Ганнибал с улыбкой смотрел на тщетные старания возлюбленного. Но у Грэма так ничего не получалось, поэтому он поднял грустный взгляд на своего психиатра. Лектер усмехнулся и без труда развязал сложный узел галстука и отбросил его в сторону. Уилл положил руки на его плечи и сорвал с того рубашку. Лектер шумно вздохнул и продолжал стягивать с него рубашку, обнажая его грудь, торс, живот…
Они занимались любовью на этом диванчике, который жалобно поскрипывывал в такт их движениям. Вокруг них — античные скульптуры древних богов, взирающие на них со своей тихой торжественностью. Над нашими героями сверкало через толстое стекло ясное голубое небо, мягкий солнечный свет заливал страстно сплетенные тела мужчин. Тишину нарушали только скрип дивана, тихие стоны Уилла и вздохи Ганнибала.
========== Обнаженная натура ==========
С тех пор прошла неделя. Уилл продолжал позировать Ганнибалу. Но работа над портретом двигалась медленно, потому что у обоих мужчин были неотложные дела. У Ганнибала — врачебная практика, у Уилла — множество других дел, которые надо было срочно раскрыть, не откладывая их на потом. Наши герои виделись чересчур редко, но от этого их встречи становились еще приятнее и интереснее.
На прошлой неделе они смогли увидеться только один раз, в офисе ФБР (Ганнибал консультировал Кроуфорда насчет одного сложного убийства) хотя раньше Уилл гораздо чаще заглядывал «на прием» к Лектеру.
Грэм очень скучал, целыми днями он думал только об этом человеке. Он хотел поскорее вырваться из этого проклятого бюро расследований и поспешить к Ганнибалу, но Джек Кроуфорд был не умолим. Уилл много раз твердил, что его помощь необходима ФБР только в начале расследования, а потом отдел уже сам как-нибудь справится, но… Кроуфорда нельзя было переубедить.
Спустя некоторое время, у нашего труженика наконец-то выдались свободных два часа после обеда, и то, сразу к пяти вечера он должен быть у Кроуфорда в кабинете.
«Опять какое-нибудь ”важное дело”-подумал Уилл.
Он отбросил эти мысли и бросился к компьютеру, слава богу Ганнибал был онлайн. Грэм написал электронное письмо Лектеру, что сможет наконец-то зайти к нему. Психиатр приглашал Уилла в гости еще две недели назад, но из-за напряженной работы профайлер никак не мог найти драгоценного времени.
Ганнибал буквально через пять минут ответил на письмо:
”Буду очень рад увидеться.”
Счастье переполняло Уилла, когда он подходил к дому любимого. Нажав на кнопку звонка, мужчина с трепетом ждал ответа.
Наконец, из дома послышались шаги, раздался щелчок замка, и Уилл увидел Ганнибала, радостно улыбающегося ему и приглашающего зайти.
Они прошли в дом, занятые живым разговором. Позже сидя в удобных креслах, мужчины рассказывали друг другу истории и новости, произошедшие за время их разлуки. Ганнибал не мог наглядеться на Уильяма, он с свою очередь — на Ганнибала.
Они пили чай с домашними сладостями, которые сегодня утром приготовил Лектер. Поминутно их взгляды встречались, и в эти моменты Уилл был так счастлив, его душа наполнялась теплом…
Любовь согревала “пациента” всякий раз, когда он думал о докторе… Всю эту неделю Уилл не видел любимого ему человека, и его жизнь становилась серой и неинтересной, она почти потеряла смысл… И вот, наконец, он видит его перед собой, его — Ганнибала Лектера, любовь всей жизни, лучик радости и счастья во мрачном тумане повседневности…
-Я так скучал…- произнес он почти шепотом.
-Я люблю тебя.-слова любимого эхом пронеслись в голове Уилла. Хотя эта простая фраза была сказана тихо, почти шепотом, но она гремела в его душе, как триумфальный марш. Широко раскрытыми глазами он смотрел в лицо того кто изменил его жизнь, осознавая только что произнесенную им фразу.
