, когда Локи как раз опускается, дёргает бёдрами вверх, входя глубже и выбивая из припухших губ заманчивый стон.

— Ох, надо…же… Я уж думал, будешь лежать, как бревно, и… — он задыхается и ухмыляется одновременно. Точнее пытается.

— Язык твой — враг твой, придурок… — Тор со смешком шепчет, толкается в ответ, тоже срываясь на негромкие стоны и шумные выдохи.

Кусает бледную кожу везде, где может дотянуться, пытается оставить засосы.

Иногда Локи успевает остановить его до того, как след начнёт появляться, но… Чаще всего мальчишка занят кое-чем более важным и просто не может отвлечься.

Он чувствует, как чужие пальцы обводят по кругу его дырочку, растянутую вокруг члена и вздрагивает. Пытается чуть-чуть остановиться, но Тор не позволяет.

— Нет… Колючка, нет, я… Ооххх… — он стискивает челюсти пытаясь одновременно говорить и удерживать внутри стоны, но получается плохо.

Тор ехидно шепчет:

— Как думаешь, там поместится ещё один, мм?.. Не думаю, что хотел бы тобой с кем-нибудь делиться, но всё же… Как ты считаешь?.. — его палец потирает край настойчивее, в какую-то секунду, даже самую малость проскальзывает внутрь.

И Тор знает, что, возможно, это сейчас не уместно, возможно, Локи не понравится, но… Ему хочется всего и сразу. Ему хочется полностью. Узнать всё, что мальчишка может. Узнать всё, что он умеет. А затем забрать это всё себе.

Полностью.

Локи дрожит, но не от страха, а от похоти. Удовольствие простреливает раз за разом, всё сильнее и сильнее. Он пытается не останавливаться, пытается не сбиться с темпа. Тор спрашивает у него такие вещи и…

— Ну, же, давай!.. — с рычанием он игриво прикусывает старый шрам, и мальчишку неосознанно выгибает и подбрасывает, а затем с силой опускает. Он выстанывает долго и со вкусом, и Тор собирает этот вкус своими губами, глубоко целуя. Адреналин бьёт по венам так, что пальцы на ногах сводит судорогой. — Отвечай!..

— Да… Да, там…поместит… Ааахххх… — он расскажет об этом, возможно, позже.

Когда звуки, наконец, начнут складываться в слова; когда в его голове, наконец, появятся мысли вместо этой невероятной пустоты, заполненной удовольствием…

Тогда он, возможно, расскажет о всех играх, в которые его брали прошлые «опекуны». Расскажет обо всех тех игрушках, обо всех тех извращениях…

Его глаза вновь слезятся, короткие ногти царапают сильные плечи, а Тор аккуратно оттягивает край дырочки, толкаясь двумя пальцами внутрь. Локи знает, что они так не договаривались; знает, что если бы кто-то другой так сделал, он бы уже давно лежал с опухшей челюстью и разбитым носом, а сам Локи был бы уже далеко отсюда, но…

Это же Тор. Его Тор.

— Всё в порядке… Просто дыши, окей… — Тор целует его за ухом, целует в шею, гладит большим пальцем свободной руки по щеке.

Локи кусает губы и кое-как кивает. Доверчиво смотрит в тёмно-синие глаза напротив.

Это, на самом деле, невозможно… Одновременно так остро и так нежно.

Это, на самом деле, мешает дышать, но… Тор, похоже, не знает такого слова: невозможно.

Настойчиво и упёрто его сильные пальцы давят на заветные точки, потирают и раз за разом выскальзывают для того, чтобы войти вновь. Локи чувствует, как в паху с силой скручивается пружина, и сжимает чужое плечо. Хрипит:

— Я сейчас…

— Стой… Иди сюда… — его, полуслепого и дрожащего от ощущений, аккуратно берут за подбородок и, за миг до того как поцеловать, шепчут: — Давай.

Локи всхлипывает, чувствуя, как в нём остаётся только лишь член, а его собственный обхватывает сильная рука, и сжимается. Тор успевает сделать всего пару движений, как мальчишка кончает. Всё ещё двигаясь, он сжимается, и парень почти тут же заканчивается следом.

Они шумно, сорвано дышат, уткнувшись друг в друга лбами, и пытаются собраться по кусочкам. Проходит пара минут прежде, чем Локи почти неслышно шепчет:

— Ещё раз?..

— Ты серьёзно? — Тор мило усмехается, немного отстраняясь, чтобы заглянуть мальчишке в глаза.

В них лишь нега и умиротворение, тлеющие угли до конца не угасшего желания.

— Ну, если ваш старческий организм уже не позволяет вам, тогда ладно… Что уж… — он вздыхает приподнимаясь, а Тор, опешив, дёргается.

Перевернувшись, заваливает Локи на постель.

— Я тебя на полгода старше, гаденыш!.. Ты кого тут стариком назвал, а?! — с рычанием, он бодает его лбом в висок, прижимается губами к челюсти.

А Локи негромко смеётся. Оплетает сильное тело руками и ногами, выгибается, позволяя утянуть себя в очередной немыслимый поцелуй.

+++

Уже после, использовав ещё один квадратик защиты, они лениво валяются на постели Тора и негромко переговариваются. Локи с интересом почти впервые рассматривает комнату «брата».

Она обустроена почти так же, как его собственная, с тем лишь отличием, что немного меньше. Всё-таки его комната — бывшая комната Тюра…