Ясные глаза доктора излучали ласку и доброту, душа Уилла пела…
Доктор подошел к Грэму и взял его за руку. Уилл поднялся с кресла… Их лица были так близко… Уилл чувствовал дыхание любимого, он ждал этого так долго…
-Как на счёт портрета, Уилл?
Честно говоря, Грэм не ожидал такой фразы. Он вскинул удивленный взгляд на Ганнибала, потом фыркнул и кивнул.
Они прошли в мастерскую Лектера, где около двух недель назад таким же солнечным днем ”развлекались” на маленьком диванчике, который стоял в углу просторной комнаты со стеклянным потолком.
-Как здесь жарко, -заметил Уилл, снимая пиджак.
Ганнибал подошел к мужчине и заговорщически улыбнулся:
-Солнечный свет, проникающий через потолок дарит тепло… Это нам на руку…
И он начал расстегивать рубашку Уильяма. Тот ошарашенно смотрел на Лектера, который в свою очередь продолжал:
— Сегодня я буду рисовать тебя обнаженным, Уилл.
Рубашка Грэма упала на пол мастерской. Они стояли друг на против друга — хитрый извращенец-художник и опешивший полуобнаженный натурщик.
Уилл ошарашенно смотрел в серые глаза Ганнибала, в которых мелькали озорные (и даже очень озорные) искорки.
-Ты будешь рисовать меня… хм… абсолютно голым? — неуверенно спросил Грэм, перед этим смущенно сглотнув.
-Не голым, а обнаженным. Здесь слово ”голый” не допустимо. Оно слишком пошлое и обывательское. А на счет твоего вопроса, да, то ты понял меня верно.
Если, конечно, ты не возражаешь. - хитро добавил Ганнибал.
Но последняя фраза была сказана скорее для соблюдения формальности и этикета.
Пока Уилл раздевался, Ганнибал принес мольберт из дальнего угла комнаты, прикрепил к нему лист плотной бумаги высокого качества и принес графитные карандаши.
Уилл к этому времени полностью разделся и стоял перед Ганнибалом, в чем мать родила.
Лектер оглядел Уилла довольным взглядом и сел за мольберт.
Быстрыми движениями острого карандаша Ганнибал наметил силуэт натурщика, потом перешел к пропорциям. Крепкое сложение, невысокий рост, словом, все характерные черты Грэма постепенно появлялись на плотной бумаге бежевого цвета.
Ганнибал закомпановал фигуру Уильяма в листе* и принялся за прорисовку мышц.
Уиллу было непривычно стоять абсолютно голым посреди комнаты и позировать Ганнибалу в таком виде. Внимательный взгляд Лектера скользил по обнаженному телу натурщика, иногда останавливаясь, чтобы лучше рассмотреть пропорции и площадки поворота формы. В то время, как Ганнибал рассматривал Уилла, Грэм не отрывал восхищенного взгляда от Лектера. Какой он сосредоточенный, с головой погруженный в рисунок, какой внимательный ко всем деталям.
Уилл видел некоторые рисунки Ганнибала. Чаще всего, Лектер делал копии старинных гравюр или зарисовывал величественные соборы и дворцы. На этих работах было прорисованы все мельчайшие детали, вплоть до маленьких еле заметных окон под куполом величественной Санта Мария Дель Фьоре, и до крошечных пилястр Собора Святого Петра… Да, у Ганнибала был великий талант!
Уилл разглядывал это внимательное лицо, руки, виртуозно держащие карандаш, следил за их уверенными движениями…
Тут Ганнибал поднял голову, и их взгляды встретились. Лектер нежно улыбнулся Уиллу и продолжил его зарисовывать. Грэм несколько смутился. Это не ускользнуло от Ганнибала, и он промолвил: